“Азиатская демократия” — модель для Казахстана?

“Мы впервые в нашей истории создали независимое государство, построенное по принципам западной демократии, учитывая опыт передовых восточноазиатских государств и специфику нашего многонационального и многоконфессионального общества”

Из ежегодного Послания Президента народу Казахстана, 2005 год

Процесс политической модернизации в Республике Казахстан осуществляется при детальном рассмотрении теоретических наработок и практического опыта зарубежных государств. Внедрение определенного типа политической модернизации и выбор той модели, которая наиболее подходит для условий Казахстана, являются взаимосвязанными и взаимозависимыми проблемами. На заключительном этапе работы Государственной комиссии по разработке и конкретизации программы демократических реформ (ГКРКПДР) Президент Назарбаев подчеркнул, что во время работы госкомиссии было выпущено несколько десятков публикаций, анализирующих опыт политических реформ за рубежом. При этом, государство, которое является основным реализатором демократических преобразований в стране, все еще рассматривает наиболее приемлемую модель демократии:

“Сейчас в мире действуют три модели демократии: европейская, классическая и новая, образующаяся афро-азиатская модель. И Казахстану надо выбирать, какую из этих моделей к нашим условиям, к нашей культуре, к нашему населению, к нашим традициям подобрать. И этот процесс, он протяженный, конечно, будет во времени. Мы будем нарабатывать свой опыт”.

В поисках оптимальной модели демократии и подходящего примера политической модернизации, высшими руководящими лицами государства, президентом, премьер-министром, министром иностранных дел достаточно часто артикулируется модель так называемой “азиатской демократии”, внедрение которой произошло в странах Азиатско-Тихоокеанского региона во второй половине XX века. При этом официальными лицами подчеркивается разница в концептуальных подходах к вопросам внешней политики, политической модернизации и политико-экономических приоритетах развития государства, существующая между западным и восточным вариантами государственного строительства. То есть противопоставляется западная модель демократии и восточноазиатская или “азиатская”, при этом последняя считается более предпочтительной в плане адаптации для условий Казахстана. Конкретно Президент Казахстана апеллирует к бывшему лидеру Сингапура, Ли Куан Ю, в особенности, когда речь идет об ошибочности тезиса об универсальности применения западной модели управления государством.

Политический интерес к Азиатско-Тихоокеанскому региону в целом, и к Восточной Азии в частности обусловлен некой схожестью в развитии многих стран этого региона с одной стороны, и Республики Казахстан с другой. И там и там в транзитный период (постколониальный для ЮВА и постсоветский для Казахстана) имело место усиление президентской власти и мобилизация всех ресурсов для экономической модернизации, в то время как вопросы демократизации общества оставались до поры до времени на втором плане. Особенный интерес в этом контексте представляли страны группы НИС, где у руля государства продолжительное время находились политические режимы различных типов, далеко не всегда демократичных, которые, несмотря на недемократичную сущность, способствовали быстрому технологическому и экономическому росту этих государств. Политологами в этой связи наиболее часто рассматриваются Сингапур, Малайзия, Индонезия. Так, в Сингапуре лидер Народной Партии Действия, Ли Куан Ю правил страной с 1959 по 1990 год, правящая партия в Индонезии, поддерживаемая военными находится во власти с 1975 года, Национальная Организация Объединенных Малайцев так же находилась у руля в течение большого периода времени. При этом в этих странах оказывалось давление на оппозиционные партии и свободу слова, многие другие гражданские и политические права были ущемлены. Таким образом, на примере данных стран видно, что в начале транзита, для того чтобы достичь роста экономики и обеспечить интересы всего общества, необходима сильная авторитарная власть.

Другим существенным фактором, послужившим предпочтению казахстанским руководством “азиатского опыта” всем другим, явилось то, что население многих стран ЮВА, так же как и в Казахстане, было гетерогенными по своему этническому и религиозному составу. Это само по себе может послужить препятствием для развития, так как часто в условиях демократии в многоконфессиональных и полиэтничных государствах “граждане голосуют исходя из религиозной и этнической принадлежности, а не исходя из экономических и социальных интересов”, что служит дестабилизирующим фактором и служит предпосылкой для внутренних конфликтов.

Необходимо отметить, что в поисках примера модернизации, государство рассматривало и другие регионы, которые так же прошли или проходят этап политического транзита по “догоняющей” или “вторичной” модели”, в частности Латинскую Америку, Южную Европу и Восточную Европу. При этом недавний исторический опыт четырех восточноевропейских стран “Вышеградской Четверки” (Чехии, Словакии, Венгрии, Польши) наиболее близок к историческому опыту Казахстана, поскольку в отличие от азиатских и латиноамериканских государств они так же были частью социалистического блока. Тем не менее, парадигма развития этих стран, которые лишь на несколько десятков лет были вырваны из цивилизационной орбиты Европы, существенно отличается от казахстанского опыта, где существовали лишь зачаточные формы институтов демократии.

