“Ак жол” жалко…

“На кухне”

Ну вот, депутата из меня (опять) не получилось, придется (опять) переквалифицироваться в “управдомы”. Впрочем, что тут говорить о крушении личных планов, когда выборы обернулись полным “обломом” для всех без исключения участников! Если бы президент Назарбаев действительно сыграл только свою игру, переиграв (обнадежив, обманув, кинув…) всех прочих участников, — тогда (отставив в сторону слова о недопустимости вероломства в серьезной политике и прочие прекраснодушные рассуждения) с нынешней “сокрушительной” победой можно было бы поздравить хотя бы его. Так ведь нет, — при всей горечи разочарования и раздражения, постигшей и “Ак жол” и ОСДП (именно в такой последовательности), самой большой и неприятной неожиданностью итоги этих выборов стали для самой партии власти.

Другое дело, что перед такой неприятной для себя перспективой “Нур Отан” встал не в ночь подсчета голосов, а еще за несколько дней до голосования, и самоубийственные для себя же “монопобедные” итоги Администрация Президента (далее — АП) вывела собственноручно, — ну так тем более для них обидно отправлять коту под хвост собственные планы и усилия, начиная еще с НКВД, потом Госкомиссии по демократизации, потом поглощения партией “Отан” партий “Асар” и АИСТ, потом поправок Конституции, досрочного самороспуска “тормоза реформ” и, наконец, самих этих скоротечных выборов.

Если бы дело обстояло так, как это представлено в первых внешних (российских и западных) комментариях-объяснениях, — дескать, партия Назарбаева оказалась где-то даже и слишком сильной, а оппозиция – уж чересчур слабой, — тогда нашу ситуацию можно было бы считать отнюдь не такой тупиково-драматической. На самом деле, все намного запутанней, а коль скоро в сети этой путаницы на прошедших выборах попались все, и эта же путаница будет опутывать всю обозримую политическую перспективу, мы просто обязаны если не начать совместно выпутываться (такая перспектива сейчас не просвечивает), то хотя бы разглядеть – что же всех так опутало…

Итак, Нурсултан Назарбаев – слишком осторожный политик, чтобы вот так сразу решиться на столь радикальное новшество, как переход от одномандатного к партийному формированию Мажилиса. Несомненно, на такое решение (с которого и “завертелся” весь сценарий с досрочными выборами) повлиял российский образец, где полный контроль кремлевской АП над Думой осуществлялся по “четырехпартийной” схеме: “раздвоенная” (на “Единую…” и “Справедливую…” “… России”) партия власти, дополненная Зюгановым с Жириновским.

/Давно и прочно перестав быть единой страной, мы как-то перестали замечать и полное сходство наших политико-экономических реалий и почти полное “калькирование” почти всех важных решений обеих АП/.

При этом, конечно, наша АП была уверена, что задуманный ею вариант многопартийности будет реализован по ее же правилам, и она всегда будет иметь возможность делать всем участникам выборов только такие предложения, от которых никто из них не сможет отказаться.

Более того, наш Нурсултан Абишевич, похоже, рассчитывал, эдак “по-ветерански”, чуть-чуть поучить-поправить менее опытного Владимира Владимировича в выстраивании той же схемы “управляемой демократии”. Во всяком случае, только таким подтекстом можно объяснить его недавний “экспромт” на саммите ШОС насчет необходимости третьего срока для действующего президента России. В самом деле, Путин, показавший всем другим президентам СНГ, как надо выстраивать представительную вертикаль власти, одновременно подает и очень неприятный для всех своих коллег пример добровольной сменяемости. А тут, смотрите, Казахстан опять демонстрирует свое лидерство в СНГ и по этому направлению: у Президента Назарбаева и Парламент, вот-вот, на днях, появится многопартийный, и сам он, еще до того, уже заручился конституционными гарантиями на бесконечное число переизбраний!

Короче, базовая схема, на которую, по всей видимости, ориентировалась наша АП, была такова: у “Нур Отан” порядка 75% мандатов, плюс депутаты от Ассамблеи – более чем достаточный контрольный пакет. Далее – “мягкая прокладка” из “Ак жол”, за ним – некоторое представительство “неуправляемых” социал-демократов.

