Палата №6, или От площадки к площадям

Nota bene

“Ничто на земле не проходит бесследно”. Слова этой популярной песни пришли на ум, когда стопроцентно “нуротановский” мажилис озвучил очередную идею о создании очередного (извините за тавтологию) совещательного органа – Общественной палаты.

Самый важный политический факт, следующий из этой инициативы таков: власть сама осознает комичность и тупиковость ситуации, когда законодательный орган не является истинным отражением соотношения сил в обществе. Это также подспудное признание нечестности и несправедливости прошедших парламентских выборов. Это дорогого стоит!

Давайте вернемся к истории самого вопроса об “общей площадке для дискуссии по самым важным проблемам жизни общества”. Вначале было Слово. Точнее, слово демократических сил о необходимости начала полномасштабного Национального диалога между властью и оппозицией. Помнится, это было еще в конце 1999 года. Тогда уже мы вместе с коллегами предлагали власти конкретные механизмы по урегулированию сложившейся на тот момент критической ситуации (тектонический раскол элиты, недостаточная социальная политика государства, углубление авторитаризма и т.д.). Тогда само желание оппозиции (особенно ее наиболее принципиальной и последовательной части в лице РНПК, КПК, ДВК) участвовать в конструктивном диалоге не воспринималось как оппортунизм и ренегатство, как предательство общих идеалов.

И что только власть не сделала, чтобы извратить эту благородную идею и уничтожить на корню саму возможность обсуждения и согласования внутри общества наиболее важных проблем.

Сначала она пошла путем полного отрицания. Мол, мы сами с усами, да и никакой потребности в таком диалоге нет. Мол, оппозиция не доросла еще. (Хотя делать выводы о поддержке оппозиции в народе, исходя из фальсифицированных итогов периодических выборов, по меньшей мере, не корректно). Правовым последствием этого пути стали ужесточение законодательства (о политпартиях, о СМИ), преследование наиболее стойких оппозиционеров. Помню череду сфабрикованных судебных процессов, особенно в областях (видимо, власть тогда уже понимала растущую популярность демократов в регионах).

Позже, дабы сохранить свое квазидемократическое лицо, власть изменила тактику. Признав саму идею необходимости общественного диалога, она начала придумывать различные варианты реализации проекта, главной целью которого стало бы формальное привлечение оппозиционных сил в какой угодно процесс. Тем самым, легитимизация своих полунамерений и полушагов. Наиболее известными проявлениями такой воли стали почившие в бозе, разные по форме, но единые по содержанию ПДС, НКВД и последняя Госкомиссия с неимоверно длинной и неудобоваримой аббревиатурой. Учитывая количество (да и качество) этих структур нынешнюю идею об Общественной палате впору назвать “Палатой № 6”. Вот уж действительно Антона Павловича не хватает нашей власти! Или доктора Андрея Ефимыча, который сам угодил в созданную им палату.

Несмотря на обилие показушных инициатив, проекты не удались. Главным недостатком этих образований было то, что объединенная оппозиция не была допущена как равноправная сторона диалога.

А ведь если бы диалог начался раньше, общество не дошло бы до сегодняшнего уровня противостояния сил и элит, его не лихорадили бы последние потрясения в окружении президента. Любая форма равноправного партнерства стала бы гарантией от отката назад, от неправовых действий одиозно известных фигурантов. Не было бы и политических убийств. Да и власть и оппозиция были бы другими. Может, более терпимыми друг к другу. И потому более гибкими и способными к диалогу.

Что должна делать власть при таком раскладе сил?

Во-первых, ей необходимо самым серьезным образом осознать все возрастающую пагубность ситуации, когда мажилис так и не смог очиститься от вселенского позора не легитимности, не пользуется ни внутренним, ни внешним доверием и просто стал тормозом на пути общественного прогресса.

Во-вторых, политическое сращивание законодательной и исполнительной власти уже сейчас создает коллизии, которые могут привести к негативным последствиям. И дело не только в качестве и степени адекватности законов.

В-третьих, возможно возвращение к идее Национального диалога в подлинно демократическом формате. С паритетным участием двух сторон – власти в лице президента, парламента (раз уж он у нас такой однопартийный) и провластных партий. И оппозиции в лице всех без исключения политических партий. Надо определить и формат, и повестку дня, и полномочия такого органа, которые были бы приемлемы, в том числе и для оппозиции. Если что-то и появится, то оно однозначно не должно быть в составе вконец дискредитировавшего себя и страну мажилиса.

Власть не должна занимать сторону некоего ментора, который во всем прав. Кто хочет диалога, тот ищет возможности!

Что нужно делать оппозиции в сложившейся ситуации?

Во-первых, априори не отказываться от любой эффективной идеи диалога с властью. Диалога на принципиальных позициях, публичного, с должной мерой взаимной ответственности. Диалога, который бы обеспечивал дальнейшее демократическое развитие государства.

Во-вторых, демократические силы показали свою способность к реальному объединению сил и ресурсов во время выборов. Теперь настало время такую же способность показать и в поствыборный период. Тем более что в нашей стране с непредсказуемой властью с нестабильным мышлением и поведением, любые выборы могут состояться в любое время. Отрадно, что, несмотря на развитие партийного строительства, внутри оппозиции по главным вопросам голос демсил един. И потому значим. И это идейное единство нужно беречь как зеницу ока.

В том числе при определении позиции относительно возможного диалога с властью.

“Тасжарган” № 44 (72) от 22 ноября 2007 г.

Новости партнеров

Загрузка...