Чрезвычайщина на границе с Узбекистаном

Разговор о причинах, предпосылках и перспективах развития этой ситуации

Недавно общественное мнение Казахстана было взбудоражено сообщениями о том, как пограничники Узбекистана совершили насильственные действия в отношении гражданина Казахстана на территории нашей же страны. По свидетельству работников соответствующих органов, зафиксированному казахстанскими СМИ, люди в форме и с оружием с той стороны, перейдя границу, стали действовать так, будто, образно говоря, находятся у себя дома. Гражданина Казахстана, о котором идет речь, они ранили, после этого увели в беспомощном состоянии на свою территорию. Позже этому человеку в одном из лечебных учреждении Ташкента делали трепанацию черепа. МИД РК по этому поводу направил ноту с соответствующими требованиями властям Узбекистана. Но такой дипломатический демарш, похоже, практически никаких результатов не дал. Об этом говорит следующий, произошедший несколько позже случай. И разворачивался он на глазах у группы депутатов Мажилиса, которая прибыла на границу с Узбекистаном как раз для того, чтобы воочию увидеть, какая ситуации там складывается. Они и увидели. Увидели то, как на их глазах через пограничный КПП люди в военной форме, представляющие соседней государство, насильно уводили телеоператора нашего государственного телеканала “Казахстан-1”, который прибыл туда вместе с парламентариями как раз для того, чтобы снять на пленку их инспекционную поездку. После этого в Астане на официальном уровне вызрело решение об окончательном обустройстве границы Казахстана с Узбекистаном. На прошлой неделе в четверг было объявлено о выделении 437 млн. тенге из резерва правительства РК на это дело. В своем интервью телеканалу КТК сразу после посвященного данному вопросу заседания соответствующей комиссии депутат Мажилиса Парламента РК Тохтар Аубакиров высказался в том смысле, что давно следовало взяться за такую работу. Ибо, по его словам, на узбекской стороне КПП и пропускные пункты образцово обустроены, а на нашей стороне пограничники до сих пор ютятся в вагончиках.

Согласно последним данным, сносу подлежать все строения по линии пролегания границы, за исключением винного завода в районе Сарыагача. По словам Т.Аубакирова, на вопрос парламентариев о том, насколько его оставление в нетронутом виде в таком случае уместно, один из руководителей пограничной службы ответил: завод, мол, стоит там, где должен стоять. Мажилисмен в своем интервью КТК предположил, что у его хозяев, видимо, имеются могущественные защитники наверху.

14 июля информационное агентство “Kazakhstan Today” распространило сообщение о том, что на совещании правительства премьер-министр Д. Ахметов, касаясь этого вопроса, подчеркнул: “деньги из резерва правительства должны быть выделены из статьи “о ликвидации чрезвычайных ситуаций” (“Премьер-министр РК поручил выделить из резерва правительства 437 млн. тенге на укрепление казахстанско-узбекской госграницы”, 14 июля 2006 г.). Такой подход вызывает изрядное удивление. Ведь договор о демаркации границы между Казахстаном и Узбекистаном был подписан президентами Н.Назарбаевым и И.Каримовым почти 4 года тому назад. В конце 2002 года. С тех пор времени на то, чтобы обустроить границу, было, что называется, вагон. Такая очевидность подтверждается и тем фактом, на который указал депутат Т.Аубакиров: на узбекской стороне КПП и пропускные пункты образцово обустроены… А нашей стороне, значит, трех с половиной, по меньшей мере, лет не хватило. За это время мы так и не собрались обустроить эту границу. Руки не дошли. А теперь, после тех громких событий, с описания которых мы начали этот разговор, приходится уже в чрезвычайном порядке обустраивать их, так что ли?! Ведь на том совещании премьер-министр так и отметил: “Считаю, что эта ситуация чрезвычайна, никто нас порицать за то, что мы выделили деньги на укрепление своей границы, не будет”.

Но ведь верно и другое. То, что никто не порицал бы “нас” за закладку таких денег в плановом порядке еще в ноябре 2002 года, когда только что был подписан договор о демаркации границы Казахстана и Узбекистана и в Астане рассматривался проект бюджета РК на 2003 год. Были еще проекты бюджетов на 2004, 2005 и 2006 годы. Все мимо. Мимо для того, чтобы уже нынче после начала второго полугодия в чрезвычайном, то есть в пожарном порядке начинать выделять деньги на дело, которое ждет этого с конца 2002 года. Странно все это, по крайней мере.

