Мама, я вернулся из Гуантанамо

В декабре 2006 года в Алматинском международном аэропорту совершил посадку самолет ВВС США, на борту которого находились трое необычных пассажиров с черными повязками на глазах и в наручниках. Это были бывшие узники, Гуантанамо, американской военной тюрьмы на Кубе — казахстанцы Ильхомжон БОТАЕВ, Айту АБЫКАНОВ и Сухрат АРУПОВ.

Чуть больше месяца назад наш собственный корреспондент по Южному Казахстану Зауре МИРЗАХОДЖАЕВА встретилась в Шымкенте с семьей Ильхомжона Ботаева, одного из бывших военнопленных этой тюрьмы (см. \»Узник Гуантанамо\», \»Время\» от 22.3.2007 г.). Спустя месяц корреспонденту газеты Дилярам АРКИН удалось разыскать и двух остальных узников. Об одном из них — Айту Абыканове — и пойдет сегодня речь.

Айту вырос в многодетной семье в селе Кызылшарык Енбекшиказахского района. Он был одиннадцатым ребенком.

Из 12 детей он у меня был всегда самым тихим и спокойным, — рассказывает мама Айту, Атикан ЕГЕНБАЕВА. — Учился на \»отлично\», помогал нам по хозяйству. Мечтал стать муллой. В своем выборе он не сомневался. Поэтому после окончания школы, когда выпала возможность отправить сына на учебу в медресе за рубеж, мы с отцом, не задумываясь, собрали последние сбережения и отправили его в Пакистан. Вместе с нашим сыном поехал учиться еще один наш односельчанин — Сухрат.

Приехал я в Исламабад в начале 2001 года, — вспоминает сам Айту. — После окончания первого курса медресе меня отправили на три месяца на практику в Афганистан. В Кабуле устроили помощником к местному имаму. Однако проработать там мне пришлось всего три дня. 7 октября 2001 года американские и английские войска нанесли удар по Афганистану. Основной упор был сделан на Кабул. Первые взрывы начались примерно в 21 час по местному времени. А последний рейд над городом американские боевые самолеты совершили в районе 3 часов утра. Тогда и была разгромлена наша мечеть. Мне удалось чудом спастись от бомбежек. Вместе с остальными жителями города мы спешно эвакуировались и направились в сторону пакистанской границы. Но дойти до нее мне с другом Сухратом так и не удалось. По дороге на нас напали пуштуны и захватили в плен.

— Сколько вы пробыли у них в плену?

— Около полугода. Говорил им, что я из Казахстана и прибыл на духовную практику в Афганистан. Они пообещали выпустить меня и даже довести до границы, но все это, как позже выяснилось, оказалось неправдой. Через полгода они продали меня за пять тысяч долларов американским военным.

— Сколько еще было с вами военнопленных на тот момент?

— Около двухсот человек. Кто они — я не знаю. Но уверен, что многие из них были абсолютно невиновными людьми. Нас посадили в огромный самолет и увезли в неизвестном направлении. Так я оказался в Гуантанамо.

— Вы говорили им о том, что оказались в числе военнопленных по ошибке и что являетесь гражданином Казахстана?

— Да, но было бесполезно. Никто мне не верил. Каждое мое утро начиналось с допросов американскими военными: кто я на самом деле, почему оказался в Афганистане, какое отношение имею к \»Аль-Кайеде\» и где мой паспорт, удостоверяющий личность. Доказать, кто я, было очень тяжело. Во время плена мой паспорт забрали пуштуны. Они его так мне и не вернули.

— По информации зарубежных СМИ, в конце 2002 года Вашингтон создал группу экспертов в области психиатрии, которая специализировалась на применении так называемой \»сыворотки правды\». Эти уколы, говорят, делали и узникам, находящимся в Гуантанамо. Вы были в их числе?

— Мне не ставили никаких уколов, а вот Сухрата кололи часто. Он долго после них отойти не мог. Раз в неделю нас пропускали через рентген. Бить не били, но относились к нам плохо. Сначала запрещали читать Коран и совершать намаз. На наших глазах даже рвали в клочья Священное Писание Аллаха. Через год запрет сняли. Если раньше мне приходилось совершать намаз украдкой, то теперь я мог совершать обряд в открытую. Позже нам разрешили писать домой. В письмах к маме я не рассказывал, что нахожусь в плену в Гуантанамо. Просто не хотел ее беспокоить, она у меня очень старая.

— Сколько вы пробыли в Гуантанамо?

— Пять с половиной лет. Когда я уехал из дома, мне было 23 года. Вернулся, можно сказать, уже стариком, хотя сейчас мне всего 30 лет. То, что я перенес, не пожелаю даже врагу. Видимо, те страдания, которые мне уготованы, были волей Аллаха. Он испытывал меня на прочность в вере. Я ни в чем не виноват. И лишь хотел посвятить себя служению Аллаху.

— Как вы узнали о возвращении домой?

— Нам ничего не сказали. Повязали на глаза черные повязки и в наручниках загнали в самолет. Поэтому, кто именно летел со мною рядом — не могу сказать. Их было очень много. Сколько именно мы пробыли в воздухе, трудно сказать. Говорят, около 20 часов. По приземлении в аэропорт меня и еще двоих вывели на трап самолета. Сняв повязку, я увидел Сухрата и Ильхона. Еще одного казахстанца, находившегося с нами в Гуантанамо, почему-то не оказалось. Видимо, он остался там, на Кубе.

— Чем вы сейчас занимаетесь?

— Устроился на работу, с шести часов утра до позднего вечера работаю на виноградниках. Вечерами стараюсь больше проводить время с мамой и многочисленными племянниками, число которых за время моего отсутствия выросло вдвое.

— Выплатили ли вам американцы денежную компенсацию?

— Нет, они просто извинились. Но справки о моем пребывании в этой тюрьме так и не выдали. Да простит их Аллах!

О судьбе еще одного узника Гуантанамо — Сухрата АРУПОВА читайте в ближайших номерах

Из досье:

Тюрьма в Гуантанамо появилась в январе 2002 года, когда туда были доставлены из Афганистана первые 20 человек, обвиняемых \»в участии в боевых действиях на стороне противника\». С 2002 по 2006 годы через нее прошло свыше 750 иностранцев, захваченных американскими войсками в ходе операций на территории Афганистана и Ирака. Все они, по утверждению американских военных, участвовали в операциях на стороне \»Аль-Кайеды\» или движения Талибан. Около 250 человек за это время освободили, перевели в другие тюрьмы или выдали странам, гражданами которых они являются. Имена остальных до апреля 2006 года держались в строжайшем секрете. В апреле Пентагон представил список 558 бывших и нынешних заключенных Гуантанамо из 41 страны. По состоянию на апрель 2006-го в тюрьме оставалось 490 узников, из которых лишь десяти были предъявлены официальные обвинения. Большинство — граждане Саудовской Аравии (132 человека), Афганистана (125) и Йемена (107).

Газета “Время”

Новости партнеров

Загрузка...