Мы другие?

Она пригласила в Париж всех своих подруг и дружков, собралось человек двадцать, выкупили крутейший ресторан на Елисейских полях… Французы упали!

Феномен Бората вызвал во мне и среди моих знакомых недоуменный вопрос: почему он выбрал мишенью для своих примитивных и низкопробных шуток именно нас, казахов? Мы всегда гордились своей продвинутостью, европейскостью, капитализированностью, во всяком случае, в сравнении с нашими ближайшими соседями. Уж если над кем-то и смеяться европейцам, то лучше и удобнее было бы, например, над владельцами золотых памятников и гонителями балета. А у нас: на каждом углу мировые бренды, палитра автомобилей на улице – на зависть всем, рестораны ломятся от обилия заморских и экзотических блюд. И кино мы смотрим американское и музыку покупаем, как у них. Но выбрал он именно нас!?

Немцы ходили с квадратными глазами!

— А чего ты хотела? – невозмутимо вразумлял меня муж. – О нас они хотя бы что-то слышали, и чаще видят, ведь мы сейчас много путешествуем. А соседи, живут как в скорлупе.

— Разве это повод смеяться над нами?

— Ну а раз мы много путешествуем, — терпеливо разъяснял муж очевидные, по его мнению, истины, — то, видимо, обращаем на себя внимание там, даем им повод делать такие сомнительные выводы. Поняла?

Вот это снисходительное “Поняла?” — чисто наше, казахское. Я могла бы достойно отреагировать на это, но не стала, по-нашему, по-женски. Но призадумалась.

Действительно, а как они там воспринимают нас? Занятно.

Недавно один приятель с увлечением рассказывал, как какой-то из наших нефтяных магнатов отмечал свой день рождения. Зафрахтовал самолет, пригласил три сотни гостей и повез их в Эмираты. Снял на три дня пятизвездный отель. Естественно, артистов он тоже привез своих. Гудели на всю катушку!

— Немцы, жившие в соседнем отеле, увидев все это, ходили с квадратными глазами! – с гордостью отметил наш приятель.

Моя знакомая, тоже олигархищница, с плохо скрываемой гордостью объявила, что ее дочке исполнилось двадцать лет.

— Она пригласила в Париж всех своих подруг и дружков, собралось человек двадцать, выкупили крутейший ресторан на Елисейских полях, наняли пять лимузинов (один для цветов) и… рассекали! — увлеченно рассказывала она. – Французы упали!

Она неожиданно осеклась, столкнувшись с моим непонимающим взглядом.

— Нескромно, конечно, — вздохнула моя собеседница, — но что поделаешь, молодые хотят веселиться. Зато французы точно попадали!

Хотя может быть все и не так, и я несколько преувеличиваю, ориентируясь на рассказы моих знакомых, или того хуже, на слухи. Говорят, какой-то наш нефтяной шейх купил себе на вечер Элтона Джона за сколько-то там миллионов. Но я таким слухам не верю, наши мужчины не такие, вы же знаете про Элтона Джона. Нет, не верится.

Казахи никогда не торгуются, приходят и скупают пол-магазина!!!

Лучше расскажу нечто, побудившее написать эти строки, основанные на моем собственном опыте.

С некоторых пор мой муж стал несколько спокоен, одомашнен, семейлив. Потому как недавно ему вырезали желчный пузырь.

— Единственный, — как любит он порассуждать, — женский орган в мужском организме. Женщину вернее было бы называть желчиной!

Как бы то ни было, но вместо водочки врачи настоятельно порекомендовали ему водички, минеральной. Поэтому мы и собрались на курорт. Карловы Вары, мечта всех поколений советских людей!

Нам понравилось, чисто, уютно, культурно, народные и симфонические оркестры в парках и на аллеях, выставки современного искусства, обаятельные старички и старушки. Наполовину из Европы, на другую – из России и Украины. Попадались (и нередко) наши соотечественники, что было даже приятно. Кроме одного случая.

По утрам у источников воды народу особенно много. С учетом местного возрастного менталитета, народ выглядит скромно, можно сказать — обычно. Мы тоже не выделялись яркими нарядами. Но вдруг на территорию колоннады (место источника) торжественно вступил Он, наш соотечественник. В спортивном костюме небесно-голубого цвета, в национальном колпаке, в кроссовках Найк и гордой надписью на спине “Kazakhstan”. Точнее сначала вступил его гордый и увесистый живот, а уже потом проследовал он. Отдыхающие расступились, предоставив нашему выдающемуся (всеми частями тела) земляку право наполнить свой бокальчик водой.

— Таким образом он пропагандирует нашу Родину, — прокомментировал это действо муж, пытаясь успокоить нахлынувшее на меня раздражение.

— Он у вас олимпийский чемпион? – спросила у меня соседка по номеру.

— Нет, может быть в будущем…, — неопределенно ответила я, – если денег не пожалеет.

Чехи гордятся своей Родиной и историей, и, подозреваю, не меньше нашего. Они заботливо и ненавязчиво посвящают нас в свою культуру, традиции. Это касается и памятников истории, и знаменитого чешского пива, и фарфора, и украшений. Вот на последнем я хочу остановиться.

