Выборы еще впереди

А вопросов о том, что же они могут дать, уже сейчас много

Зашел к одному доброму приятелю, который хорошо разбирается в подводных течениях современной политической жизни в Казахстане в силу того, что он состоит в дружеских отношениях со многими действующими политиками – как поддерживающими власть, так и оппозиционными. При этом сам он вполне обеспеченный, даже состоятельный человек. То есть причин для недовольства, так или иначе проистекающего из личных материальных проблем, у него вроде как нет. Ведь обычно существующим порядком и положением дел чаще всего бывают не удовлетворены те, кого удача при расслоении общества на собственников и наемных работников обошла.

Мой приятель из достаточно состоятельных собственников, причем уже довольно давно. Конечно, не сказать, что он своему богатству счета не знает. Но это – такой предприимчивый человек, на счета которого денег поступает гораздо больше, чем ему со всеми его нуждами необходимо. Так что он ведет такой образ жизни, какой хотел бы себе позволить. А про таких людей говорят, что они живут себе в удовольствие. Казалось, у него не должно быть особых причин для впадения в пессимизм при виде нынешнего состояния нашего общества и государства.

Поэтому, задав ему вопрос на актуальную сейчас тему, а именно о том, какая из партий, идущих на назначенные на 18 августа парламентские выборы, на его взгляд, более предпочтительна, ожидал услышать ответ делового человека, который не может и не должен позволять себе отстраняться совершенно от происходящих в стране политических процессов. Тем более – от выборов в Парламент, которые у нас впервые проходят всецело по партийным спискам.

Однако его ответ оказался не таким, каким, казалось бы, должен был быть. Он сказал, что не видит ни одной партии, которая бы проявляла заботу о благе государства. Ему представляется, что никого не беспокоит, что же станется со страной и обществом. “Это – политика ради политики. И ничего более”, — говорит он. – Мы вернулись к условиям 1980-ых годов в тогдашней Казахской ССР и с упоением устраиваем политические игрища так, будто где-то наверху есть такая инстанция (как прежняя социалистическая державная Москва), которая, в конце концов, все исправит и за все ответит. А ведь сейчас у нас совсем другое окружение и внешняя обстановка”.

Увы, он не первый, кто так говорит. В конце 2004 года, после предыдущих парламентских выборов, помнится, Мурат Ауэзов, бывший посол РК в КНР, несколько раз публично выражал недоумение по поводу игнорирования всеми партиями – как провластными, так и оппозиционными – внешнеполитического контекста даже в период выборов в парламент. Сейчас на это же обращают внимание уже и не дипломаты, и не политики. И уже это наблюдение говорит о присутствии изрядного инфантилизма в сфере партийной политической жизни Казахстана. Ведь для любой партии, идущей на выборы в государственный законодательный орган, блок внешнеполитических вопросов представляет один из краеугольных камней ее предвыборной платформы. Для огромного по территории Казахстана, который все больше и больше втягивается в роль яблока раздора великих держав, он еще более важен, чем, скажем, для большинства других стран СНГ.

И, тем не менее, в предвыборных программах казахстанских партий, идущих на выборы, нет ничего серьезного по блоку внешнеполитических проблем страны. Это говорит о том, что они – осознанно или как-то иначе – заранее самоустраняются от комплекса вопросов, связанных с уже сложившимися международными отношениями Республики Казахстан. А между тем тот или иной выбор именно в этом направлении может сейчас сыграть куда более весомую роль во всем дальнейшем развитии страны, чем масса изменений внутреннего характера.

Впрочем, накопившихся внутренних казахстанских проблем партии, идущие на выборы, тоже касаются в основном или лишь поверхностно, или только в популистском ключе.

Когда так делают поддерживающие власть партии, это бывает понятно. Ибо они как бы верят ей, а она-де отвечает за все.

Но вот почему так же не желают углубляться в суть стоящих на повестке дня внутренних вопросов страны партии независимые и оппозиционные – не понятно. К примеру, сейчас уже затевается ряд серьезных административных и экономических реформ. В системе исполнительной власти вводится институт ответственных секретарей. В областях создаются социально-промышленные корпорации. Если эти реформы окажутся доведенными до конца так, как задуманы, грядут большие перемены. Но как они скажутся на развитии страны?!

