Минобороны РК — это разлаженный механизм?

Источник: газета “Алма-Ата ИНФО”

Да, такое впечатление сложилось у меня после того, как прочитал ряд публикаций о деятельности военного ведомства, познакомился с некоторыми бумагами, исходящими из него. Это огромная машина, которая работает со скрипом, скрежетом, поглощая, как прожорливое чудовище, огромное количество народных денег, оставляя после себя много непонятного, спорного, не всегда по-человечески и профессионально приемлемого. Впрочем, зачем много рассуждений, поговорим о деле на примере некоторых фактов. И если они, на взгляд наших военных, будут истолкованы несколько не так, как они ожидали, просим также высказаться.

Подписано, так с плеч долой

Меня удивляет несколько бесшабашное отношение руководства Минобороны к своему имуществу, в частности, к Центральному дому офицеров, к складам, к санаториям, даже к военной технике, вооружению. Минобороны как бы старается сбросить с себя всю инфраструктуру, которая, на наш взгляд, порой имеет стратегическое значение. Кстати, определимся сразу, как мы понимает военную стратегию, чтобы при разговоре исходить из самого главного в деятельности Минобороны. Военная стратегия – это область военного искусства, которая охватывает вопросы теории и практики подготовки страны и вооруженных сил к войне, ее планированию и ведению, исследует закономерности войны. При этом главная задача – защитить страну, свой народ от внешнего агрессора.

В этой связи кажется недоразумением передача продовольственных складов в Алматы какому-то “Колдау”, которое занимается теплоснабжением и доставкой воды в дома офицеров. Что делать этой теплоснабжающей организации с продовольственными складами? Она не знает. Минобороны остаться без складов никак нельзя, недопустимо. И министр, и его заместители, да и рядовые офицеры прекрасно знают, что оборонные организации, войсковые части должны не только иметь продовольствие на каждый день, чтобы нормально кормить военнослужащих, но, и это главное, иметь резерв продовольствия (консервов мясных, рыбных, сгущенное молоко, крупы, сахар и прочее и прочее), который периодически надо обновлять, заменять. Это необходимо делать как раз в силу следования военной стратегии, так как резерв имеет стратегическое значение для Минобороны, для Вооруженных Сил страны. А Минобороны с весьма легкомысленного предложения Комитета по госимуществу и приватизации Минфина передает их “Колдау”, которому, кстати будет заметить, эти склады как корове седло. И понятно, что все сколько-нибудь думающие граждане, догадываются, что “Колдау” — это промежуточное звено в цепи последующей реализации кому-то понравившегося места под складами в Алматы. Во всяком случае, мне это представляется именно так.

Сегодня кое-кто говорит, что военных, мол, обеспечат продовольствием разные товарищества с ограниченной ответственностью. Можно обойтись и без складов специального назначения. Но военная стратегия обязывает военных готовиться к самому худшему, возможно, к значительному конфликту с большими террористическими группами, вдруг пожелавшими захватить Казахстан, чтобы использовать его военный потенциал, хранящееся на полигонах оружие. Это гипотетически, но ситуации могут быть разные. И тогда, скорей всего, ТОО разбегутся, не смогут должным образом снабжать армию, потребуется продовольственный резерв, а у Минобороны даже складов не будет в таком большом мегаполисе, как Алматы. По-хорошему сначала надо построить новые склады, пусть даже на окраине города, потом передавать старые тем, кому они понравились или, точнее, кому земельный участок приглянулся. Это наше мнение.

Или, допустим, Минобороны жаждет избавиться почему-то от Центрального дома офицеров (ЦДА). Само желание избавиться от ЦДА вызывает неуважение к военным уже потому, что они сбрасывают со счета такой мощный для армии фактор, как патриотическое воспитание, воспитательная работа с военными вообще. Ведь советская власть была не дура, когда создавала такие дома офицеров, клубы, кинотеатры, красные уголки в войсковых частях и прочее. Именно здесь, переживая эмоционально при слушании замечательных песен, просматривая лучшие фильмы мирового кино, выступая на сцене сами, солдаты и офицеры становятся людьми.

В нашей стране сначала народное образование освободилось, уточним, большей частью, от домов школьников (бывших пионерских дворцов), станций юных натуралистов, юных техников, дворовых клубов, заодно детских садов. Потом стали освобождаться исполнительные местные органы власти от библиотек и клубов; сейчас, когда материальная, финансовая сторона дела решается в стране положительно, вдруг Минобороны сбрасывает с себя культурные учреждения. С какой стати, позвольте спросить? Ведь солдаты и офицеры не бараны, которых нужно держать только в казарме, как в хлеву. Они такие же люди и хотят жить по-человечески. В конце концов, ощущение благополучия и комфорта создается именно инфраструктурой. Офицер, добросовестно поработавший, желает отдохнуть, его семья тоже. Создайте ему условия для этого. Тогда он больше будет ценить родину, лучше служить стране и народу. Это же элементарно.

