Мы все в одной лодке

Общепринятым позитивным каноном или даже догмой в независимом Казахстане стал тезис о незыблемости межнационального мира в стране. Об этом неизменно говорится со всех высоких трибун, в том числе и с трибуны ООН и других международных организаций. И эта тактика приносила свои плоды все 16 независимых лет. Такая идеология дала возможность руководству достаточно спокойно заниматься государственным строительством, экономикой ну и попутно своими делами. В итоге, мы оказались если и не впереди планеты всей, то у себя в регионе точно. Вместе с тем, оправдывается поговорка: “если ты хочешь даже оставаться на месте, то необходимо очень быстро бежать”. Если сегодня взглянуть на Узбекистан и Киргизию, то объективный наблюдатель отметит, что межнациональная обстановка в этих странах не то, что не хуже, но на сегодня лучше, чем в Казахстане, в некоторых отношениях. Разумеется, эта ситуация далека от идеальной, но это так. В нашей позиции нет ничего из области коммунально-обывательских отношений, но есть попытка объективной оценки ситуации. Очевидно, что и Казахстан, и казахи не погибнут, если русские продолжат уезжать из страны, да и русские в одночасье и не исчезнут из Казахстана, да и не пропадут в этой жизни также. Так что все спекуляции на тему с любой стороны – всего лишь спекуляции, но, тем не менее, способствующие негативному разогреву общества.

Сон разума рождает чудовищ

Национализм или шовинизм, безотносительно кем он проявляется, присутствует как правило, в любом обществе, даже моноэтническом. Однако при определенных обстоятельствах имеет способность переходить ту черту, за которой превращается в угрозу обществу и даже государственности. Разумеется, существуют формы национализма вполне, так сказать, прогрессивного плана, но не о них речь.

Как известно, “сон разума рождает чудовищ”. В нашем случае безмятежность власти также способна привести к “кошмарам” наяву, поскольку рецидивы национализма в стране появляются не на песке, но на вполне, реальной основе. Какова же эта основа и причины потенциала роста национализма в стране?

В общем, ничего специфического, все то, что характерно для процессов национализма во всем мире. И как везде идеология национализма вызревает в среде интеллигенции. Стремление любого народа к осознанию себя, как некой исключительности вполне понятно и объяснимо, и само по себе не только не является деструктивным, но вполне способно подвигнуть народ и страну на резкое, ускоренное развитие. И тому есть много примеров в истории. Безусловно, в среде титульной интеллигенции латентно в режиме ожидания такой момент также присутствует. Есть ли опасность для общества в целом в этих перманентных стремлениях к “великой нации”? Конечно, нет. Например, в той же России чрезвычайно велико стремление к возвращению утраченной позиции “великой державы”, не исключение и другие страны и народы. И все это несмотря на пресловутую глобализацию и политкорректность.

Особенностью нынешнего периода является, однако, то, что в один букет соединяются идеологические “цветы” интеллигенции, социальные проблемы простых людей и амбиции политиков, “заждавшихся” своего места на властном Олимпе. Проблема наших социальных проблем, если позволить такую тавтологию, в их объективной необъективности. Да, без сомненья положение простого народа безотносительно национальности, нелегкое, и даже зачастую тяжелое. Но, к сожалению, в каком-то роде объективно в своем негативе. Так было почти везде и всегда. Некоторое количество исключений только подтверждает общее правило. Компрадоры, нувориши гребут обеими руками, не думая ни о народе, ни о стране. В итоге создается гигантский разрыв между бедными и богатыми. Нельзя сказать, что здесь как-то особенно была ущемлена именно и только титульная нация, скорее наоборот, чему свидетельство огромное количество супербогачей в казахской среде, да и вообще городское казахское население вполне процветает. Проблемы, конечно, есть, но в формате системном.

Вопрос в другом. В условиях “позабытости” правительством нетитульные этносы вынуждены были выживать в духе дарвинизма. Кто-то сумел это сделать, кто-то умер, кто-то уехал. По крайней мере, это справедливо в отношении русских. Те, кто не смог, или не захотел адаптироваться к реалиям нового времени просто уехали, и таких было не один миллион. Конечно, в нетитульной среде также немало бедных, нуждающихся людей. Однако, что касается бедности и даже обездоленности части коренного населения, проживающего в сельской местности, то они оказались во власти собственных бастыков, связанные архаическими родовыми отношениями и “повязанные” своими же начальниками. В чем-то родовая, архаическая среда помогает выжить в тяжелые времена, но и одновременно ментально консервирует ее. В итоге, по прошествии значительного периода независимости, сельское население ментально не смогло адаптироваться к капиталистическим отношениям, царящим у нас в самой дикой форме. В сущности, откатившись даже не во вчерашний, а позавчерашний день. В этих условиях не слишком обильные средства из бюджета, выделяемые селу, уходят в песок, банально расхищаются, не доходя до людей вовсе, или только в объеме, чтобы совсем не протянуть ноги.