“Восточная Европа развивалась в иной социально-культурной и геополитической среде. Развитие либерального рынка и национальной государственности” восточноевропейских стран “было прервано на 3-4 десятилетия. И этот регион быстро интегрировался в свой географический и цивилизационный ареал”.

Что же представляют из себя “азиатская демократия” и “азиатские ценности”, в чем их различие от европейских? Какие общие социальные, экономические и политические характеристики отдельных восточноазиатских государств, базирующиеся на наднациональной системе ценностей и стоящими выше религиозных, культурных и этнических различий мы можем определить? Почему они столь привлекательны для лидера Казахстана?

Экстраординарный экономический рост восточноазиатских государств привлек внимание мировой общественности к особенностям их социально-политического устройства. Парадокс состоялся в том, что бывшие колонии, государства “азиатской модели”, которые отвергли западные рецепты политического и экономического развития, в 70-х-80-х годах прошлого века добились большего роста экономики, чем их бывшие метрополии. При этом, в этих государствах в первую очередь модернизировалась экономика, а уже после проводилась трансформация политической системы. Так, на сегодня Южная Корея, Таиланд, Малайзия и Сингапур могут рассматриваться как демократические государства, обеспечивающие основополагающие принципы демократии. В то же время их демократические системы отличаются от демократических систем Запада, поскольку существуют кардинальные различия в культуре, традициях и ментальности.

Разногласия между “азиатской моделью” и западной исходят прежде всего от проблемы места индивидуума в обществе и роли государства. Ли Куан Ю так высказался о разнице между азиатским обществом и западным: “В Восточной Азии верят, что индивидуум существует в контексте семьи (общества), он не является безупречным и автономным… на Западе же, государство взяло на себя обязанности общества и семьи”. Это следует понимать так, что в большинстве азиатских стран не признается право личности быть свободной и индивидуальной, гражданин является неотделимой частью социума. То есть основная либеральная ценность западного общества – “право личности быть свободной”, не подходит для азиатских стран. Соответственно, Казахстан, который все же больше тяготеет к азиатской цивилизационной парадигме, в процессе политического транзита и инсталляции демократических институтов и процедур, отталкивается в большей степени от примера азиатских стран и либеральный тезис о ключевом значении личности в государстве в полной мере не найдет своего отражения в процессе демократических преобразований в республике.

Господин Ли Куан Ю говорил, что политическая стабильность превыше всего, дисциплина и порядок в азиатском обществе важнее демократии, которая должна развиваться постепенно… Может быть, не сто процентов, но резон для нашей страны, как азиатского государства, (в этом) есть\».

Среди других отличий “азиатских ценностей”, которые лежат в основе различия “азиатской демократии” от западной, можно выделить широкое распространение традиций конфуцианства, особенно в странах, где большую часть населения составляют китайцы (Сингапур, Малайзия). Конфуцианство не соотносится со многими демократическими и либеральными ценностями, поскольку ставит во главу угла дисциплину, послушание, авторитет старших. В политическом контексте это означает субординацию личных интересов перед государственными, с целью достижения общих целей, поставленных руководителем страны. Это достаточно популярный подход к роли гражданина и государства, который используется в авторитарных государствах, как это было, например, при индустриализации СССР в 30-х годах прошлого века. И, конечно, противоречит установкам западной демократии. Так же, в восточноазиатских странах религия не стоит отдельно от государства, многие страны региона гораздо менее секуляризованы, чем демократические страны Запада. И хотя в восточноазиатских странах проповедуются разные религии – христианство, буддизм, ислам, все они до сих пор играют существенную роль в политической и социальной жизни. В комплексе с конфуцианством, религия так же может играть консолидирующую и мобилизирующую роль в восточноазиатских государствах.

Как мы видим, основополагающая разница между “азиатской моделью” и западной заключается в неприятии азиатским обществом западного тезиса об универсальности норм демократии и прав человека. К каждому обществу должна быть применена та модель демократии, которая наиболее подходит ему в плане культуры, традиций, уровню развития, этническому и религиозному составу. Именно данный аргумент является ключевым в выборе модели демократии и типа политического транзита для Казахстана – “азиатской модели”.

***

Данная работа подготовлена в рамках комплексного исследовательского проекта ИНЭС-ЦА \»Политическая модернизация в Республике Казахстан\». Об этом и других проектах вы можете узнать больше на сайте института www.inesnet.kz

Новости партнеров

Загрузка...