Кластеры, инкубаторы, силиконовые долины и другие страшилки КонкурентоНеспособной экономики

…“нанотехнологии”, по поводу которых народ иронично стал подумывать о том, что “наверху” придумали новые методы по улучшению качества хлеба

“Контрреволюция”,

вот еще что за слово придумали,

не пойму, что оно означает.

М. Булгаков, “Собачье сердце”

Вот уже много лет Казахстан говорит о конкурентоспособности экономики и страны в целом. Этот термин так прочно вошел в нашу обыденную жизнь, что мы и дня не можем прожить, не услышав его. А что же означает эта самая конкурентоспособность?

В одной из газет я прочитал о конкурентоспособности молодежи и был крайне удивлен, что это странное слово проникло даже в такую, казалось бы, чуждую ей область.

Вообще, я заметил, что нашей стране, а именно, в определенных кругах, наблюдается непреодолимая тяга к различного рода новомодным фразам. Конечно, я понимаю, что либеральному обществу ничто “цивилизованное” не чуждо, однако, по-прежнему отказываюсь верить в их прогрессивную миссию. Что призваны изменять эти труднодоступные для произношения, а в иных случаях и понимания, термины?

Помните, всего несколько лет назад с подачи каких-то “политинтеллектуалов” в нашей стране появилось новое словосочетание – “бизнес-инкубатор”. Честное слово, я с трудом представлял то явление, которое под ним подразумевалось. “Неужели в бизнес-инкубаторах будут выводить бизнесменов, как кур”, — думал я по началу. Тем более усилилось мое подозрение, когда я услышал, что под это дело предоставили специальное место.

В итоге здания, выделенные под бизнес-инкубаторы, были просто-напросто сданы в аренду, а часть распродана. Видимо, вывели достаточное количество бизнесменов — и дело в шляпе, о бизнес-инкубаторах стали говорить все реже и реже. Позднее возникло не менее оригинальное по силе своей невыразительности понятие – “кластер”. Созвучное со словом “бластер”, оно, в свою очередь, стало ассоциироваться у меня с фильмом “Гости из будущего”, в котором герой Невинного стрелял этим самым бластером по роботу.

По поводу нового приобретения либеральной лексики нашего политсловаря Гани Касымов резонно отметил, что кластер — это тоже самое, что и Совнархоз. Посеяв в пытливых умах еще больше сомнений относительно истинного смысла этого диковинного термина, многоуважаемый генерал так и не объяснил, почему свободное демократическое общество (коим мы любим себя называть), будучи локомотивом, идущим исключительно по рельсам не менее свободного конкурентоспособного рынка должно создавать такие социально-экономические атавизмы, как например, Совнархоз.

В одной из статей интернет-газеты “Зона”, я вычитал, что успешный пример внедрения кластера был осуществлен между компаниями “АХБК” и “НИМЭКс”. К сожалению, автор по каким-то причинам умолчал о том, в чем именно заключалось это внедрение. Ниже в комментариях я прочел, что “одна компания выстрелила из бластера в другую, и в итоге территория “АХБК” перешла в нужные руки…”. “А, ясно, опять все просто”, — подумал я.

И сколько таких слов появилось у нас со дня обретения независимости… Помните известное слово “вексель”? Одно время даже говорили, что тот, кто скупил все эти векселя даже сменил фамилию на Вексельберга.

Вообще, странная закономерность, одни умы трезвонят о том, что пора переходить на латиницу, другие о том, что надо упрощать язык, третьи, в лице правительства, изо всех сил внедряют все новые и новые термины.

“Инновации” — один из наиболее популярных терминов последнего времени. Ну здесь, слава Богу, все более менее понятно. Еще из школьной программы мы знали, что термин “инновация” часто встречается в разделе “Человек и Общество”. Однако в отличие от школьных учителей, ведущие умы современной политической системы почему-то не считают необходимым объяснять народу подобные нововведения более доступным языком. Вследствие этого возникает вполне резонный вопрос – а что если все эти сложные термины выдумывают не только для того, чтобы, так сказать, идти в ногу со временем, но и потому, что их сложное звучание призвано скрывать всю несостоятельность того или иного эксперимента

Вслед за “инновациями” пришли “силиконовые долины”, а еще через короткий промежуток времени – “нанотехнологии”, по поводу которых народ иронично стал подумывать о том, что “наверху” придумали новые методы по улучшению качества хлеба.

…Друзья-банкиры с важным, но все еще вопросительным видом научились без запинки произносить эти слова. Одни только старики никак не могут приспособиться к этой непонятной лексике.

Очень часто наивные и честные иностранцы, недоумевая, спрашивают меня: “А зачем все это нужно государству? Для чего и для кого, если вся ваша экономика держится на нефти”. “Ну как же, — отвечаю я им, принимая самый страстный вид, — ведь благодаря этим инновационным программам наша страна должна стать конкурентоспособной”. Вежливо кивая головами, они продолжали натиск: “Зачем государству, продающему нефть и не имеющему ни одного приличного завода по пошиву одежды, заниматься разработкой силиконовых схем и изучением нанотехнологий?”. Возразить здесь практически нечем. Действительно, что если разработка различных инновационных программ есть не что иное, как важный тактический ход в большой нефтяной игре, главная цель которой – отмывание миллиардных средств, по праву принадлежащих народу.

