Ответы Галымжана Жакиянова на вопросы наших читателей. Часть 2

“Время для директивных переселений народов должно уйти в прошлое”

Галымжан Жакиянов отвечает на вопросы наших читателей, заданные в процессе прямой линии 23-24 октября 2006г. Часть 1 смотрите здесь.

***

— События в Шаныраке, Бакае, Чимкенте, Актау, Шахтинске, Атырау (Тенгиз) — по Вашему мнению, это предвестники чего-то опасного для власти или это локальные очаги напряженности, которые спонтанно возникли и также пойдут на убыль. Прокомментируйте действия властей в этой связи, в чем власть себя проявила достойно и в чем очень опрометчиво и бездарно. Продолжится ли волна акций протеста в регионах и с чем это сязано.

— Кто виноват в конфликте на Тенгизе между турками и казахами?

— Конечно же, эти события не случайны. Социальная напряженность существует, несмотря на рапорты о процветающей экономике. Даже поток нефтедолларов не способен погасить конфликты, поскольку разрыв между бедными и богатыми слоями общества только увеличивается.

Власть страшно боится этих конфликтов, поскольку они демонстрируют лживость официальной пропаганды. Обратите внимание, что государственные СМИ просто блокируют всякую информацию об этих событиях, будто их и не было. Президент не объяснился, ни когда случилось побоище в Шаныраке, ни когда произошла авария в Шахтинске. С большим запозданием он обратил свой взор на трагедию детей в Шымкенте. Выводы, сделанные после этих событий не адекватны глубине происходящего. Можно, конечно, освободить виновных от должности, поменять местами некоторых чиновников, но от перемены мест система не перестанет давать сбои. Это все равно, что в старом прогнившем водопроводе заниматься латанием дыр – со временем их количество увеличивается в прогрессии, прорывать будет чаще и в неожиданных местах.

Надо менять всю систему и включать гражданское общество в процесс принятия важнейших решений. Поскольку глубинные причины таких бед кроются в сверхцентрализации, неподконтрольности и неподотчетности власти (как местной, так и центральной) народу. При всем внешнем различии происшедших событий, их объединяет одно, а именно – отсутствие механизмов контроля за властью. Ведь, к примеру, совершенно ясно, что конфликты в Тенгизе и Шахтинске были заложены непрозрачными действиями властей при подписании контрактов с иностранными инвесторами. В такой ситуации население перестает доверять власти, пропасть между ними увеличивается. Насколько люди должны были возненавидеть свою власть, чтобы решаться на такие крайние меры, как поджог ее представителей в Шаныраке? Или почему вполне мирные наши соотечественники, толерантностью которых гордится глава государства на международных форумах, в порыве гнева стали крушить все иностранное?

— Галымжан Бадылжанович. В период когда Вас судили, потом отправили в колонию, в период, когда Ваша супруга выдвигалась в депутаты в ноябре-декабре 2002 года, Вас и ее окружало множество людей, которые работали не за деньги (коих Вы никогда не платили много своему окружению) и не за идею ДВК, а за уважение к Вам. Выйдя на свободу, многим из них Вы даже спасибо не сказали за то, что они подвергали себя и свои семьи гонению (как, например, Геннадий Бондаренко и Нурлан Жолдасов, которые получили по 2 года условно, организовывали митинги и пикеты в вашу поддержку, пока вы были в СИЗО), что они покинули свои семьи и поехали в след за вами как жены декабристов в ссылку (как, например, Эдуард Назаров, ваш помощник, а так же водитель и телохранитель, которые жили в скотских условиях полгода под забором вашей зоны и решали все вопросы, чтобы вам там жилось комфортнее). И таких людей десятки. (Фролова, Башиловы и т.д.). Я уж не говорю о сотнях простых жителей, которые в Вас действительно верили. Итак, мой вопрос: почему вы забыли об этих людях? Это наплевательство на ваших ближних или вы просто сами не знаете, что Вам делать, не говоря уже о других?

— В 2002 году подверглись репрессиям многие близкие мне люди и даже те, кого я прежде не знал. Кого-то осудили неправедным судом, кто-то вынужден был покинуть страну. Я искренне благодарен всем тем, кто поддержал меня в годы испытаний. Я не раз публично выражал свою признательность им, и когда находился в заключении и когда вернулся. Мне глубоко небезразлична судьба каждого из них. С большим удовлетворением могу отметить, что подавляющее большинство моих соратников, в том числе те, кого Вы перечислили, продолжают делать наше общее дело вместе со мной и рядом со мной. Есть, к сожалению, и исключения: некоторые, очень немногие, под давлением или в силу иных причин оказались втянуты в позорные дела. Но я никого не виню и не осуждаю.

Пользуясь случаем, я еще раз благодарю всех своих соратников и единомышленников и желаю им успеха в нелегкой, а зачастую и опасной борьбе.

