Для получения кредита слово Рахата Алиева главнее нужных бумаг

Никому не показывали справки, что Курман Акимкулов человек Рахата Алиева, однако все его воспринимали именно так

Среда в судебном процессе по ОПГ Рахата Алиева также ушла на исследование материалов по первому эпизоду – похищение банкиров 18 января и “продажа” бизнес-центра “Кен-Дала”. Главный фокус сместился на механизм покупки АО “Алма тур” здания у АО “Инвестиционно-холдинговая компания”. Нетипичных моментов здесь достаточно много.

Судебное заседание 14 ноября началось с распоряжения председательствующего отключить всем сотовые телефоны. Затем продолжился допрос свидетелей по первому эпизоду. Сначала вызвали Гульмиру Жумадиллаеву, в то время топ-менеджера “Нурбанка”, а сейчас банка “Каспийский”.

По ее словам, 19-го января был обычный рабочий день, в который позвонил Курман Акимкулов, директор “Алма тур” и, сославшись на распоряжение Рахата Алиева, попросил представить параметры кредита по бизнес-центру “Кен-Дала” (владелец “Инвестиционно-холдинговая компания (ИХК)”). Поскольку в функциональные обязанности г-жи Жумадиллаевой доступ к такой информации не входил, она обратилась к Жанат Кайрамовой, и запросила нужные сведения (наличие ссудной задолженности, процентная ставка, сумма залогового обеспечения, вид залогового обеспечения и другое), также сославшись на распоряжение акционера (Рахата Алиева).

От акционера в “Нурбанке” тайн нет, поэтому вся необходимая информация была представлена. А 22 января Гульмира Жумадиллаева заняла пост председателя правления банка вместо Абильмажена Гилимова, что для нее стало неожиданностью. Дело в том, что на директорате 18 января вопрос об уходе г-на Гилимова никаким образом не поднимался, как и Жолдаса Тимралиева.

Когда задавали вопросы Жанат Кайрамовой, то она сообщила, что в кабинете у г-жи Жумадиллаевой 19-го января видела Нурлана Акимкулова (брат Курмана Акимкулова), которого узнала за стеклянной перегородкой. Гульмира Жумадиллаева этого человека не помнит. Вообще г-жа Жумадиллаева в ходе ответов на вопросы в зале суда не помнила очень многое.

Нурлан Акимкулов спросил свидетеля: “А с чего вы решили, что я представитель Рахата Алиева?”. Мол, он ведь никому такого документа не предъявлял. Судья Нурдилла Сеитов на это заметил, что “общеизвестные факты не доказываются”.

В рамках разбирательства по “Кен-Дале” был поднят вопрос по 814 млн. тенге, принадлежащих “ИХК”, которые перевели на депозит без депозитного договора. Болат Абдуллаев, директор компании, сообщил, что счет впоследствии был арестован финансовой полицией, и он этими деньгами распоряжаться не может.

Адвокат Абзал Жолдабеков по встрече 19 января в доме на Суюнбая 19 обратил внимание, что у Абильмажена Гилимова и Жолдаса Тимралиева “был реально напуганный вид, особенно это было видно по Тимралиеву”. “Алиев, применяя физическое и психологическое насилие, требовал передать ему бизнес-центр “Кен-Дала”. Банкиров в первую очередь беспокоила физическая безопасность – своя и их семей.

Г-н Жолдабеков попросил у Армангуль Капашевой разрешения на раскрытие адвокатской тайны. После того, как она дала согласие, адвокат рассказал о том, что приблизительно через неделю после 19 января Жолдас Тимралиев пригласил его к себе домой для составления заявления в адрес всех республиканских силовых структур и администрации президента в связи с похищением. В присутствии Абзала Жолдабекова г-н Тимралиев этих заявлений не подписывал и попросил, чтобы адвокат об этом не распространялся.

Армангуль Капашева спросила, не оставлял ли он какие-то заявления г-ну Жолдабекову, поскольку ее супруг говорил, что передаст эти заявления по нескольким адресам. “Мне ничего не оставлял”, — ответил он.

Свидетель Жанат Кайрамова по событиям 22 января подчеркнула, что “первый раз видела Гилимова и Тимралиева в таком подавленном состоянии”.

Сабыржан Базарбаев, на момент исследуемых событий директор Алматинского филиала “Нурбанка”, показал на суде, что о продаже “Кен-Далы” узнал от г-жи Жумадиллаевой. Кредит в районе $36 млн. (в тенге по курсу) был выдан одним траншем. Часть денег ушла на погашение кредита, остальные на счет “Алма тур”. По его словам, реально бизнес-центр на тот момент стоил в 2,5 раза дороже суммы покупки.

Свидетель Ольга Кривоногова из “Алма тур” сообщила, что договор купли-продажи был подписан Курманом Акимкуловым и Болатом Абдуллаевым. Также в ходе разбирательства выяснилось, что для получения крупного кредита нужно собрать более 30 документов. Однако “Алма тур” получила деньги уже 22 января, а все документы в “Нурбанк” компания представила в течение недели после этого.

В кулуарах многие отмечают профессионализм Любови Пономаревой, адвоката Курмана Акимкулова. Опытные в судебных процессах люди полагают, что этот юрист могла бы создать стороне обвинения массу проблем, не будь в данном процессе мощной политической составляющей. Пока команды адвокатов держатся дружно, но в лагере защитников обвиняемых идиллия может прекратиться, когда начнется допрос подсудимых. Потому что каждому в первую очередь надо спасать своего клиента.

Новости партнеров

Загрузка...