Пугало цензуры объединило заклятых друзей…

Репортаж с митинга “О законодательных ограничениях свободы слова”

Валерий СУРГАНОВ

В субботу 24 июня на территории за кинотеатром “Сары-Арка” в Алматы журналистская общественность Казахстана митинговала против поправок министра культуры и информации Ермухамета Ертысбаева в законодательство о СМИ. Среди участников санкционированной властями акции протеста было много известных в республике людей, которые пришли поддержать коллег и единомышленников в борьбе с законодательными ограничениями свободы слова. Помимо принятой и уже обнародованной через средства массовой информации резолюции митинга, на нем прозвучала масса интересных выступлений, с наиболее яркими фрагментами которых, мы решили ознакомить наших читателей.

Прежде чем непосредственно перейти к мнениям героев субботнего мероприятия, хотелось бы выделить несколько особенно бросившихся в глаза моментов. Во-первых, это определенная консолидация достаточно разносторонних политических сил, сближение которых стало возможным благодаря реформаторскому пылу нового министра информации, вознамерившегося провести не только демонополизацию отечественного медиарынка, но и резко забюрократизировать деятельность практически всех казахстанских редакций. Как следствие этого сближения – совместное выступление под одними лозунгами таких, противоречивых, на первый взгляд, фигур, как Гульжан Ергалиева и Артур Платонов, Артур Платонов и Булат Абилов.

Во-вторых, судя по высказываниям большинства ораторов на описываемом митинге, а также по той доселе невиданной оперативности, с какой совсем еще сырой законопроект преодолел два чтения в Мажилисе и поступил в Сенат Парламента, одобрение поправок Ертысбаева – вопрос уже решенный. Главная интрига остается за президентом: подпишет или не подпишет? Вот поэтому-то организаторы и участники митинга неоднократно обращались с трибуны к главе государства с просьбой семь раз отмерить, прежде чем один раз отрезать. Даже Гульжан Ергалиева, традиционно бурно выплескивавшая свои эмоции в микрофон, вспомнив о президенте, заметно смягчила тон, пожелав Нурсултану Абишевичу уйти в отпуск, хорошенько отдохнуть и лишь потом, на “свежую голову” решать судьбу ертысбаевских “новелл”.

Бросилось в глаза и минимальное количество полицейских в форме и людей в штатском, которое на “тусовках” оппозиции за “Сары-Аркой” обычно превышает численность самих митингующих. На сей раз, все было почти, как в развитых демократических государствах: сотрудники полиции не подавляли собравшихся своей массой, готовые в любую минуту погрузить всех в автозаки и увести в РОВД, а цивилизованно с достаточными силами охраняли общественный порядок, обеспечивая безопасность, как активистов протеста, так и простых прохожих. Возможно, что причиной столь явной смены настроения у силовиков послужила духовная сопричастность к субботнему действу таких сильных провластных политиков, как Дарига Назарбаева и Рахат Алиев, официально заявивших о своем несогласии с ущемлением свободы слова, затеянным министром Ертысбаевым.

Итак, открывая митинг, на который, кстати, помимо журналистов и политических деятелей пришло немало рядовых оппозиционеров из партий “Алга!” (ДВК) и “Нагыз Ак Жол”, председатель Союза журналистов Казахстана Сейтказы Матаев произнес слова о том, что нас всех, здесь присутствующих, коллективы разных редакций и просто неравнодушных к свободе слова, пытаются ее лишить, задушить, заткнуть рот и т. д. Но мы сильные и должны выстоять. После этой преамбулы он передал слово президенту Международного фонда защиты свободы слова “Адил соз” Тамаре Калеевой и далее продолжил выступать в качестве модератора мероприятия.

В свою очередь, Тамара Мисхадовна отметила, что у журналистов осталась одна надежда — на президента Назарбаева, который волен наложить вето на ертысбаевский проект, иначе быть беде. Закон, по словам г-жи Калеевой на самом деле вовсе не направлен на борьбу с монополизмом в сфере СМИ, нет, он как раз не причинит монополистам никакого вреда, тогда как пострадают в первую очередь небольшие издания. А все увещевания правительства в том, что это не так, по сути, обман и держание народ за быдло. Новая инициатива мининформа, вводит запрет на профессию: в течение трех лет (в первоначальной версии — бессрочно) главным редактором не может становиться человек, чье средство массовой информации ранее было закрыто по решению суда. Новая законодательная инициатива вводит также запрет на название: впредь ни одному СМИ не позволено будет называться именами закрытых когда-то газет, радиостанций и телеканалов, как например, “Рифма”, “Жума” и т. д.

Далее президент фонда “Адил соз” осудила заложенную в проект закона бюрократическую норму о “согласовании” с министерством и департаментами информации на местах кандидатур новых главных редакторов, сменяющих старых и новых адресов редакций. “Берутся все важные для нас понятия: национальная безопасность, политическая стабильность и используются в корыстных целях. Используются как фиговый листок, чтобы прикрыть тот срам, который называется беззаконием и коррупцией”, — горячо сказала она.

Вообще, спокойная манера излагать свои логически выверенные мысли в этот день явно изменила Тамаре Мисхадовне. И она говорила с пламенным сердцем, словно идейная оппозиционерка: “Чиновники хотят только славословий: замечательный парламент, замечательное правительство, замечательные акимчики, все замечательно, как в Туркмении… Давайте сегодня определимся, нужно ли нам министерство, которое давно и успешно заменило собой цензурный комитет, нужны ли нам депутаты, которые голосуют против нас. А мы их-то всех содержим!”

