У киргизов собственная гордость

Стабильность по-узбекски и по-казахски им не нужна

Вернулся из Бишкека. Там весеннее обострение. Оппозиция готовится к очередной схватке за власть. Решающее сражение назначено на 11 апреля. Но эту военную терминологию оппозиционеры отвергают. “Президент Бакиев должен знать, — говорят они, — силой его “сносить” не будут, он дрогнет и уйдет сам. Как только увидит, сколь масштабно выглядит мирная акция протеста, как много юрт выстроено напротив Белого дома в Бишкеке, насколько массовый порядок принял переход чиновников и депутатов из пропрезидентского окружения в лагерь оппозиции…”

И, наконец, главное: Бакиев должен будет внезапно обнаружить, что его даже некому защищать, ведь вся милиция откажется подчиняться своему нынешнему начальству и будет делать то, что ей укажет Омурбек Суваналиев, больше известный в стране под уважительным прозвищем “комиссар Каттани”. Тот, который еще несколько недель назад был министром МВД, а ныне стал начальником штаба Объединенного фронта “За достойное будущее Кыргызстана”. Как известно, лидером фронта объявлен экс-премьер Феликс Кулов, ровно два месяца назад выпавший из властного тандема Бакиев-Кулов.

Сразу скажу, Курманбек Бакиев не боится своего бывшего соратника. Или так умело делает вид, что не боится. Во всяком случае, принимая меня в конце прошлой недели в каминной комнате Белого дома, он ничем не выдал своего нервного ожидания событий 11 апреля. Глава государства уверенно говорил о планах проведения саммита ШОС в Бишкеке, дату которого удалось перенести на более поздний срок, с начала июля на середину августа. Приглашал меня отдохнуть и пообщаться летом на Иссык-куле. Одним словом, Бакиев никак себя и после 11 апреля не видит иначе, как президентом Киргизии.

На чем основана такая уверенность, на знании, на интуиции? Не знаю. Могу сказать пока одно, Бакиев – не трус. Он не станет бежать из Белого дома, а затем из страны при первых же признаках опасности, как это сделал Акаев два года назад 24 марта 2005 года. Бишкекские циники, правда, утверждают, что, во-первых, Бакиеву, в отличие от Акаева, есть где искать убежище вдалеке от столицы, на родном ему юге Киргизии. Другие, гораздо более осведомленные циники, намекают, что не такой уж Бакиев и храбрец… Они вспоминают так называемую попытку переворота в июне прошлого года, когда президент выехал за пределы столицы и уже якобы связывался с российскими военными, обещавшими ему военный борт, чтобы улететь из страны. Но ведь не улетел же.

Хорошо знающие Бакиева люди говорят, что у него хорошо развита интуиция. Когда ему настойчиво советуют что-то сделать, он отказывается, потому что чувствует, не надо этого делать. И, наоборот, делает нечто, когда его все отговаривают от этого…

Что ему подсказывает интуиция сегодня? Похоже, что не так уж опасны ему его бывшие соратники по оппозиции. Со всеми из них можно договориться, ну, может быть, кроме одного-двух оппозиционеров. К примеру, экс-спикер парламента Омурбек Текебаев, с которым у президента старые и очень личные счеты, не имеющие отношения к политике. Или сам Феликс Кулов, который, как кажется сейчас, сжег для себя все мосты для примирения с Бакиевым, когда категорически потребовал проведения досрочных президентских выборов. “Эти выборы, — сказал экс-премьер, — нужны самому Бакиеву, чтобы подтвердить легитимность своих президентских полномочий, которые он утратил после “развода” с Куловым”.

Я встречался в эти дни также и с экс-премьером, еще до того, как меня принял президент. Кулов тоже излучал уверенность. Его не смущает возможность того, что Бакиеву удастся договориться с частью оппозиции. “Я занимаю принципиальную позицию, — говорит Кулов, — и не собираюсь покупаться на политическую конъюнктуру. Кто хочет быть со мной — пожалуйста, а нет – так нет”.

Логика Кулова имеет смысл, поскольку на президентских выборах в июле 2005 года 90 процентов избирателей голосовало не столько за Бакиева-президента, сколько за его тандем с Куловым. И сегодня куловский электорат законно может ставить под сомнение легитимность президентских полномочий Бакиева, не сомневаясь при этом в их законности. В этой странной на первый взгляд формуле – все своеобразие нынешней киргизской ситуации.

Что может предложить президент своим оппонентам на переговорах, стремясь удержать свое кресло, одновременно предоставляя оппозиции возможность сохранить свое лицо? Он может еще пообещать проведение конституционных реформ. Другими словами, он предложит принять еще одну, третью по счету за последние несколько месяцев конституцию, в которой поделится частью своих полномочий с парламентом. Это предложение Бакиева идет навстречу требованиям блока “За реформы”, не столь категоричным, как ультиматум куловского фронта: “выборы и никаких гвоздей!”. “Реформисты” не скрывают, что они вполне могут удовлетвориться обещаниями провести реформы(иначе бы им впору было менять название своего движения). В отличие от них “фронтовики” не верят президенту. И если “реформисты” примут брошенную президентом “кость”, это приведет к расколу между двумя оппозиционными структурами. Заметим, что часть “реформистов” объявили себя одновременно и сторонниками куловского фронта.

19 марта Бакиев позвал к себе одного из “реформистов”, еще не ставшего “фронтовиком”, депутата Темира Сариева. К моменту подписания номера в печать, их встреча уже закончилась, но Сариев не стал рассказывать публике подробности разговора до того, как изложит их своим соратникам по оппозиции. Советники президента стараются действовать на опережение противника, ведь вчера ожидалось, что часть “реформистов” примкнет к Кулову, заявят об этом 25 депутатов парламента. Как раз та часть депутатского корпуса, которая голосовала за утверждение Кулова в должности премьера в январе, но осталась в меньшинстве…

Кстати, о парламенте. Вот уже два года в Киргизии говорят о необходимости проведения конституционных реформ, уже и провели их дважды: в ноябре и декабре прошлого года, причем противоположного друг другу толка. Такой вот в стране парламент, который больше всего боится своего роспуска, поэтому меняет свои взгляды, как только серьезно пригрозят ему пальчиком. И даже сейчас, когда снова революционные депутаты зовут страну на баррикады, никто их них не требует новых парламентских выборов. Словно позабыли, что поводом к “революции 24 марта” стало требование отменить итоги сфальсифицированных, несправедливых парламентских выборов февраля-марта 2005 года.

Феликс Кулов, освобожденный тогда из тюрьмы, спас парламент от роспуска после бегства Акаева, объяснив, что хотя бы одна легитимная ветвь власти должна остаться.

И, тем не менее, уверен, что нынешняя политическая весна в Киргизии не принесет волну хаоса и мародерства в столицу, как это было два года назад. Отмечавшаяся 17 марта 5-я годовщина трагических событий в Аксы, где киргизские милиционеры расстреляли мирную демонстрацию местных сельчан, научила киргизов сдержанности, не позволяющей перейти опасную грань, за которой кровь. Что же касается стабильности, то хорошо об этом сказал на недавней конференции по безопасности в Алма-Ате (писал о ней в предыдущем номере газеты) известный политолог, бывший директор Института стратегических исследований при президенте Киргизии Валентин Богатырев: “В Киргизии никогда уже не будет такой стабильности, о которой мечтают в некоторых соседних странах, поскольку у нас так или иначе идет реальный политический процесс”. Политолог особенно и не скрывал, что имел в виду Узбекистан и Казахстан…

“Новая газета – Казахстан”