Демократический выбор Султаната

Источник: газета “Эпоха”

Виктор КОВТУНОВСКИЙ

Казалось бы, после публикации “Дежа вю” уже никакая выходка главного политического дуэта страны не вызовет нашего удивления. Отнюдь. Наверное, и признание старшего зятя президента в нетрадиционной политической ориентации — не самый последний информационный изыск, способный взволновать широкие слои мирового сообщества.

Монархические мысли, которые Рахат Алиев не смог сдержать при себе на прошлой неделе, и впрямь породили дискуссию. Правда, не столько о целесообразности Казахского султаната, сколько о замыслах, за этой идеей скрывающихся. Кто-то предположил, что спецпредставитель Казахстана в ОБСЕ дал старт долгожданным политическим реформам, кто-то усмотрел в этом всего лишь маневр, отвлекающий общественность от судебного процесса в Талдыкоргане. Однако на роль циркового клоуна, развлекающего публику своими ужимками, в то время пока со сцены уносят разбившегося канатоходца, могли найтись таланты меньшего калибра. Судя по сумбурности, которые отличают тексты, выходящие в “Караване” за подписью именитых особ, Рахат Алиев озвучил то, что действительно у него наболело.

Не оспаривая основных выводов автора статьи “Республикостан или Казахский султанат”, хотелось бы внести ряд уточнений в озвученную аргументацию. Если уж на то пошло, то дебаты относительно государственного устройства Казахстана в 1991 году все-таки были. Они велись вокруг президентской или парламентской формы правления. Про монархию, действительно, никто не вспоминал. А ежели какой-нибудь МИДовский работник и заявил тогда публично о своих монархических наклонностях, то наши заскорузлые “отцы-основатели” не уделили этому должного внимания. Разве что дали рекомендацию министру проверить своего подчиненного на интеллектуальную дееспособность.

Но логика рассуждений Рахата Алиева заслуживает пристального внимания. Действительно, получив суверенитет, нам надо было обсудить не только целесообразность введения монархии, но и иные модели социального устройства. Например, рабство. Причем в пользу последнего можно привести не менее убедительные доводы! Известно, что благодаря институту рабства возникли первые цивилизации, процветали древние государства. Да и новая история дает нам весьма поучительные примеры. Взять хотя бы Соединенные Штаты Америки, так сказать, эталон либерализма. Первые 90 лет своей независимости они успешно сочетали передовую демократию с рабовладением. Почему бы и нам не воспользоваться их положительным опытом?

Сказанное может быть воспринято как профанация конституционно-монархической идеи. Но, положа руку на сердце, совсем не шуточные рассуждения г-на Алиева о лордах и простолюдинах – по сути одно и то же! Феодализм азиатского розлива, который он предлагает внедрить в родных степях, мало чем отличается от рабовладельческого строя. И уж если вводить сословие аристократов, то почему бы не наделить новую знать и крепостными полномочиями? Что бы все – по закону!

Утверждения автора газетной сенсации о том, что диктатура пришла к нам с республиканской формой правления, можно подвергнуть сомнению. По большому счету, она от нас пока еще никуда не уходила. Признаться, в понятиях, которыми оперирует заместитель министра иностранных дел – “республика” — “диктатура”, “монархия” — “демократия” — немудрено запутаться. Вот и фраза о “гарибальдийской республике” попала в текст, очевидно, по причине своего благозвучия – в традиционной политологии она никогда не встречается. Однако увлекаться красивыми, но незнакомыми словами надо с большой осторожностью. В том числе и людям, озабоченным глобальным переустройством страны.

Дело в том, что ученые-историки не могут достоверно определиться с тем, каких политических воззрений придерживался герой борьбы за объединение Италии Гарибальди: то ли монархических, то ли республиканских. Скорее всего, он просто был страстным любителем повоевать. По любому поводу. Во всяком случае, освобожденные от супостатов территории Гарибальди передал не каким-нибудь президентам, а королю единого итальянского государства Виктору Эммануилу II.

Восполнить политологические пробелы Рахату Алиеву, скорее всего, могла бы его супруга – Дарига Назарбаева. Она как бы даже защитила кандидатскую диссертацию на тему политического устройства Италии. Конечно, государственным мужам не обязательно знать обо всех научных увлечениях своих жен, но собственные журналистские опыты забывать вовсе даже не к лицу.

Дело в том, что в приснопамятном 2001 году, перед своей прошлой отставкой, Рахат Алиев опубликовал хоть и не столь скандальную, но вполне философичную статью на тему личных политических симпатий. В ней генерал Алиев с большим пиететом отзывался и о своем политическом кумире генерале Шарле де Голле и о нашей Конституции, списанной якобы у Французской Республики.

Ныне отставной генерал Алиев уже весьма встревожен возможностью прихода к власти “людей в погонах” и уверен, что если “у руля республик стоят военные”, “тогда народ страдает вдвойне”. Идеологические метаморфозы могут случиться со всяким, кого нелегкая доля помотала по Европам. Но кардинальная перемена предпочтений должна каким-то образом быть объяснена казахстанским читателям. Иначе у обывателей может сложиться впечатление, что политические убеждения г-на Алиева каким-либо образом зависят от занимаемой им должности.

Можно согласиться с утверждением старшего зятя: республиканское устройство не защитило нас от коррупции и произвола. Непонятно другое. С какой это радости после введения монархии у нас вдруг случится Хуан Карлос или принцесса Диана, а не император Бокасса, например? Хотелось бы услышать убедительные теоретические выкладки на этот счет. Можно конечно пойти путем проб и ошибок – провозгласить монархию и посмотреть, не станет ли наш султан кормить дипломатов министрами, как это водилось в Центральноафриканской империи.

Загвоздка в том, что провести такой эксперимент совсем не просто, как это кажется на первый взгляд. Стабильность королевских династий держится не только на диктаторских традициях, но и на убежденности подданных в богоизбранности своего монарха. Даже там, где короля на трон избирали, всякий кандидат непременно обладал кровной связью с царственными особами. Как убежденный монархист, Рахат Алиев не может не знать, что сын пастуха или лекаря не имеет права занять царский престол. Вот и Норвегия, добившись независимости от Швеции, вынуждена была пригласить на свой трон варяга – отпрыска шведского короля, поскольку своих, достаточно богоизбранных претендентов, у них не нашлось.

Отодвигая, как и Рахат Алиев, в сторону предстоящие династические проблемы, следует отметить, что из всех предложенных им образцов демократических монархий наиболее предпочтительным для нас является Королевство Иордания. Тамошний король, согласно Конституции, сам назначает центральное правительство, судей и всех региональных руководителей. Демомонарх вправе распустить Национальное собрание и отклонить любой принятый им закон. Преодолеть королевское вето могут обе палаты парламента двумя третями голосов. Но надо иметь в виду, что депутатов верхней палаты назначает сам король.

Уже в первом прикиде видно, что демократия такого типа легко приживется на нашей почве. Даже и Конституцию особо перекраивать не придется.

“Эпоха” №35 8 сентября 2006 г.

Новости партнеров

Загрузка...