Что бы мы про Узбекистан ни думали и ни говорили, одного отрицать нельзя. Там люди в строительстве государства и укреплении его основ действуют куда более последовательно и основательно, чем это делаем у себя мы. Описанная выше ситуация еще раз как нельзя лучше подтверждает это. Там люди явно прекрасно отдают себе отчет в том, в каком государстве они живут. И принимают своевременно сообразные решения. Да, сейчас официальный Ташкент, рассорившийся с Западом, поставил в трудное положение свою страну. Но это – трудности субъективно-тактического свойства. Куда большую сложность представляют собой для Узбекистана трудности объективно-стратегического характера. Сегодняшний официальный Ташкент, по всей видимости, достаточно ясно осознает это. Чтобы выстоять перед лицом тех трудностей объективно-стратегического характера, Узбекистану нужно было быстро самоутвердиться в роли самостоятельного государства и твердо встать на ноги. Это ему неплохо удается.

Есть еще два фактора, которые в этой связи играют отнюдь не второстепенную роль.

Во-первых, это – дух национальной консолидации, который вот уже целый век превалирует в сознании узбекского общества. Еще в 1897 году люди, проводившие I всероссийскую перепись, взяли на учет всего 535 тысяч “чистых” узбеков, остальное население нынешнего Узбекистана проходило тогда под следующими названиями: “сарты”, бухарцы, хивинцы, тюрки, кипчаки и т.д. Сейчас таких этнонимов уже нет. А узбеков насчитывается более 26 миллионов. Дух консолидации порождает и поддерживает процесс этнической консолидации. Вот уже много десятилетий узбекская элита проявляет себя как носитель и проводник духа этнической консолидации и катализатор процесса национального объединения. Казахская или, к примеру, схожая с ней кыргызская элита в этом смысле никак не сравнима с ней. Нынешние узбеки – этнос с наилучшей внутренней организацией во всей Центральной Азии.

Во-вторых, это – выдающаяся приверженность узбеков к субординации. Исполнительность и готовность подчиниться вышестоящему, основанная на многовековой жизненной практике и традиции общественной жизни, тоже служат поддержкой власти как таковой в условиях всеобщей нестабильности на просторах бывшего СССР.

Конечно, в последнее время, и особенно после имевших место в прошлом 2005 году событий, положение руководства Узбекистана под началом И.Каримова осложнилась. Но самая главная проблема для этого государства — не это. Отсюда и новый виток осложнений в отношениях с соседними государствами. И Казахстан тут — конечно же, не исключение. О чем речь? Попробуем пояснить.

Узбекистан является уникальным государством. И эта его уникальность заключается в такой ее зависимости от окружающих стран (прежде всего от Казахстана), какой больше нигде в мире нет.

Однако правдой является и то, что при всем этом Узбекистан в последнее время все чаще и чаще занимает жесткую, а то и наступательную позицию в своих отношениях Казахстана. То на новый год без газа оставит наш крупнейший город Алматы, то в одностороннем порядке начинает определять границу и устанавливать пограничные знаки, то закрывает эту самую границу под предлогом недопущения на свой рынок некачественных продуктов из Казахстана…

Такое впечатление, что официальный Ташкент не очень-то считается с официальной Астаной. И это несмотря на то, что Узбекистан в своих экономических отношениях с остальным миром практически целиком и полностью зависит от Казахстана. Потому как все дороги оттуда на мировой рынок проходят через территорию нашей страны.

Все дело, видимо, в том, что положение Узбекистана становится безвыходным по определению. Из СНГ, как однажды заявлял И.Каримов, ничего предметного не получилось. Каждая из постсоветских стран пошла по своему пути. И в этих условиях наиболее тяжелом положении оказался Узбекистан.

Дело в том, что он является одним из всего двух государств в мире (второе – это крохотный Лихтенштейн с его 30-тысячным населением, находящийся между Швейцарией и Австрией), у которых даже все окружающие соседи не имеют выхода к морю. В мире есть сейчас около 200 государств. Не имеющих доступа к морю среди них порядка двадцати. Из этой двух десятков два государства не имеют выхода к мировому океану даже через соседние страны. Мало того, Узбекистан — единственное крупное государство в мире, которое находится в таком наихудшем геоэкономическом (географическо-экономическом) положении.

Он находится между Сциллой и Харибдой. То есть ему и так, и сяк плохо. Сцилла – это давление внешнего окружения, обусловленное самым невыгодным географическим положением, а Харибда – многочисленное и продолжающее быстро расти население. Теперь, при новой реальности из этого положения для Узбекистана нет иного выхода, если только он не сумеет найти прямой выход или к Китаю, или, на худой конец, к Ирану. То есть – к так называемому международному рынку или к нормальным, достаточно устойчивым и серьезным экономикам. Что в связи с такой ситуацией может предпринять Узбекистан в течение ближайшего десятилетия остается гадать. Но то, что это государство подозревают в агрессивности в отношении себя как в Казахстане, через который лежит его путь в Китай, так и в Туркменистане, через который осуществляются его связи с Ираном, становится очевидным. Официальный Ашгабат уже обвинил Ташкент во вмешательстве во внутренние дела Туркменистана и устроил дипломатический скандал. В Казахстане также явно накапливаются основания для чего-нибудь аналогичного…

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...