Информационное сообщение по делу об убийстве оппозиционного политика Алтынбека Сарсенбаева и его помощников (31 июля, по состоянию на 13-00)

31июля 2006 года в городе Талдыкоргане после перерыва под председательством судьи Лукмата Мерекенова продолжился судебный процесс по обвинению Е.Утембаева, Р.Ибрагимова, В.Мирошникова, сотрудников КНБ РК и других в похищении и убийстве видного государственного деятеля Казахстана Алтынбека Сарсенбаева и его помощников – Василия Журавлева и Бауыржана Байбосына.

В первой половине дня были опрошены эксперты Центра судебно-медицинской экспертизы, которые проводили экспертизу на наличие алкоголя у Алтынбека Сарсенбаева, Виталия Журавлева и Бауыржана Байбосына. Первой была опрошена эксперт Загумельникова, она проводила экспертизу крови и мочи Сарсенбаева и Журавлева. У них был обнаружен в моче алкоголь.

Сарсенов, адвокат Ибрагимова, задал вопрос о наличии алкоголя у Алтынбека Сарсенбаева:

Эксперт: Образцы поступили 15 февраля, в тот же день провела анализ. В крови алкоголя не было обнаружено, только в моче легкая степень. 20 февраля была проведена экспертиза внутренних органов погибших. У Сарсенбаева был определен и обнаружен этиловый спирт в почке, в крови и ткани печени.

Сарсенов: Вы можете установить, когда он употреблял алкоголь?

Эксперт: По мочи точно – нет, только по крови.

Сарсенов: Когда из крови выводится алкоголь?

Эксперт: Зависит от организма, от того, что он пил, ел и т.д.

Сарсенов все же настаивал, насколько точно можно определить дату употребления алкоголя человеком по моче.

Эксперт: Можно только предположить, утверждать нельзя, по методикам, которыми мы пользуемся — это от 12 до 24 часов.

Сарсенов: Можно ли предположить или утверждать, что в момент смерти Сарсенбаев был в легкой степени опьянения?

Эксперт: Утверждать — нет. Только предположить, если бы у него в крови был обнаружен алкоголь, то я бы точно установила, а здесь предположительно 12-24 часа.

Эксперт зачитала литературу, которую они применяют на практике при определении степени алкогольного опьянения. Это литература еще советских времен 74-76 годов выпуска. До сих пор она используется на практике, других методик не разработано. Также эксперт не смогла однозначно ответить на вопрос, мог ли быть этот алкоголь остаточным — Сарсенбаев 9 февраля во время обеда выпил бокал вина, а вечером того же дня около 150 грамм ржаной водки или же он употреблял спиртное и позже. Впрочем, как пояснила Загумельникова, в Казахстане совсем не существует методик, чтобы определять по моче степень алкогольного опьянения и дату, когда человек его употребил.

Сарсенов также задал вопрос, почему не приложена томограмма, ведь в законе четко прописано о том, что ее необходимо отдавать следствию вместе с результатами экспертиз:

— У нас дефицит хромотографической бумаги, мы ее переворачиваем и делаем другую экспертизу, раньше мы прикладывали. Но все остается в нашем архиве, — ответила эксперт.

Судья Мерекенов: Можно вообще говорить о том, что он употреблял алкоголь?

Эксперт: Либо он употреблял его за 12-24 часа до гибели, либо алкоголь может выделяться при сопутствующих болезнях организма.

По словам Тулегена Жукеева, кроме гипертонии Алтынбек Сарсенбаев не страдал другими болезнями, однако эксперт не знает ни одного случая, когда при этой болезни организм самостоятельно вырабатывал этиловый спирт. Затем перечислила болезни, которые могут этому сопутствовать.