При этом, принципиально, у Байменова мандатов должно было быть больше, чем у Туякбая-Абилова. Был даже и численный критерий: у “конструктивной” оппозиции – не меньше десяти (но не больше двенадцати), у “радикальной” — не более девяти. Дело в том, что десять депутатов – это уже фракция, которая (по недавним поправкам в законодательство) обладает уже некоторыми процедурными возможностями, тогда как хоть семь, хоть девять партийных представителей – это парламентские маргиналы, способные тревожить власти лишь неуправляемостью своих речей.

А тут все удачно: чтобы хоть как-то реализовать себя в задуманном “многопартийном” Мажилисе, ОСДП придется присоединяться (на правах меньшинства!) к фракции “Ак жол”, со всеми вытекающими из этого эффектами управляемости. Либо – шуметь себе абсолютно безрезультатно, теряя уважение и избирателей, и серьезных доноров.

И, казалось бы, все шло именно по этому сценарию, включая и более осмысленное поведение “Ак жол” в избирательной кампании.

ОСДП (не специально, конечно) палила не в целевые электоральные мишени, а, почти исключительно, в “молоко”. “Набор” наших “лидеров” политически был чересчур уж многообразным, зато этнически и гендерно – настолько однообразным, что и русскоязычному электорату (а это – как раз, в массе своей, городское и более “продвинутое” население) и женщинам (тоже более сильная половина в электоральном смысле) был подан ясный сигнал: мы – не ваша партия. В тоже время и избирателям-казахам ничего такого нацелено-привлекательного именно для них в нашей программе не было. И вообще, строить избирательную программу на обещаниях снижения пенсионного ценза и массированных социальных выплатах в ситуации, когда завоевание парламентского большинства явно не светит – это… немножко по-мальчишески, согласитесь.

В тоже время Байменов на всех теледебатах объективно смотрелся лучше, основательнее, уверенней…

Тем не менее, — не сработало, почему?

А потому, что политическая ситуация в Казахстане слишком уж застоялась, и… прокисла. Вера хоть в какую-то действенность выборов, и выбранных органов – она почти вся уже выветрилась. Потому-то основная масса населения попросту не пошла на выборы, и реальная явка избирателей вряд ли превысила 20-25% в городах и где-нибудь процентов 40-50 на селе.

Тем же, кто пришел голосовать, фактически был предложен выбор не за власть или за оппозицию, а за власть или против нее. Большая часть проголосовавших за ОСДП на самом деле проголосовала против “Нур Отан”, как олицетворения всех нынешних реалий. Причем “против” совместно проголосовали две как раз очень не похожих части электората. За нас голосовала значительная часть интеллигенции, просто из осознания тупиковости зацикленного самого на себя режима и необходимости хоть каких-то перемен в нем. И – так называемый протестный электорат, активно неудовлетворенный собственным положением. А это, в сумме, объективно никак не меньше 10-15% всех взрослых граждан. Если не гораздо больше. С учетом же фактической явки число голосующих за партию власти и против нее было вполне сопоставимо.

Байменов же, весь такой позитивный и респектабельный – он попросту провалился в опустошенную электоральную нишу. Партия власти, с одной стороны, и “непримиримая” оппозиция, с другой, так наэлектризовали свое долгое противостояние, и тем более, предвыборную ситуацию (одно только включение в партсписок целой группы министров и акимов чего стоит!), что никакого “конструктивного” промежутка между ними не осталось.

Собственно, это и стали показывать закрытые (но – достаточно профессиональные и объективные) соцопросы, регулярно проводимые АП. Чем ближе к решающему дню, тем более выпукло становилось: “Ак жол” на вторую позицию “не катит”!

Последний такой замер был проведен, конечно, за пару дней до голосования, очевидно, с таким раскладом: за “Нур Отан” проголосует около 75%, за ОСДП – 15%, а “Ак жол” не достанется и четырех-пяти. Между тем, на прямой парламентский контакт с оппозицией партия власти была явно не готова. Выбор: Мажилис с “Нур Отан” и ОСДП, либо – только с “Нур Отан” безальтернативно свелся к последнему.

И вот этот сигнал оппозиции: дескать, а готовы ли вы к тому, что повторится 2005 год, и никто из вас не получит более 6 процентов, — он и “утек” из АП как раз за пару дней до 18 августа. На самом деле, эта “утечка” была не столько угрозой-предупреждением, сколько просьбой о помощи. Эй, вы, там, имейте в виду, что мы серьезно, пока не поздно, — умерьте прыть и давайте разговаривать!