Хотелось бы услышать альтернативную оценку перспектив таких реформ. Но, увы, ничего конкретного на этот счет сейчас не предлагается, хотя именно в период выборов для избирателя и просто гражданина должен, казалось бы, наступать момент истины.

Исполнительную власть можно любить. Можно и не любить. Но именно она, бывает, инициирует те или иные варианты решений проблем, стоящих перед страной и обществом. Обратим внимание на самые большие из них. Скажем, экологическая запущенность среды обитания и нехватка воды. Какие конкретные решения предлагаются альтернативными тому же правительству политическими силами? Ничего конкретного от них по этому поводу не довелось услышать. Но и, с другой стороны, не сказать, что правительство находит успешные пути их решения. Однако исполнительная власть ими все же занимается, потому что не заниматься она не может. Ей положено заниматься. А вот альтернативные политические силы, не находящиеся у власти, могут позволить себе на такие сложные конкретные вопросы предметного (не популистского) внимания не обращать. И они не обращают.

А ведь в стране полно серьезных актуальных проблем, в дискуссиях вокруг которых партии могли бы скрестить шпаги в этот предвыборный период. Глядишь, это помогло бы интересу дела во имя всеобщего блага. Но складывается впечатление, что партии как будто бы сговорились не делать предметом публичных споров и разбирательств целый ряд насущных в сегодняшнем Казахстане вопросов, чтобы не создавать себе головной боли.

И последнее. Идущие ныне на выборы многообразие политических партий не отражает двойной полярности общественного мнения в Казахстане. Ведь у нас так же, как в России большой общественный, так сказать, водораздел проходит так, что по одну стороны остаются, условно говоря, западники, а по другую – почвенники. Конечно, названные два понятия в Казахстане имеют несколько иное, чем в России, содержание. Но конечная суть – все равно та же.

Так вот, в России в течение всех 1990-ых годов западники играли ведущую роль в системе власти и принятия решений общественной и государственной важности. Потом ситуация изменилась. В Государственной думе, работавшей в 1999-2003 годах, было лишь небольшое представительство одной из двух российских партий западников. А в Думе нынешнего созыва, избранного в конце 2003 года и должного работать до конца нынешнего года, уже нет представителей ни Союза правых сил, ни “Яблока”.

А есть провластная центристская партия, а также коммунисты и либеральные демократы. Все эти три партийные группы выступают в значительной мере с почвеннических позиций.

У нас почвенничество, основанное преимущественным образом на казахском национальном самосознании и достоинстве, среди множества идущих на выборы партий не представлено. В составе Мажилиса, распущенного ныне летом, его олицетворял собой депутат М.Шаханов и несколько его коллег, сочувствующих этой идее. Но сейчас выборы пройдут по партийным спискам.

Дальше после избрания в Мажилис партийные депутаты должны будут строго следовать групповой дисциплине своей фракции. То есть, вольных поступать только согласно своему выбору народных избранников не будет. Если такие появятся, они вполне могут лишиться своих депутатских мандатов. То есть, почвенничество с казахстанской спецификой может вообще лишиться возможности быть представленным хоть как-то в парламенте.

А ведь идее такого почвенничества сочувствуют в той или иной мере минимум две трети всех граждан казахской национальности или 40 процентов населения всего Казахстана. Но среди партий, которые сейчас вступают в борьбу за места в Мажилисе, нет такой, которая преимущественным образом отражала бы их думы и чаяния. Ибо считается, что громко и публично выступать с позиции такого почвенничества в сегодняшнем Казахстане с его идеологией многонациональной страны – это политически не корректно.

Поэтому те, кто сейчас состязаются за депутатские мандаты, о проблемах, скажем, казахского языка говорят примерно так же, как о проблематике испаноязычных людей в США говорили бы кандидаты в Конгресс США англосаксонского происхождения. То есть, они говорят правильные слова, но при этом ничего конкретного и предметного. Таким образом, по меньшей мере, 40 процентов избирателей не видят того, чтобы их духовные чаяния находили отражение, хотя бы в такой предвыборный период, как сейчас. В их числе – и мой приятель, с упоминания которого я начал этот разговор.

Новости партнеров

Загрузка...