— Некорректный вопрос. А на какие доходы существуете в настоящее время вы и ваша семья? Не могли бы вы представить выписку из декларации о доходах? Откройтесь народу.

— Расскажите о своей семье. Чем занимаетесь в данное время? Как проводите досуг?

— Наша семья живет за счет прежних своих сбережений. В фонде “Гражданское общество” я работаю на общественных началах. Мы с Карлыгаш воспитываем двух сыновей. Старший — Берик — получает образование в Техасском университете (США), а Ележан живет рядом с нами, учится в одной из алматинских школ. Младший сын проявляет способности к точным наукам. Поэтому, мы всячески поощряем его занятия математикой, участие в различных школьных олимпиадах. Зачастую я сам занимаюсь с ним в качестве репетитора, благо, остались некоторые познания в этой сфере. Кроме того, мы всей семьей активно занимаемся спортом, любим совершать пешие прогулки, ходить в кино. Одним словом, живем нормальной семейной жизнью, если не считать, что времени на отдых всегда не хватает, а “особых” политических обстоятельств, в условиях которых, собственно, живет вся страна, очень много.

Декларации свои, я как законопослушный гражданин, своевременно сдавал в налоговые органы. В бытность акимом Семипалатинской области моя декларация была опубликована в гиллеровском “Караване”. Помню, тогда это вызвало большой ажиотаж. Некоторые высокопоставленные чиновники упрекали меня за этот шаг. Что характерно, недовольны были те, кто не имел легальных доходов, ни дня не работал в бизнесе, и не мог вразумительно объяснить происхождение своих дорогих вилл, автомобилей и прочих расходов. Мне же нечего было скрывать, поскольку был состоятельным человеком еще до прихода во власть и регулярно получал дивиденды со своих активов и акций, переданных в доверительное управление в соответствии с законодательством. Последние пять лет по известным обстоятельствам никаких деклараций я не заполняю.

Примечательно, что во время допросов в Кушмуруне, когда против меня пытались сфабриковать новые уголовные дела, сотрудники КНБ предъявили мне мои декларации за 1998-2000 годы. Это как раз те декларации, которые должны были уничтожить в соответствии с законом о легализации имущества. Меня пытали, куда я дел свои доходы, не финансирую ли я оппозицию. В свое время я выступил против закона о легализации, имея в виду важность для общества традиций налоговой культуры и финансовой чистоплотности.

Сейчас мне подумалось: а ведь наверно таким же “неведомым” образом сохранились от уничтожения не только мои декларации? Значит, закон, гарантировавший тайну легализации денежных средств – фикция?

— Ваше отношение к Жармахану Туякбаю? В свете того, что сейчас только ленивый не видит того, что Жармахан Айтбаевич действует в соответствии с российским сценарием, где уже создана немножко \»левая\» партия власти.

— Мне кажется, что аналогии с партстроительством в России не вполне уместны. Надо иметь в виду, что возглавляющий “левую” партию Сергей Миронов, является действующим представителем власти, он возглавляет верхнюю палату Государственной Думы.

Мое отношение к Жармахану Айтбаевичу общеизвестно. Еще находясь в Шидертах я рекомендовал его своим соратникам в качестве единого кандидата от объединенной оппозиции.

Что касается моего отношения к созданию новых партий, то и на этот счет я неоднократно заявлял свою позицию. Во-первых, объективно, всякая новая партия дробит электорат оппозиции. Это надо признать. Во-вторых, в условиях, когда оппозиционные организации преследуются властями, всякое партстроительство превращается в борьбу партий за собственную легитимность. Партии вынуждены заниматься вопросами регистрации и перерегистрации, а не реальной работой с населением. Поэтому-то я и воздерживаюсь от призывов создать еще одну партию – партию Жакиянова. Партии должны создаваться на основе программ и идей, а не на основе личностей.

— Готовы ли вы разделить одну пайку с “оппозиционером” Байменовым?

— Это зависит от того, какая “пайка” имеется в виду. Тюремной пайкой принято делиться со всеми, независимо от политических взглядов. Если же это “пайка” со стола власти, то я в ней не нуждаюсь. Алихан Байменов избрал свой путь. Я не считаю его эффективным для достижения провозглашенных целей.

— Пропрезидентские партии сливаются, что мешает оппозиционерам объединиться?

— Совершенно понятно, что пропрезидентские партии сливаются не по причине единства взглядов их лидеров или хозяев, а потому, что поступило соответствующее распоряжение сверху. У оппозиционных же организаций нет своей администрации президента, указаниям которой они бы беспрекословно подчинялись. В оппозицию идут люди, у которых помимо других добродетелей ярко выражены такие качества, как честолюбие, стремление к свободе и независимости. Естественно, таких людей нельзя просто взять и “слить” в административном порядке в одну партию.