Самый же последний такой сигнал, уже более чем откровенный, почти как призыв SOS, был озвучен уже по окончании голосования. Весь вечер 18 августа “Хабар” и “Казахстан” настойчиво повторяли итоги сразу двух как бы разных как бы “экзит-пулов”, согласно которым “Ак жол” уже уверенно преодолел 7-процентный барьер, а ОСДП зависла где-то на подходах к нему.

Яснее не намекнешь: смотрите: Байменова-то, мы, уже, точно, пропускаем (что бы вы там не делали!), а вас – оставим за бортом. Если срочно не опомнитесь, не выйдете на контакт и сами не попросите о помощи. И не приходится сомневаться, что уже и самый прямой вопрос: согласны ли вы на 7 процентов, при условии, что у Байменова будет 12, также был задан напрямую в ту же ночь.

Но положительный ответ на него уже был невозможен: если на свои семь мандатов ОСДП (не сразу, конечно), скорее всего, согласилась бы, то легитимировать возвысившуюся над ней фракцию “Ак жол”, — ни за что!

Но почему же, в таком случае, АП не реализовала свой намек-угрозу, и не сделала парламентской оппозицией “Ак жол”?

О, это чрезвычайно поучительная история, демонстрирующая как раз неготовность АП к созданной ею же внештатной избирательной ситуации!

Дело в том, что уже ставшее банальностью утверждение о способности наших властей обеспечивать любые итоги любых выборов, — оно справедливо лишь в общем случае. Конкретно же из этого правила есть масса исключений, обусловленных как раз некоторыми “технологическими” пределами самой системы фальсификаций.

Как старый добрый “Москвич” не разгонишь до скорости “Лексуса” даже на автобане Астана-Боровое, так и подделка результатов голосования имеет свои ограничения во времени и в организации.

Скажем, Центризбирком, — он вообще не занимается подтасовкой протоколов, а только собирает уже подтасованные в областях и солидно оглашает итоги. Рядовые учительницы в комиссиях – они тоже не задействованы в подделке голосов, их предназначение – делать техническую работу, и не мешать манипуляциям председателя с секретарем. Управляющие же воздействия на получение “нужных” результатов – они реализуется по довольно-таки сложной схеме. Политическое руководство осуществляется по линии АП – акимы областей (Астаны и Алматы). Исполнение же возложено на заместителей акимов уже более низкого уровня – городов и районов. Причем эти зам. акимы выходят на председателей комиссий, как правило, тоже не напрямую, а через так называемых кураторов.

Задачи, скажем так, одномерные и, так сказать, качественные, такая схема решала уже многократно, и решала без сбоев. Например, обеспечить убедительно победные проценты для одного кандидата, и унизительные разгромные для другого, безвариантно довести до мандата “желательного” кандидата и столь же безвариантно не пропустить не желательного, это — без проблем!

Но вот получить на выходе заранее рассчитанную арифметику – на это наши избиркомы не способны. Так, если руководитель АП выражает надежду, что в такой-то области избиратели поддержат Президента не менее чем на 75 процентов, уверенным можно быть в одном, — что уж процентов-то за 85 соответствующий аким отчитается. Но вот что будет, например, именно 91 – это является неким электоральным сюрпризом и для самих организаторов всех таких результатов.

Тут все дело в том, что исходно-базовая фальсификация, — подбрасывание бюллетеней в урны, — она осуществляется “в темную”. Сколько избирателей пришло и проголосовало, и сколько еще можно ожидать, — это председатели комиссий еще могут отслеживать и, соответственно, “добрасывать” бюллетени. Но вот каков расклад голосов в урнах, и сколько получится при суммировании брошенных избирателями и подброшенных избиркомами бюллетеней – это заранее не известно.