Устемиров, второй адвокат Ибрагимова, задал вопрос: поступало ли к ним содержимое желудка. Эксперт пояснил, что к ним приходит только моча, кровь и фрагменты от внутренних органов, а также в их компетенцию входит определить только наличие алкоголя, наркотиков, других веществ — задание определить это все им выдает заведующий. Но Устемиров продолжал выяснять, что вообще проверяет кто-либо содержимое желудка, кто обследует, ведь именно по этим данным можно определить более точное время смерти. Эксперт же продолжала утверждать, что они этого не определяют, по тем элементам, которые поступили к ним, они провели экспертизу в рамках возможности, “мы работаем на уровне 70-х годов”, заметила она.

Адвокат защиты Анвар Калиев: Вы говорите, что ваши технологии и техника устаревшие, а есть ли другие какие-то методики, чтобы самостоятельно проводить экспертизы?

Эксперт: Не имеем право, мы работаем строго по установленным правилам. Я могу написать научную работу, и если ее утвердят, то тогда можно будет ее использовать…

Также эксперт рассказала, что алкоголь образуется в организме из-за какого-либо стресса. Плюс, выведение алкоголя из организма человека зависит и от его национальности, например, у русского и у казаха он выводится в разные сроки.

Из дальнейших ответов Загумельниковой стало известно, что у них даже не обновляются списки и описания новых наркотических и сильнодействующих средств:

— Мы не можем определять наличие новых наркотиков в организме, у нас есть четкий список определенных наркотических средств и все. А ведь сейчас появилось очень много новых наркотиков, мы просим, чтобы нам предоставили их списки и составы, но нам не дают, а за рамки тех списков, которые у нас имеются, мы выходить не имеем права, — объяснила эксперт.

Прокурор Кириленко: Мог бы появиться алкоголь в организме Сарсенбаева от перенесенного сильного стресса за полчаса или час?

Эксперт: В принципе, да.

Затем допросили эксперта Молдагалиеву, которая проводила такую же экспертизу Бауыржану Байбосыну, она же проводила анализы крови и мочи Ержана Утембаева, когда после ареста он опасался, что его травят.

У Бауыржана Байбосына ни в крови, ни в моче не было обнаружено этилового спирта.

Сарсенов: Может ли быть такое, что в крови и моче спирт не обнаружен, а в частицах внутренних органов он есть?

Эксперт: Да, но это потому, что фрагменты внутренних органов мы подвергаем экспертизе на более чувствительных аппаратах — этот спирт может выделять и сам организм.

По поводу томографических лент, вернее, почему они не прикрепляются к результатам исследований, Молдагалиева начала рассказывать об условиях работы Центра судебно-медицинских экспертиз — они до сих пор используют методику 30-летней давности, а ленты для них стали дефицитом после распада СССР, так как Казахстан таковые не производит.

Затем перешли к вопросам по поводу анализов мочи и крови Утембаева. С самого начала выяснилось, что количество крови предоставленной на экспертизу было не достаточно, эксперт признал в этом свою личную вину:

— Мне не надо было принимать у заведующего такое количество крови — это моя ошибка. И я ответила только на те вопросы, которые были поставлены заведующим, — сказал она.

Образцы мочи и крови Утембаева были подвержены экспертизе в тот же день, как поступили в Центр судебно-медицинской экспертизы.

Эксперт: 7 марта они были отобраны, 13-го поступили ко мне.

Адвокат подсудимого Утембаева: Если его задержали 21 февраля, а взяли на анализы кровь и мочу 7 марта, то могли бы там раствориться отравляющие вещества?

Эксперт: Да, в живом организме могут.

По многим вопросам эксперт не смогла ответить: “Я не готова сейчас ответить на этот вопрос, я не знала, что его будут задавать, мне надо подготовиться…”, — сказала она.

Адвокат подсудимого Утембаева: Можно ли сказать, что вы не ответили на вопросы, поставленные следователем?

Эксперт: Скажу, что я частично не ответила. Было предоставлено очень мало крови…

Затем зашла речь о наркотических веществах и ядах, к каким группам они относятся — “а”, “б” и т.д., но вопрос адвоката “травили ли Утембаева?” так и остался невыясненным.