Если говорить о том, что мешает объединению оппозиции, то можно назвать как субъективные, так и объективные факторы. Во-первых, это личные амбиции и различия в характерах лидеров, зачастую приводящие к недопониманию и недоверию между ними. И не только между разными партиями, но и внутри каждой организации. Это печально, но это факт, на который не стоит закрывать глаза. Во-вторых, все-таки в идеологии и программах оппозиционных организаций есть различия. К примеру, разные подходы к решению одних и тех же проблем у коммунистов и либералов. Но я по-прежнему остаюсь оптимистом. Когда это необходимо оппозиционные силы преодолевают все разногласия, как это было на прошедших президентских выборах.

Убежден, что политическая ответственность перед страной и избирателями будет консолидировать оппозицию и в дальнейшем.

— Туякбай создает свою партию и не этично будет, если он по-прежнему будет возглавлять ЗСК. Предлагали ли Вам возглавить ЗСК? Если это произойдет, то согласитесь ли Вы или останетесь на уровне руководителя НПО?

— Как известно, объединение “За справедливый Казахстан” было создано накануне президентских выборов и объединило практически все оппозиционные силы страны. По известным причинам я не входил в руководящие органы движения, хотя, находясь на поселении в Шидерты, принимал непосредственное участие и в его создании, и выработке программных документов. После выборов шел процесс поиска, как новых форм деятельности оппозиции, так и в целом, дальнейших путей, которые могут привести к позитивным изменениям в стране. Трагическая гибель Алтынбека Сарсенбаева стала тяжелой утратой для прогрессивной части общества и отразилась на процессе поствыборной модернизации оппозиционных организаций.

Мы обсуждали судьбу движения “За справедливый Казахстан” с Ж.Туякбаем. Было решено рассмотреть этот вопрос после регистрации его партии. Возглавлять какую либо организацию я не стремлюсь. Прежде всего, надо определить не лидера ЗСК, а роль и место организации на существующем политическом поле.

— Актуален ли призыв Путина к русским, по переезду на Родину? Как вы считаете, стоит ли нам русским поддержать инициативу президента Путина, по добровольному переселению народа?

— Я думаю время для директивных переселений народов должно уйти в прошлое. Право на свободный выбор места жительства – важнейшее право каждого человека. Каждый должен сам определиться с тем, где жить и какую страну считать своей Родиной. Граждане должны соблюдать законы страны, уважать ее суверенитет, а государство обязано обеспечить равенство для всех его граждан.

— Если бы ввели выборы акимов областей, стали бы вы бороться за кресло акима Павлодарской области? Ваше мнение о нынешнем социально-экономическом положении в этом регионе? Вы долгое время работали там акимом и наверняка знаете, что там происходит?

— Для меня важно не место акима или иная должность. Важно, чтобы общество само избирало и контролировало власть. Этот принцип последовательно отстаивает демократическая оппозиция. Сейчас я и мои единомышленники боремся за реальную, а не “виртуальную” выборность акимов.

Думаю, потенциал Павлодарской области не реализуется в полной мере. Это экономически развитый регион с высококвалифицированным населением. Да, конечно, власти что-то делают, но вопрос в эффективности. Нынешний бюджет области в несколько раз больше, чем бюджет пятилетней давности. Но стали ли, например, дороги во столько раз лучше? Отразился ли как-то этот рост на благосостоянии жителей? Я в этом не уверен.

— Вы согласны с принципом многовекторной внешней политики Н.Назарбаева? Если нет, то почему, и в какую сторону предлагаете ориентироваться (США, РФ, КНР)?

— Принцип “многовекторности” это принцип флюгера: поворачиваться в ту сторону, куда ветер дует сильнее. По большому счету это тот же вариант колониальной политики, только “метрополия” не одна: приходится угождать не только Москве, но и Пекину, и Вашингтону. Печально, когда такая “многовекторность” оборачивается раздачей наших природных богатств и ущербом для национального суверенитета.

Я считаю, что внешняя политика должна ориентироваться не на какие-то страны, а на принципы и общечеловеческие ценности. Мы должны строить современное, независимое, миролюбивое и демократическое государство. Это единственный и не меняемый вектор развития. Это курс, которым надо двигаться, даже если политика какой-то сверхдержавы идет ему вразрез. Все, кто разделяет наши ценности и намерения, все кто готов помочь нам при движении в эту сторону, несомненно, будут нашими союзниками.

— Вы согласны с тем, что выборность областных акимов несет в себе риск сепаратизма по крымскому сценарию на Украине?

— Сепаратизм порождает непродуманная региональная политика. Когда население той же Атырауской области чувствует себя изгоями на земле своих предков, то это неизбежно ведет к сепаратистским настроениям. Это даже не зависит от национального состава территории. Если жители какого-то региона не ощущают себя реальными хозяевами, если они не имеют возможности сами выбирать свои местные органы власти, то ищут решения проблем где-то на стороне, полагая, что при другом правителе им будет лучше. Пример развитых стран наглядно свидетельствует, что демократия, децентрализация, местное самоуправление только укрепляют государство.

(Окончание следует)

Новости партнеров

Загрузка...