Один знакомый палестинец, сидя в ресторане “N” отеля “Анкары”, досконально изучив меню, но с видом человека, разочарованного в результатах поиска, обратился к официанту со следующим вопросом:

  • Простите, в вашем меню есть вода?
  • Конечно, — открыв последнюю страницу, ответил официант.
  • Но я не вижу здесь простой отечественной воды, — с тем же недоумением продолжал иностранец.
  • Наше заведение располагает только западными марками.

  • Почему?
  • Не знаю, так принято.
  • Тогда, пожалуйста, пригласите менеджера.

Подоспевший менеджер, согласно занимаемой должности, оказался гораздо красноречивее официанта, пояснив, что меню этого ресторана соответствует всем требованиям международного стандарта, в связи с чем, предлагает своим посетителям исключительно импортные товары, товары высшего класса.

  • Что же и мясо у вас французское, как и вода Evian?, — улыбнувшись, спросил посетитель.

Молчание…

  • А что вы скажете на это, — указав на коньяк “Беркут”, заявил иностранец.

Молчание…

  • Разве вода, считающаяся одной из самой лучших в мире, не подтверждает этот самый высокий уровень сервиса и качества, о котором вы говорите?
  • Да, но ведь такие марки, как “Evian” и “Vittel” считаются самыми лучшими и дорогими.

  • Я пил эту воду много раз, и поверьте, она намного хуже вашей.

Растерянный менеджер, не зная, что делать, предложил иностранцу простой воды из 5-ти литрового сосуда, что стоял в коридоре.

В этой слегка затянутой истории примечательно не столько качество воды и даже не способность иностранцев доказывать свою правоту, но отношение нашего общества к понятию отечественного.

Как можем мы рассуждать о конкурентоспособности нашей экономики, о ее развитии, если продолжаем относиться к импортным товарам в десятки раз лучше, чем к отечественным? Словно стыдясь, мы отворачиваемся от того, что производится у нас, отдавая предпочтение зарубежному.

В былые времена на Алматинском плодоконсервном комбинате производились отменные соки. Сейчас их и след простыл. Сменили их якобы отечественные соки из импортных концентратов в импортных упаковках tetrapak. Все тот же знакомый иностранец, увидев в одном из местных супермаркетов молоко компании “Parmalat”, ужаснулся и сказал, что в стране традиционного животноводства на прилавках стоит скандально известный продукт компании, прославленной низким качеством производства и поддержкой коррупции.

Настоящее молоко теперь можно найти только у частников, все остальное – разведенный водой концентрат, который, если и не вредит здоровью, то уж по крайней мере не способствует его улучшению.

Время не стоит на месте, оно стремительно наматывает “мили на кардан”, а вместе с ними эти мили наматывает и наша, без пяти минут “конкурентоспособная” экономика. Смешно. Какие реальные меры были предприняты для того, чтобы в Казахстане впереди слова “экономика” законно красовался этот пафосный эпитет?

Перевоз городских предприятий-производителей, вроде “АХБК”, “АлматыНАН”, или “АЗТМ” за пределы города, а вместо них развертывание строительства “армад” в которых будут продаваться китайская мебель, порошковое молоко и искусственные яблоки? Зачем понадобилось разрушать мало-мальски действующую легкую промышленность?

Странно и обидно, что, понимая всю невозможность перспективы реальной конкурентоспособности при описанных выше условиях, мы охотно кричим о каких-то инновациях, кластерах-бластерах и т.д. А что впереди?

Ответа нет. Ответить может только М.Булгаков:

Ну, теперь, стало быть, пошло. Пропал наш отечественный пром. Придется уезжать, но куда, спрашивается? Все будет как по маслу. Вначале засилье супер гипер маркетов, потом переезд китайских рабочих, затем в сортирах замерзнут трубы, потом лопнет котел в паровом отоплении и так далее. Крышка нашей стране.

— Я слишком мрачно смотрю на вещи?

Я не говорю уже о паровом отоплении. Не говорю. Пусть: раз жидкий капитализм — не нужно топить.

3начит, когда эти правительственные мужи кричат \»Вперед инновациям, долой импортозависимость!\», — я смеюсь. Клянусь вам, мне смешно! Это означает, что каждый из них должен лупить себя по затылку! И вот, когда он вылупит из себя всякие галлюцинации и займется реальными делами, как например реанимацией агросектора или развитием легкой промышленности — прямым своим делом, проблемы с импортозависимостью исчезнут сами по себе. Двум богам служить нельзя! Дорогой доктор. Невозможно в одно и то же время пить мартини закуривая кубинскими сигарами и кричать о поддержке отечественного производителя.

Новости партнеров

Загрузка...