Бурундук. Избранное. Том 3

Суслик задумчиво смотрел ему вслед. “А ведь толстый совсем не умеет ходить на лыжах”, - подумалось ему. Жалость и тоска сдавили его сердце…

Запомни, — инструктировал Суслик, — как перейдёшь перевал, там будет Туман и горная тропа. Узкая, ведет всего в 2 стороны. Очень опасно. В одной стороне живут лошади-врушки — “эркашаналда”, всегда ходят налево и обманывают. Они заманивают и едят бурундуков. В другой – лошади, всегда говорящие правду. Они не едят бурундуков. Ясен х*й, тебе можно попадаться токо последним.

А как я их отличу?- озадаченно нахмурился Бурундук.

В это-то вся и загвоздка, — потер подбородок Суслик, — это дилемма. Понимаешь, у тебя будет очень ограниченное время. Представь, что сможешь задать только 1 вопрос, и от него зависит твоя жизнь. Что ты должен спросить, чтобы попасть к тем, которые тебя не съедят?

Э-э, ну-у…, — заёрзал Бур, — типа “Знаете ли Вы, что от бурундуков бывает понос?”. Так?

Нет, — терпеливо продолжил Суслик, — ты должен спросить “Где ты живёшь?”.

Так просто?! – поразился полосатый.

Да. Та, которая всегда говорит правду, покажет тебе в сторону своего стойла. А та, которая всегда врёт, тоже покажет не в свою, а в противоположную, нужную сторону. Понял?

Кажется да. Ну, я пошёл, — вздохнул Бурундук.

— Повтори, что ты должен передать на словах Кролику.

“Пендосы с Фурманова обкладываются сэндбэгами”, — вслух сказал Бур. А про себя подумал: “Запугали новенького колпачники, он и у нас дует на воду. Вечно боятся всего. Дай волю, даже от жира с сахаром бы отстреливались….”.

Он проверил крепления и оттолкнулся палками. Суслик задумчиво смотрел ему вслед. “А ведь толстый совсем не умеет ходить на лыжах”, — подумалось ему. Жалость и тоска сдавили его сердце.

Бурундук шел уже почти полсуток. Смеркалось. Наконец он вошел в Туман.

Так, теперь по плану должна появиться лошадь”, — только и успел он подумать, как послышался перестук галопа. “Чёрная. Как смоль”, — заворожено смотрел Бур. Справа по тропе, в желтом ореоле свечения, подобно фосфорной помеси “Хищника” и собаки Янковского прямо на него, как в отчётливой замедленной съёмке, нёсся дьявольски прекрасно сложенный скакун.

Тпр-р-р! Тохта!! Тiп тур!!! Эта…, как его… — склероз и ужас сковывали.

Копыта с визгом затормозили у самого носа грызуна. Бока тёмной бестии то опадали, то могуче раздувались.

С какого Вы биллб…, тьфу, стойла!?! — торопливо заорал Бурундук.

Какое ещё на хрен стойло? Я с Абая-Массанчи, — обиженно надулась лошадь.

А чего Вы тут делаете..? – заплетающимся языком растерянно прошептал Бур. “Бли-ин, просрал вопрос!”, — мелькнуло в его мозгу, — “Суслик не говорил, что дальше!”.

— Ну как что, — радушно молвила кобыла, и, обстоятельно усевшись на задние лапы, почесав и поправив правым копытом загривок, продолжила, — Я слышала, снимать начали, ну и дёру… Всё из-за недопонимания: торопятся, языковые неувязки опять же. Вот при Храпе бы…

Да бросьте, “Алматы – ожерелье Алатау” год при нем в центре висело и ничо, будем объективны, — осклабился Бурундук, — приколы белоухих не хуже.

— Да, но знаешь, бывая выше Аль-Фараби, я иногда действительно ощущала некую правдивость мессиджа: шо это город уже опоясывает шею гор, а не наоборот… Потом сады, базисы… Впрочем это уже не важно. В моём случае – это политика. А главное ведь обидно как: всего день покрасовалась. А качество… А бабки… Э-эх… Сраное время…

И куда Вы теперь? – тянул время полосатый. “Качай, Бур, качай, где стойло”, — лихорадочно соображал он.

— Да хрен его знает. К Гани подамся. Они сказали, позже определятся, время есть ещё.

— Падажжите, но ведь у него же надо бежать направо, не легче ли в “Ак жол”?

— Цветовая гамма не та. А у этих закрасить легче. К тому же и перспектива: яйца, кирпичи, чуешь, о чём я?

Скоро опять придёт время стаканов? – радостно сообразил Бурундук.

А то, — лошадь широко улыбнулась, — Вобщем, без работы не останусь. Барсы и орланы – не конкуренты. На худой конец, “алда”, как говорицца, к Ромину подамся. Драйва меньше, зато овсу без проблем.

Кажется, я всё понял, — пробормотал Бурундук, — Прощайте.

Кролик весь изволновался.

— Бур! Где тебя черти шатают?! Я уже и самовар заварил и веточек натаскал… этих…

— Можжевеловых…

Бурундук сидел у костра, глядел на пламя и думал: “Суслик молодец, он всё предвидел. Интересно, где щас эта лошадь… из желтого Тумана…..”.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...