Вскоре после Тамары Калеевой слово взяла уже упоминавшаяся Гульжан Ергалиева, которая тоже раскритиковала пресловутое положение о запрете на профессию, сделав это в привычном для себя духе бичевания репрессивной машины: “Я себя причисляю к тем против кого эти поправки были приняты отаново-машкевической группировкой в парламенте с подачи министра Ертысбаева. Но я им хочу сказать: идите вы к черту со своими поправками! Не вы меня родили, не вы меня растили, не вы меня воспитали журналистом. Запретить мне, быть им, значит посадить меня в тюрьму, как Галымжана Жакиянова и Сергея Дуванова. Это значит убить меня, как Алтынбека Сарсенбаева, как Заке, как 14-летнюю Оксану Никитину…”.

После этих слов, Гульжан Хамитовна призвала всех объединяться, и пока президент будет думать, подписывать ему этот законопроект или нет, выходить на общереспубликанскую забастовку прессы. По принципу забастовок железнодорожников и авиаторов за рубежом: чтобы посредством неудобств, причиняемых остальным гражданам привлечь внимание к своим проблемам. Чтобы люди поняли, как невыносимо тошно жить с одной лишь “Казахстанской правдой”, не имея альтернативных источников информации.

Еще одним оратором был руководитель телеканала “КТК”, ведущий еженедельной итоговой программы “Портрет недели” Артур Платонов. Несмотря на то, что его телеканал пребывает в состоянии перманентного конфликта с Ермухаметом Ертысбаевым, он не стал рвать на себе рубаху или закатывать истерики, а был по-мужски сдержан, немногословен и деловит. Единственное, что взволновало Артура Платонова, так это судьба Казахстана в разрезе председательствования в ОБСЕ.

— Буду краток, — начал Артур. – На мой взгляд, все эти вещи преследуют одну цель: помешать нам в скором времени возглавить ОБСЕ и испортить наши отношения во внешней политике с Соединенными Штатами и другими демократическими странами. Поскольку и Госдепартамент США и ОБСЕ выражали свое несогласие с тем, что у нас были приняты подобные поправки, и они трактуют их однозначно, как нарушение свободы слова. То есть, я считаю, что все это гораздо шире, чем простая цензура и может иметь далеко идущие последствия, — закончил Платонов.

А вот сопредседатель “Нагыз Ак Жола” Булат Абилов был более велеречив. Он даже кричал, причем о том, что шло в прямое противоречие с генеральной линией организаторов митинга. Вначале, правда, он присоединился к мнению Артура Платонова о недопустимости таких поправок в свете возможного председательства нашей республики в организации по безопасности и сотрудничеству в Европе. Говорил о 50-ти самых конкурентоспособных стран мира и о несовместимости высокой цели вхождения в этот “пул” Казахстана с тем, что делает Ертысбаев. Затем он перешел на низкий уровень культуры отечественного телевидения, с утра до вечера показывающего бандитские сериалы, чем по его замечанию, грешит и известный медиахолдинг. С этого, в общем, и началось:

— Одна из проблем – реальная монополизация СМИ. Это медиахолдинг Дариги Нурсултановны (жидкие, несмелые аплодисменты – авт.). Складывается парадоксальная ситуация: Дарига выступает за свободу слова! Почему? Что случилось? Неужели, она раньше, все эти 15 лет, не видела, что творится с журналистами?! Видела! Но впервые интересы властной элиты через правительство реализуются тем, что хотят один из каналов ее медиахолдинга вернуть государству. Ее интересы затронуты. Не ваши, — читателей и журналистов, не простых граждан Казахстана, а ее личные и ее бизнеса. Вот тогда она и заговорила о свободе слова и выступила против этих поправок…

Антиподом Абилова стал главред оппозиционной газеты “Эпоха” Асылбек Абдулов. Он не то чтобы не кричал и не размахивал руками, как Булат Мукишевич, а был как-то даже подавлен, весь в себе, с траурным взглядом. Даже на сцену он взбирался с опущенной головой, как на эшафот и говорил в микрофон, тяжело дыша.

— Жизнь в полицейском государстве становится все интереснее и интереснее, — грустно произнес он. – Я, честно говоря, и не знаю, зачем мы собрались сегодня? Потому что удивляться дальше нечему, предела возмущению нет. Остается… не знаю? Ну, зачем-то же мы выбрали эту профессию, эту страну. Пока разнесчастный 1 процент оппозиционной прессы пытается сохранить свое человеческое лицо, человеческое достоинство всего журналистского цеха. Пока здесь в Казахстане, где может пять Франций поместиться, но тут не может поместиться чуть-чуть свободы, благодаря которой нам просто не было повода в этот день собираться…

Известный телевизионный режиссер и лауреат многих премий, как отрекомендовал его Сейтказы Матаев – Игорь Пискунов тоже внес свою лепту во всеобщее осуждение правительственного ноу-хау. Он, подобно Гульжан Ергалиевой и Булату Абилову, был на взводе и, рассуждая о незавидной участи свободы слова в Казахстане, часто переходил на высокие ноты. Сравнив журналистику с трудом станочника или столяра, которым никто обычно не указывает, как им лучше работать, Пискунов предостерег чиновников от упадка культуры в стране, к которому они ее подталкивают, пытаясь задавить свободу информации, благодаря коей культура поддерживается и развивается. В итоге, он призвал сенаторов и тех, от кого еще хоть что-то зависит, проявить совесть и не дать пройти репрессивному законопроекту.

В конце концов, митингующие приняли резолюцию и, совершив ритуальное сожжение чучела цензуры, уложившись ровно в час отведенного времени, разошлись, кто на работу, кто по домам.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...