Корпорация по имени Казахстан?

Интервью Галымжана Жакиянова

Что такое \»казахстанское экономическое чудо\», о котором так много говорят в последние годы?

\»Это не чудо, это миф о чуде\», — считает один из лидеров казахстанской оппозиции Галымжан Жакиянов. В прошлом глава агентства по контролю за стратегическими ресурсами, самый молодой аким (губернатор) одной из областей. Создав движение \»Демократический выбор Казахстана\» и выступив за демократические перемены (в частности, за проведение выборов на местах), под давлением оставил свой пост. А в 2002 году был арестован, осужден на семь лет за якобы нецелевое использование суммы… в $12.000. Многие на Западе считали его политзаключенным. В январе этого года получил условно-досрочное освобождение и вернулся к активной политической деятельности.

— Почему миф, Галымжан? Ведь Нурсултаном Назарбаевым на базе сегодняшних достижений разработана долгосрочная стратегия развития страны, в народе называемая стратегией \»Казахстан-2030\».

— Без малого десять лет назад я был очевидцем того, как начиналась разработка этой программы. Подлинным ее отцом можно назвать американца Джеймса Гиффена. Тогда он был советником президента Назарбаева, а ныне находится в США под следствием, ему инкриминируется дача взяток высшему руководству Казахстана. Принадлежащая Гиффену компания \»Меркатор\» выступила спонсором и организатором обучения группы казахстанских правительственных чиновников в Гарварде. Пригласили и меня как главу агентства по контролю за стратегическими ресурсами.

На том семинаре обсуждались, в частности, контуры будущей стратегии экономического развития Казахстана. Акцент лекторы делали как раз на \»стратегию управления природными ресурсами\», обходя вниманием вопросы становления конкурентной экономики и развития демократии. Как-то не вязалась подобная концепция с традиционными для западных стран приоритетами. Но Гиффен считался тогда большим специалистом, мы слушали все внимательно, старались понять его замыслы.

— И в чем, на ваш взгляд, ущербность разработанного и принятого затем документа?

— Работа проделана огромная, но при всех претензиях на эпохальность Стратегия-2030 не стала, да и не могла стать, долгосрочной программой развития страны, экономики, человеческого потенциала. Больше всего она напоминает стратегию развития некой корпорации, занимающейся крупным нефтяным бизнесом. Видимо, перед разработчиками именно такая задача и ставилась: подготовить стратегию управления страной как бизнес-корпорацией. В этом смысле задача была решена. Но параллельно произошла подмена понятий, вполне власть устроившая. Очевидно, она даже не ставила перед собой цель разработать стратегию, способную обеспечить устойчивое развитие государства в условиях растущей конкурентной борьбы на мировом рынке и стремительного развития современных технологий.

— Чем обусловлены такие жесткие и категоричные выводы?

— Тем, что приоритеты стратегии очевидно и однозначно смещены в сторону дальнейшего укрепления сырьевого характера экономики. Добывай, выкачивай, продавай минеральные ресурсы — и процветай! — вот та красная нить, которой пронизаны все разделы документа. Даже упоминание о необходимости сохранения территориальной целостности и независимости Казахстана подается как… способ обеспечить надежность поставок углеводородов на мировой рынок. Так планирует свою деятельность нефтяная корпорация, но не государство.

Или еще один характерный для этого документа пассаж. Приоритет под номером 7 призывает не к совершенствованию институтов власти нашего еще молодого государства, а к \»созданию корпуса госслужащих, преданных делу…\» Ну чем не типичный пункт об управленческом персонале крупной фирмы: создать корпус служащих, преданных делу… добычи минеральных ресурсов? А главный раздел стратегии звучит так: \»эффективно использовать энергетические резервы Казахстана путем быстрого увеличения добычи и экспорта нефти и газа с целью получения доходов, которые будут способствовать устойчивому экономическому росту и улучшению жизни народа\». Уж откровеннее об ориентации на ресурсную кладовую не скажешь. Остальные заявленные приоритеты подчинены, по сути, решению той же задачи.

— Но цель ведь благородная: улучшение жизни людей…

— Пока что улучшаются благосостояние и жизнь весьма ограниченного круга лиц. Многие известны по именам — в силу принадлежности к властной вертикали или близости к углеводородным источникам. А некоторые — по коррупционным скандалам.