И еще: как землекоп, двумя руками ухвативший лопату, уже никак не может начать махать еще и топором, так и комиссии приспособлены “помогать” какой-то одной стороне, но никак не двум! Теоретически, конечно, из АП могли дать установку, чтобы в урны на каждые десять “дополнительных” бюллетеней за “Нур Отан” подбрасывали еще и, допустим, три за “Ак жол”, но практически это все равно было неосуществимо. Надо ведь понимать, что отрытым текстом указания на “нужные” итоги передаются лишь на уровне исполнителей. Высокое же начальство (не доверяя-опасаясь, прежде всего, друг друга) изъясняется намеками или вообще ратует исключительно за честные выборы. Поэтому если даже через исполнителей и пройдет команда “работать” на кого-то еще кроме партии власти, любой аким все равно перестрахуется. Позвонит “на верх” и начнет говорить что-то насчет того, что Вы, конечно, ждете от нас не менее 75 процентов, но что делать, если именно у нас население столь глубоко привержено политике Президента, что процент просто зашкаливает, и ничего мы с этим поделать не можем… И, кстати, тут вот из аппарата что-то такое пришло насчет помощи оппозиции, так это, наверное, какая-то ошибка? На что, конечно, услышит в ответ, что, — да, это какая-то ошибка, считайте голоса как положено…

По всему поэтому подлинное волеизъявление избирателей, — оно тоже (как ни странно!) входит важной составляющей в итоговый результат, и может даже определять его!

Что и получилось на этот раз: начавшийся подсчет бюллетеней из урн вывел “Ак жол” из числа претендентов, и с этим комиссии уже ничего поделать не могли!

Нет, и при этом еще была 100-процентная, и никак не уязвимая ни для какого оппозиционного или ОБСЕ-шного контроля, возможность все равно вывести “Ак жол” хоть семь, хоть 12 процентов – за счет сельских протоколов. Но для этого требовалась хотя бы еще пара дней, а их Администрация сама себя лишила!

Дело в том, что расхожие представления, будто бы село, загоняемое на выборы “акимчиками”, голосует массово – они ближе к мифам, чем к реальности. На самом деле основная сельская масса, — она вся “самозанятая”, и в таком качестве не очень-то зависит от сельского начальства, которое тоже особо не наседает на односельчан. Поэтому основной “электоральный резерв” партии власти, — он не столько в том, что сельское население менее образовано, слабее информировано и исключительно послушно, а в том, что сельские избиркомы предоставлены исключительно самим себе, находятся вне даже самого символического контроля, и могут “рисовать” все что угодно.

Но в ту же ночь это было невозможно, временной же запас (по Закону – более чем достаточный и ранее Центризбиркомом всегда используемый) АП (устами ЦИК, конечно) отрезала, заранее объявив, что предварительные итоги выборов будут оглашены на следующее же утро.

Такая вот электоральная история, не давшая никому выигрыша и породившая массу головных болей для всех.

Сторонники идеи бойкота – посрамлены. Именно участие оппозиции в этих выборах и привело к полному саморазоблачению режима, с “захлопыванием” его на себя же. Не будь бойкот химерой, и осуществись он на практике (что, на самом деле было неосуществимо), мы имели бы сейчас действительно двухпартийный Мажилис, и нам осталось бы только изощряться насчет того, что оппозиция в виде “Ак жол” — она нағыс емес. Зато теперь – достигнута прямо-таки кристальная ясность!

Нашему Президенту тоже непонятно что делать с собственным однопартийным Парламентом. Держать “Нур Отан” с собой во главе в качестве политического придатка к исполнительной вертикали во главе с собою же – достаточно нелепо. Логика однопартийности требует, чтобы как раз “Нур Отан” возвысился над Правительством, опять став “руководящей и направляющей”. То есть, Нурсултан Назарбаев в этой новой ситуации, чтобы не ронять собственной партии, должен стать, во-первых, Генеральным Секретарем, и лишь, во-вторых, — Председателем Совмина (как Никита Хрущев) или Президиума Верховного Совета (как Леонид Брежнев).

Варианты практически анекдотичные (в СССР – что ни собирали – получался автомат Калашникова!), но ведь иных серьезных – нет.

У членов ОБСЕ с западной стороны – тоже дополнительная головная боль. Товарищ Рушайло от лица всех государств СНГ уже объявил, что наши выборы прошли безукоризненно. Следовательно, и Россия, и все остальные будут настаивать, что Казахстан более чем достоин своей заявки на председательствование. Согласись с этим США и Европа – авторитету ОБСЕ придет конец, не согласись – конец приедет самой ОБСЕ.

Причем из этого всестороннего тупика “естественные” выходы не просматриваются, поскольку никаких новых выборов на следующие пять лет не предвидится. Не иначе, придется искать еще один “тормоз реформ”, готовый “самораспуститься”.

Интересно, откуда он возьмется?

Новости партнеров

Загрузка...