Как “сбрасывают” ЦДА?

Просто диву даешься, как это неумело делается. Конечно, если эту “неумелость” не объяснять, как нам представляется, умыслом сознательной передачи Центрального дома армии опять же какому-то заинтересованному лицу или лицам. Тут сплошные противоречия. Так, в июле 2005 г. премьер-министр Д. Ахметов издает постановление правительства, надо полагать, по представлению Минобороны, в котором постановляет реорганизовать Республиканское государственное предприятие “Военно-техническая школа Минобороны” путем присоединения к нему республиканского государственного предприятия “Центральный дом армии”.

Но прежде чем инициировать реорганизацию, председатель комитета начальников штабов, первый заместитель министра обороны Б. Дарбеков пишет справку, в которой предлагает министру два варианта – ликвидацию ЦДА и реорганизацию. Однако от варианта ликвидации он советует министру отказаться по довольно смешной причине. Мол, комитет по госимуществу может предъявить Минобороны претензию по неэффективному управлению предприятием (ЦДА) и созданию предпосылок к образованию кредиторской задолженности, что в этом случае ответственность (при ликвидации) будет возложена на Минобороны.

Дом офицеров действительно задолжал 11 млн тенге, в том числе по зарплате работникам около полутора миллионов. Но, во-первых, эта незначительная сумма для Минобороны ничего не значит, министерство легко могло бы ее погасить. Если это перевести на бытовой уровень, то сосед как бы решил возвратить соседу одолженное ранее ведро картошки. На самом деле Минобороны теряет более значительные суммы, но об этом позже. Во-вторых, эта отговорка, на наш взгляд, делается для видимости. В то же время совершенно не учитываются куда более серьезные обстоятельства.

Вы помните, что склады для “Колдау” оказались вроде седла для коровы. То же самое случилось, когда Дом армии навесили сначала постановлением правительства, а потом приказом министра обороны на военно-техническую школу. Сама эта школа не готова принять Дом офицеров. Генеральный директор военно — технической школы М. Гирфанов сообщал в Минобороны, что военно-техническая школа … не может присоединить к себе Дом офицеров и быть его преемником в части расчета по существующим задолженностям, ликвидации как юридического лица с большими кредиторскими задолженностями. Это приведет к ухудшению финансово-хозяйственной деятельности военно-технической школы, которое за счет уменьшения численности подготовки специалистов снизилось в 2005 г. на 70 млн тенге. То есть, Дом офицеров для военно-технической школы – это хомут на шее, с которым сама школа может утонуть.

О чем свидетельствует такой подход Минобороны к реорганизации Дома офицеров? Сгоряча можно сказать, что руководство Минобороны не ведает, что творит. Есть элементарная этика, неизменный порядок: прежде чем принимать постановление правительства, издавать приказ министра, проект постановления, приказа передается на визирование всем тем, кого он касается. В этом случае не было бы ошибок. Если же Министерство обороны задалось целью вывести Дом офицеров в хозрасчетную организацию, а потом выставить его на торги и продать заинтересованным лицам, тогда все можно объяснить. Тогда — неприкаянность работников Дома офицеров, их долги по зарплате; перебрасывание этого казенного предприятия будет происходить до тех пор, пока все вдруг не убедятся, что выхода как будто нет, и Дом офицеров надо пускать с молотка, то есть банкротить, продавать и т.д. По нашему мнению, к этому все идет. А ведь при намечающемся довольно солидном финансировании Минобороны на текущий год Дом офицеров, ох, как бы пригодился самому Минобороны. Для этого и нужно совсем немного: отменить прежние постановления и приказы и взять Дом офицеров на свой баланс или признать прежние акты по его передаче недействительными через суд.

Участника войны с внучкой — на улицу!

Речь идет не только о складах и Доме офицеров. Минобороны скидывает с себя санатории, пионерский лагерь “Орленок”, вооружение и снаряжение от старых пилоток до многотонной техники и многое другое. Согласно Указу президента страны, приватизации не подлежат штатное имущество, организации и объекты военно-технического назначения, необходимые для обеспечения национальной безопасности Казахстана; объекты социальной защиты населения. Однако в последнее время стали достоянием гласности факты списания военной техники, когда по дешевке уходят военные автомашины, трактора, когда продается огнестрельное оружие. Например, не так давно на торги были выставлены боеприпасы и пулеметы Калашникова, которые спокойно покупают юридические лица. На мой непрофессиональный взгляд, боевое оружие продавать любому юридическому лицу просто нельзя: оно вскоре начнет стрелять по всей республике и даже за рубежом. Оно может попасть в руки террористов, наконец. Допустим, пулеметы можно по безналу продать другой воинской части, произвести их техническое усовершенствование. Если они действительно устарели – разрезать на металлолом, но не торговать ими. Этот чревато.

