Бауыржан Карабеков: “Прокуратура и финполиция выступают единым фронтом. Но я готов бороться с этими ничтожными людьми до конца…”

Продолжается судебный процесс по делу ИПФ “Бутя-капитал”

Смастеренное финполом при активном участии прокуратуры уголовное дело против руководителей фонда “Бутя-капитал” пусть и очень медленно, шажок за шажком, но осыпается, как штукатурка в старом или некачественно отстроенном доме. И виной тому даже не блестящая тактика обороны Абилова или грамотно выбранная линия защиты оппозиционного политика, гарантирующая ему беспроигрышный вариант, сколько изначально хромающая на обе ноги позиция государственного обвинения. Так, прокуратуре априори больше не за что зацепиться, кроме исковых заявлений “потерпевших”, тогда как жизнь не стоит на месте и те из них, которые еще вчера строчили жалобы на Бутю под диктовку финансовой полиции в надежде вот-вот “отбить” свои дивиденды, сегодня, видя, что процесс зашел в тупик, отказываются от продолжения противостояния. Ими движет вполне закономерная обывательская логика: если ни ведомство Сарыбая Калмурзаева, ни самый честный и справедливый суд в мире не в состоянии в короткое время разрешить дилемму с вкладчиками фонда, а испытаниям допросами не видно конца и края, то зачем портить отношения с Булатом Абиловым. Тем более что сам подсудимый обещает рассчитаться с каждым заявителем, как только по окончании слушаний, счета ликвидируемого фонда будут разблокированы.

Таким образом, вчера 13 марта в Алмалинском районном суде Алматы, где решается судьба бывшего руководства ИПФ “Бутя-капитал”, к великому разочарованию гособвинения и страшной нервозности судьи Исакановой еще трое истцов – Татьяна Портман, Елена Лысенко и Амина Абдраманова – полностью отказались от своих претензий к сопредседателю партии “Нагыз Ак Жол”. И только один человек из четырех допрошенных – Мария Авдякова – настояла на выплате ей денег по итогам реализации ликвидационных процедур. С чем, собственно, не стала спорить команда Абилова. В то же время, нельзя не отметить прямо-таки 100-процентный результат адвокатуры в плане “обеспечения” поголовного нежелания и отказа истцов от перспективы уголовного преследования политика.

Тем не менее, то ли осознавая бессилие административного ресурса, то ли намереваясь основательно измотать противника, обвинение избрало тактику максимального затягивания судебного разбирательства. Например, если по одной лишь южной столице проходит более 700 “потерпевших” от деятельности фонда, которых непременно следует допросить в судебном порядке, то прокуратура обеспечивает из рук вон плохую явку, крайне низкую: 3-4 человека на каждое заседание. То есть, с подобным черепашьим темпом идти суду над Бутей еще целый год, а может быть и два. Между тем, защитники Булата Абилова, как и сама казахстанская Фемида в лице ее служителя Гульнары Исакановой хотят видеть около 20-ти вкладчиков в день.

По мнению представителя защиты Сериккали Мусина, не оставляют государственные мужи и перманентных попыток введения граждан – вкладчиков ИПФ “Бутя-капитал” в заблуждение. К примеру, если в прошлый раз прокурор Кирияк задавал неудавшимся партнерам фонда логические задачи с двойным дном, загоняя бедняг в смысловую западню, то на этот за 10-15 минут до заседания “акционерам” специально раздали выписки из обвинительного заключения в той части, сколько “Бутя” якобы украл. С тем, наверное, чтобы эффективнее воздействовать на кору головного мозга несчастных пенсионеров. Посчитав подобное обращение со стариками давлением на них, адвокаты Булата ходатайствовали судье остудить пыл чиновников из надзорного органа с тем, чтобы они прекратили вести разнузданную психологическую войну. Суд приобщил доказательства “незаконного давления”, т. е. выписки из обвинительного заключения к делу, но в замечании горячим прокурорским парням отказал…

Мы попросили прокомментировать ход судебного процесса руководителя ИПФ “Бутя-капитал” в 1997-1998 гг. и председателя его ликвидационной комиссии в 2004 году Бауыржана Карабекова:

\"Бауыржан

Бауыржан Карабеков

— На мой взгляд, суд над нами искусственно затягивают. Уже прошло несколько месяцев, а допросили всего около сорока человек. Совсем ничтожная цифра из 716-ти! Причем, так называемые пострадавшие выступают не по своей собственной инициативе, а за ними маячит финансовая полиция, которая каждого из них вызывала по телефонному звонку. И те наивные шли в финпол с надеждой, что им там выдадут какие-то дивиденды. А вместо денег их заставляли подписывать целый букет документов…

Сейчас они просят выплаты причитающихся им средств, не понимая, что мы, в принципе, готовы это сделать, однако не можем, так как на наши счета наложен арест. А финансовая полиция и прокуратура этим пользуются, все время “накручивая” ситуацию в свою пользу: вот-де, смотрите, они вам не заплатили и дальше не платят. Но мы рассчитались с частью наших вкладчиков в 2005 году, затем составили новый список из 20 тысяч человек, но расплатиться из-за ареста счетов уже не успели…

Прокуратура и финполиция выступают сейчас единым фронтом. Но я готов бороться с этими людьми до конца. Ничтожные они люди!..