Информационное сообщение о судебном процессе по делу об убийстве оппозиционного политика Алтынбека Сарсенбайулы (26 июля, по состоянию на 13.00)

26 июля 2006 года в городе Талдыкоргане под председательством судьи Лукмата Мерекенова продолжился судебный процесс по обвинению Е. Утембаева, Р. Ибрагимова, В. Мирошникова, сотрудников КНБ РК и других в похищении и убийстве видного государственного деятеля Казахстана Алтынбека Сарсенбайулы и его помощников – Василия Журавлева и Бауыржана Байбосына.

В начале заседания суд продолжил допрос следователя Газиза Нуркаева, возглавлявшего следственную группу в первые дни ее работы.

Нуркаев вновь отрицал обвинения адвоката Мирошникова Семина в части того, что он, предоставляя ему дежурного адвоката, во время первых допросов не зачитал подсудимому права, касающиеся его возможности вызвать своего адвоката Кондратова. Нуркаев объяснил, что Мирошников не был против услуг дежурного адвоката, вызванного следователем. По поводу разночтений между показаниями Мирошникова на видеозаписи и протокола допроса Нуркаев сказал, что суть отражена полностью: “Я следователь, а не стенографист, я не могу с полной точностью записать каждое слово, каждый вздох”. В этой связи суд удовлетворил просьбу адвоката Семина воспроизвести видеозапись допроса Мирошникова.

Вопрос Семина Нуркаеву: “Почему получилось, что протокол допроса от 23 февраля почти полностью перенесен на протокол от 24 февраля”.

Нуркаев: “На допросе 24 февраля подсудимый полностью подтвердил слова, сказанные им 23 февраля”.

Семин: “По какой причине вы не отразили в протоколе допроса, кого именно первым вывел из машины Ибрагимов на месте происшествия?”.

Нуркаев: “Он сказал, что не знал убитых”.

Калиев, адвокат потерпевших, суду: “Я хочу сказать, что адвокат Семин должен указать на ошибки следователя, если они есть, пояснить их суду, а не проводить полемику со свидетелем. Это вопрос профессионализма, опыта, тактики”.

На вопрос судьи Мирошникову о том, что видит ли он в протоколах существенные разночтения со своими показаниями?

Мирошников: “Я хочу сказать, что многие вещи мне говорили полицейские”.

Калиев: “Почему вы, ознакомившись с протоколами, не внесли свои замечания, если как вы говорите, там есть существенные разночтения?”.

Мирошников: “Я все время говорил и говорю о том, что меня заставляли. Что давали, то и подписывал”.

Сарсенов Нуркаеву: “Кто говорит статистам, как правильно лечь на те места, где лежали тела”.

Нуркаев: “Не я говорил. Кажется, Мирошников”.

Сарсенов Нуркаеву: “Почему вы на показаниях Мирошникова на месте, более детально не указали факты замены колес на вулканизации?”.

Нуркаев: “Он указал вулканизацию”.

Сарсенов: “Почему вы не подвели на эту вулканизацию Мирошникова? Сняли ее мельком?”.

Нуркаев: “На видеосъемке детализация вулканизации была упущена, но в протоколе эти факты отражены”.

Адвокат подсудимого Ибрагимова Устемиров Нуркаеву: “На просмотре видеозаписи проверки показаний на месте, в частности, на авторынке Мирошников в один из моментов спрашивает у вас – дальше идти? Почему вы, когда допрашивали Мирошникова на предмет, кто ему продал шины, спросили у него – кто продал, азиат, он ответил – да, азиат? Почему не казах, кореец, а именно азиат?”

Нуркаев: “Я должен был уточнить, кто продал шины и при перечислении расовых признаков он сам сразу же ответил на вопрос”.

Устемиров: “Какое доказательство вы нашли во время обыска Мирошникова. Что дало вам возможность подозревать в убийстве подсудимого?”.

Нуркаев: “У нас была информация. Это знает следователь Машанло”.

Устемиров суду: “На видеозаписи допроса от 24 февраля у Мирошникова на лбу одна ссадина, а на видеозаписи проверки показаний на месте у него появилась еще одна”.

Нуркаев: “Я все время во время допроса, спрашивал у Мирошникова, было ли на него оказано давление, он категорически это отрицал. На показаниях если вы посмотрите, он говорит такие вещи, которые мог знать только сам подсудимый, например, слова, адресованные ему Ибрагимовым после убийства: “Что Мирон, тоже хочешь здесь остаться?”.

Мусин, адвокат потерпевших, Нуркаеву: “В протоколе показаний Мирошникова на месте, вы указали, что он слышал, когда они везли на место происшествия Алтынбека Сарсенбайулы и его помощников – Василия Журавлева и Бауыржана Байбосына, что Ибрагимов по телефону кому-то сказал: “Господин полковник люди приняты, сзади имеется сопровождение, сейчас доставим”. У вас должен был возникнуть вопрос, что за сопровождение, что за полковник?”.

Нуркаев: “Мирошников пояснил, что таким способом Ибрагимов хотел их успокоить”.

Мусин: “В протоколе написано, что Ибрагимов успокаивал их. Что конкретно он им говорил?”.

Нуркаев: “Мирошников сказал, что Ибрагимов говорил им, что это официальная встреча”.

Гособвинитель Нуркаеву: “Почему на видеозаписи проверки показаний Мирошникова на месте мы видим, что один из оперативников в маске идет впереди подсудимого?”.

Нуркаев: “Я должен был обеспечить охрану подсудимого, обезопасить его. На рынке было большое скопление людей”.

Пресс-служба партии “Настоящий АК ЖОЛ”

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...