Ущербность нашей казахстанской программы заключается в том, что цель — повышение качества жизни народа — оказывается в прямой зависимости от увеличения объемов добычи и экспорта нефти и газа. Но при таком подходе нация подвергается огромным и неоправданным рискам: любое колебание цен на сырье может поставить страну на колени. Именно в этом — стратегическая ошибка Стратегии-2030.

— Получается, что много нефти — это плохо…

— Этого я не говорю. Речь о другом: ресурсами и сверхдоходами нужно уметь грамотно распоряжаться. Есть печальный опыт: многие страны, богатые природными ресурсами, так и не смогли ими эффективно воспользоваться. Более того, значительно проиграли в темпах развития тем, кто был изначально обделен природными ресурсами. \»Легкие\» нефтедоллары без продуманной государственной политики существенно влияли на темпы роста или торможения других секторов экономики. Местная промышленность, сельское хозяйство оказывались малопривлекательными для инвестиций и неконкурентными в сравнении с нефтегазовыми корпорациями. Есть такой экономический термин — \»проклятие ресурсов\». Он обозначает явление, когда неумелое, хищническое распоряжение природными богатствами страны быстро оборачивается для ее народа не благом, а злом. Казахстан пока, к сожалению, идет именно таким путем.

— И каковы приметы \»проклятия\» у вас в стране?

— Во-первых, деиндустриализация экономики — спад деловой активности в традиционных промышленных отраслях и отток из них квалифицированных кадров. Во-вторых, повышение цен в естественных монополиях, в сфере коммунальных, транспортных услуг, в строительстве. Рост расходов на госаппарат — чиновники обходятся все дороже. Ну и, наконец, обилие \»легких\» денег и неконтролируемый доступ к ним со стороны правящей элиты резко расширяют поле для системной коррупции.

— Извечный вопрос: что делать?

— Когда о разработке стратегии еще только поговаривали, мы предлагали создать совет, избираемый парламентом, который управлял бы доходами, полученными от освоения недр. И при этом нес бы полную ответственность за принимаемые решения. Нас не услышали. Как не услышали и тогда, когда мы обращали внимание руководства страны на то, что успешно с \»проклятием ресурсов\» удалось справиться лишь тем государствам, где устойчивая политическая система, демократия. Без этого невозможно обеспечить надежный общественный контроль за тем, как разрабатывают недра и используют доходы. Ведь экономический рост ведет к процветанию большинства людей лишь в тех случаях, когда в стране выработаны механизмы — экономические и политические — для достижения этой цели.

Я уже называл Стратегию-2030 программой развития некой бизнес-корпорации. А бизнес-корпорация по определению стремится к закрытости, к жестко навязываемым корпоративным ценностям. Иными словами — к единомыслию, а в сфере управления — к авторитаризму. Это путь к общественно-политической стагнации, что является прямой угрозой национальной безопасности Казахстана.

— Напрашивается заключение, что страна тяжело больна и признаки выздоровления пока не просматриваются?

— Не считаю себя пессимистом. Убежден, что рано или поздно — выздоровеем. Конечно, хотелось бы процесс ускорить и сделать его менее болезненным. Кроме того, люди у нас за последние годы сильно изменились. Их уже не поймать на голый крючок разговорами о наших \»грандиозных\» успехах, о \»казахстанском экономическом чуде\». Для них это такой же миф, как миф о \»сильной президентской власти — гаранте стабильности\». Ну а в роли придворных сказочников у нас, как правило, выступают СМИ и прежде всего — телевидение. Только народ все быстрее взрослеет, былой веры в сказки и мифы становится все меньше.

— Что в такой ситуации предпринимать оппозиции?

— Решать свои главные задачи. Во-первых, делать все для становления и развития гражданского общества в Казахстане. Это — главное условие для того, чтобы политические и иные реформы состоялись. А во-вторых, оппозиция будет действовать и в другом направлении — подталкивать саму власть к демократическим реформам, пересмотру экономической стратегии развития страны в пользу всего общества и его всестороннего прогресса.

Собеседник, N16, 26.04.2006, с. 13

Новости партнеров

Загрузка...