От армии не должны страдать люди, как они, к слову, пострадали при ликвидации Алматинского санатория. Военное ведомство еще до решения вопроса с санаторием распределило лакомые участки земли, на которых находились дома бывших работников санатория. Многих из них, проживших в своих домах по 20 – 30 лет, просто выгнали на улицу. На улице оказался и престарелый ветеран войны с дочкой и внучкой. Какой позор для армии и страны. Его выставили на улицу те, чью свободу и независимость ветеран защищал от фашистских захватчиков. Стыдно, господа офицеры. И все это ради подорожавшей в последнее время земли. А ведь ее нужно-то всего в конечном итоге каждому метра два, в том числе и тем, кто изгнал из дома беспомощного старика, уже не имеющего возможности и сил дать отпор бесчестным людям.

Офицеры проворовались?

Стоит ли удивляться, что в таких условиях коммерциализации армии, при отсутствии духовной пищи, при разлаженности военной машины, при затемнении происходящих в армии процессов офицеры начали думать только о своей выгоде? Удивляться этому не приходится. Старшие офицеры задерживаются за получение взятки, можно сказать, за крохоборство, потому что взятки составляют 16-20 тыс. тенге. В Алматинской области задержан подполковник Д. за то, что взял деньги за направление призывника в привилегированную войсковую часть КНБ. В Атырауской области при получении довольно незначительной взятки задержан майор У. Но есть и такие, которые хапают по-большому. Помощник начальника военного госпиталя госпожа Г. совместно с бухгалтером Р. прихватили бюджетные средства в сумме 3,6 млн тенге. А капитан Ж., начальник службы ГСМ войсковой части 40398, похитил 37 тонн горючего на сумму более 3 млн тенге.

Куда делись 11 миллионов?

В сентябре текущего года в Вооруженных Силах Казахстана, можно сказать, произошло чрезвычайное происшествие: Главная инспекция Минобороны проверила исполнение договоров фирмами ТОО “БА-ВЕТ” и ТОО “АЛМАТЫ-БЫТСТРОЙ” на проведение монтажных работ по оборудованию совмещенной директрисы БМП и танков на полигоне Военного института сухопутных войск. Что, вы думаете, показала проверка? Весьма печальную картину. Договоры на сумму в 11 млн тенге не исполнены и не исполнялись даже, но деньги за работу выданы. Этих денег хватило бы рассчитаться с долгами Центрального дома офицеров. Материалы дела, правда, передали в Главное управление военной полиции Вооруженных Сил РК. Полковник Р. Алимбаев, заместитель начальника военного института сухопутных войск должен теперь объяснить, каким образом оказалась его подпись на акте приемки выполненных работ? На каком основании произведена оплата выполненных работ, если эта самая работа не производилась? Почему подрядчики не отказались от денег, если они работу не выполняли? Бывший командир войсковой части 11098 подполковник Б. Алпысбаев должен объяснить, почему он подтвердил, что указанные работы выполнены в полном объеме, если они не выполнялись? Полковник Ж. Куангалиев, руководитель военного института сухопутных войск, должен объяснить, почему при нем, живом и здравствующем, находящемся на службе, акт приемки — передачи активов на оборудование директрисы на сумму 31 млн тенге утверждает его заместитель г-н Алимбаев? Вообще будет неплохо, если эту весьма туманную историю объяснит читателям нашей газеты начальник Главной инспекции Минобороны РК генерал-майор С. Темербеков.

Конечно, хорошо, что руководители Минобороны сами вскрывают финансовые нарушения в своем ведомстве, но плохо, что они есть вообще в среде офицеров, которые, как военные люди, должны быть образцом поведения для гражданских лиц.

Все изложенное выше позволяет нам утверждать, что Минобороны сегодня – разлаженная машина. Надо что-то менять. Что? Прежде всего, освободить армию от всех коммерческих дел. Пусть офицеры занимаются военной подготовкой, воспитанием солдат, а коммерцией – специализированные организации. Разрешить законодательно Комитету по госимуществу и приватизации непосредственно заниматься всеми объектами, которые Минобороны не желает тянуть, без всякого предварительного выведения их в хозрасчетные организации. Снять завесу секретности с деятельности Минобороны, которое даже списки выделения квартир военным служащим невероятно засекречивает. Одним словом, желательно по-настоящему реформировать нашу армию и главное военное ведомство, чтобы они стали более дееспособными, активными, занимались решением военной стратегической задачи, а не хозяйственной деятельностью, где офицеры вольно или невольно провоцируются на правонарушения, хотя в силу своего положения, статуса, этических норм – не должны бы.

Газета \»Алма-Ата ИНФО\»

Новости партнеров

Загрузка...