Эксперт: Мы разговариваем на разных языках. Мое упущение в том, что я взялась работать с малым количеством образцов, вернее заведующему не надо было брать такое маленькое количество, следующий раз не буду браться. А частично я ответила на вопросы…

Калиев задал вопрос по поводу газов, насколько можно определить, возможно ли отравление каким-либо газообразным веществом. Эксперт ответила, — навряд ли, слишком устаревшие методики, да и нет опять-таки их описаний и списков…

Количество крови для экспертизы должно быть минимум 50 миллилитров, а на экспертизу было предоставлено только 5.

Эксперт: Ядов очень много, я все равно не смогла бы охватить их все. Но я признаю свою ошибку.

Кириленко: Если вам дать сейчас необходимое количество крови Утембаева, вы сможете установить травили ли его с 21 по 23 февраля?

Эксперт: Сроки слишком большие — нет. То, что мной установлено в экспертизе, за это я отвечаю…

Адвокат подсудимого Утембаева: Если Утембаеву был введен наркотик 21 февраля, смогли бы установить это по образцам, взятым 7 марта?

Эксперт: Не готова отвечать.

Адвокат подсудимого Утембаева назвал эксперту ряд отравляющих веществ: они бы с 21 февраля до 7 марта вывелись из организма?

Эксперт: Да, конечно.

Прокуратуру заинтересовало, в связи с чем проводилась та экспертиза. Адвокаты подсудимого Утембаева пояснили, что даже Минюст был заинтересованной в той экспертизе.

Устемиров спросил у Утембаева о количестве сданной крови, и составлялись ли при этом протокол и были ли понятые? Утембаев не смог точно вспомнить, как проходило это. Судья Мерекенов зачитал протокол об изъятии мочи и крови у Утембаева.

Затем был опрошен врач СИЗО, который наблюдал Утембаева, в его присутствии, и был сделан забор крови у Утембаева, он же забирал и мочу. Также он описал всю методику этой процедуры и объяснил, что фрагменты крови и мочи были упакованы и опечатаны, там были проставлены все даты. Адвокатов заинтересовало то, почему не указана ФИО медсестры, которая брала кровь, и почему было взято только 5 миллилитров. Врач пояснил:

— У Утембаева долго был жидкий стул, его привозили 1 или 2 числа, но я его не принял, отправил на анализ бакпосева. Когда предоставили результаты, то я его принял, но у него тогда еще был жидкий стул. Я об этом докладывал.

Судья: Какие у вас предположения по этому поводу?

Врач: Могло от пищевого отравления, другие отравления, на лекарство. Потом мы провели еще анализы, а гастроэнтеролог, которого мы пригласили, сказал, что жидкий стул мог быть вызван препаратом, который употреблял Утембаев от сахарного диабета.

Также перечислил ряд других заболеваний Утембаева.

Устемиров: Ваше мнение, его действительно могли отравить?

Врач: Не могу так прямо говорить…

И вновь перечислил все заболевания Утембаева.

Затем врач пояснил, что сам лично не выезжал с Утембаевым в ФБР.

Врач: По словам, у него там было давление 210, ему дали 3-4 таблетки, чтобы сбить…

Мерекенов вновь обратился к эксперту Модагалиевой: Вы слышали, что сказали, почему у него брали кровь, может быть жидкий стул из-за отравления?

Эксперт: Да, — перечислила, вещества, которые вызывают такую реакцию. — Бывает и при инфекциях.

Судья подсудимому Утембаеву: У вас действительно был жидкий стул несколько раз в день?

Утембаев: Да, несколько месяцев продолжался.

Врач напомнил о лекарстве, которое применял Утембаев.

Судья подсудимому Утембаеву: Когда у вас брали показания на детекторе лжи, то вы сказали, что вам плохо и дальше не будете отвечать из-за состояния здоровья, так?

Утембаев: Я отвечал и не замечал, что мне плохо…

Судья: А почему отказались?

Утембаев: Там был длинный вопрос, я устал, не знаю, не захотел дальше отвечать…

Его адвокат пояснил: “Когда он отвечал на вопросы, я его окрикивал, говорил ему разное, а он меня даже не слышал…”.

Затем был объявлен перерыв.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...