Чешские гранаты известны всем, особый, уникальный винный цвет, великолепная, выверенная столетиями, ювелирная работа. В общем, пройти мимо я не могла, и мужу позволить тоже.

Когда я выбрала, наконец, себе гарнитурчик, муж приступил к мужской и неприятной работе. Он стал торговаться.

— У меня на родине этих гранатов завались, и стоят они там раз в сто дешевле, — включил он свою дальнобойную артиллерию.

— Но у нас особенный камень, — на сносном русском языке настаивал владелец лавки, — неужели вы не видите.

— Да и оправа какая-то несовременная, — неуверенно атаковал муж.

— Это классика! – поразился продавец.

— Все равно, слишком дорого! – вынес вердикт мой муж, чем изрядно меня взволновал.

— Простите, — неожиданно обратился лавочник, — а вы откуда?

— Из Казахстана, — не без гордости ответил муж, я бы даже сказала, с некоторым пафосом.

— Из Казахстана!? – поразился наш собеседник. – Даже не верится! Казахи никогда не торгуются, приходят и скупают полмагазина!!!

— Ладно, беру, — согласился уязвленный муж.

Водитель нашего экскурсионного автобуса выполнял и функции гида. Однако его лекция показалась несколько странной. Оказывается, в Карловых Варах лечились все великие, начиная от Моцарта, Петра Первого и незабвенного Гете, посетившего их город восемнадцать раз (за точность цифры не ручаюсь).

— И где они теперь? – не преминул отметить муж.

Но странность не в этом. Большую часть времени он посвятил обзору местного рынка недвижимости.

— Этот отель купил (называется очень громкое российское имя), а этот такой-то, — мы молча слушали, мысленно уважая незаурядные финансовые возможности наших соседей, но неожиданно гид продолжил, — а этот купили казахи, и этот, и во-о-н тот, видите, роскошный такой, тоже казахи. Они скоро у нас тут все скупят!

— А вы твердо в этом уверены? — почему-то заступился за неведомых нам земляков мой муж. — Нельзя произносить бездоказательные утверждения!

— Об этом все у нас знают, — безапелляционно ответил гид, — и вы, небось, себе тут недвижимость присматриваете.

— Ошибаетесь! – твердо ответил муж. И я мысленно с ним согласилась, зная его возможности на этот счет.

Однако этот инцидент испортил нам настроение. В словах гида и в репликах туристов мы не услышали ноток восхищения или, хотя бы, уважения. Раздражение!

Уезжайте в свой Казахстан!

Вечером в номере решила полистать местный журнал на русском языке, названия точно не помню, то ли “Пражские огни”, то ли еще как. Попалась на глаза обширная статья о проблемах адаптации в Чехии эмигрантов. Оказывается их очень много в Чехии, особенно из стран СНГ. Автор анализировал проблемы. Многие из эмигрантов не могут найти работы, не знают чешского языка и, как подозревает автор, не хотят познавать чешскую культуру. Именно поэтому, видя это нежелание некоторых эмигрантов гармонично вживаться в общество, местные, не совсем сдержанные жители, могут сказать в сердцах эмигрантам:

— Не нравится вам у нас, тогда уезжайте в свой Казахстан!

— А причем здесь Казахстан!? – поразилась я, обращаясь к мужу. У меня всегда так, как что-то непонятно, обращаюсь к мужу. Непроизвольно.

— А чего ты хотела? Видимо, в местном обществе Казахстан ассоциируется с богатой и, как бы поточнее выразиться, со страной… с другой культурой.

— Это как, “с другой культурой”?

— Отстань, пошли пива попьем.

— Нет, — настаивала я, — ты должен все объяснить.

— А чего объяснять? Ты видела сегодня того парня, владельца особняка?

Видела, наши друзья из Германии решили нас навестить в Карловых Варах. Через Интернет сняли в аренду особняк и попросили нас посмотреть, все ли там в порядке. Мы приехали по указанному ими адресу и встретили там… казаха. Молодой и улыбчивый, он разъяснил, что с друзьями выкупил это особнячок (“Бабки надо же куда-то девать”), собираются его сносить и построить на его месте отель.

— Супер получится, все упадут, — заверил он, — правда местные возмущаются, типа, памятник истории, восемнадцатый век, поэтому пока не приступаем, туристам сдаем. Но вы же знаете, мы к любому тут найдем подход, с нашими-то бабками, через год приезжайте, тут только наши будут.

Вспомнила этот разговор и, наконец, отстала от мужа. Но на душе неприятный осадок.

Незадолго до отъезда зашли в местный супермаркет и увидели плакат (кто был, не даст соврать, тот, что напротив Почты, в цокольном этаже). Плакат гласил: “Мы другие”. И ни слова больше.

“А мы?”, опять задаюсь я вопросом, “А мы какие?”.

— А мы такие! Всем покажем, упадут! – передразнил меня муж.

Вы понимаете? Нам важно, чтобы они попадали, ходили с квадратными глазами, офигели, наконец!

И что я привязалась к этому Борату?

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...