Соответственно, как было всегда и везде в мире, нищее население потянулось в города и это был масштабный, массовый процесс превращения сельских жителей в городских люмпенов. Явление это, безусловно, негативное и отягощенное грядущими политическими и экономическими последствиями. Власть, находившаяся в эйфории от успехов на внешнем и внутреннем фронтах, как бы внезапно обнаружила в ближайшем подбрюшье, вокруг больших городов, “пояса шахидов” — сотни тысяч людей без нормального жилья, без работы, без социальной защиты, а самое главное без какого-либо реального просвета и перспектив. В принципе, осознав угрозу такого положения вещей власть растерялась и не смогла найти выход из создавшейся ситуации. Именно этим, а не какой-то мифической антиказахскостью, как сразу же заголосили националисты, были продиктованы действия властей. В начальный период процессов миграции власть смотрела сквозь пальцы, а на местном уровне начальнички к тому же хорошо нагрелись на беде своих обездоленных сородичей. Момент был упущен и теперь созрел до состояния политически и экономически “нерешаемого”. Если сравнить с советским периодом, то и тогда существовала массовая миграция, но она носила, как и все при социализме, плановый характер. В составе городского населения доля казахов выросла практически от нуля до 30 – 40%. В подавляющем числе мигрировала молодежь, в отличие от сегодняшних дней, когда переселение идет семьями со стариками и маленькими детьми. Одну часть мигрантов советского периода составляли учащиеся всех уровней, как и сейчас. Только при плановой системе все 100% выпускников куда-то худо-бедно пристраивались, чего, естественно, нет сейчас. Другую часть составляла молодежь, которую рекрутировали довольно массово на промышленные предприятия. Например, тысячи аульной молодежи на тот же АХБК, при котором существовала инфраструктура и система адаптации вчерашних сельских жителей (ПТУ, техникум, поликлиники, общежития и т.д.) причем этот процесс, вплоть до воспитательной работы, отслеживался властными структурами. Мы не хотим восхвалять все это, тем более что все это разрушено и ушло в небытие вместе с советской властью. Но была система и, выплеснув воду, мы выплеснули и ребенка.

Джинн из бутылки

Оценивать ситуацию достаточно просто, поскольку не мы первые. Европа, в частности Франция, не первый десяток лет расхлёбывает свою ситуацию. Ежегодные погромы в пригородах Парижа не дают забыть о проблеме. Эти же примеры иллюстрируют, что создав проблему раз, мало кому удалось решить ее даже за полвека.

Ситуация в Казахстане только подтверждает все мировые тенденции, а, во-вторых, быстро политизировалась. Вообще-то говоря, все комплиментарные оценки казахского народа в целом абсолютно справедливы, справедливо также и то, что простой народ достаточно беззащитен и зависим от мнения старших (агашек). Немудрено, что национал-патриоты, политики и просто политические спекулянты молниеносно пристроились к теме. Некоторая польза от этого есть, поскольку проблема получила широкий резонанс в прессе и в обществе. Но и одновременно проблема социальной ущемленности коренного населения стала переводиться в межнациональную плоскость. Это типичный прием в подобных случаях, выгодный и противникам режима и в определенной мере и в определенных временных рамках какой-то части правящей элиты. Оппонентам власти — понятно почему, это шанс пройти во власть, приобщиться к дастархану. Кстати, кое-кто уже и отщипнул “от щедрот”. А правящей элите, которая находится в коллапсе в этом вопросе, необходима передышка, хотя бы временно необходимо перевести стрелки.

Возможно ли вообще решение вопроса бедности коренного населения, актуализированного в проблеме Шанырака и других поселений? Совершенно очевидно, что власть осознала опасность для себя в полной мере, иначе не пошла бы на силовое решение. Но может ли она решить эту проблему? За прошедшее время было сломано немало копий на эту тему, высказались все, но решения нет. Очевидно, что самое простое – узаконить посёлки – не решит проблему в принципе. Хотя в нынешней ситуации возможно и надо на это пойти. Вопрос бедности – это комплексная проблема. Жилье, рабочие места, здравоохранение, образование, другая социалка. В нынешних форматах решить его невозможно. На сегодня Алматы и тем более Астана, это города “белых воротничков”. Крупные промышленные предприятия типа АХБК, АЗТМ практически или исчезли, или еле дышат. Провести новую индустриализацию, хотя бы под флагом кластеров, и невозможно в обозримые сроки, и достаточно неэффективно в плане создания рабочих мест. Вбросить дополнительные средства в село при нынешних обстоятельствах все равно, что лить воду в песок.

Между тем давление вокруг вопроса нарастает. Поскольку трудно отрицать, что на обоих полюсах проблемы бедности и казахского языка стоят казахи, то вот уже появилось мнение (У.Кайсаров), что нынешняя казахская интеллигенция и властные элиты вовсе уже и не казахи, как таковые, а “потомки подлостью прославленных отцов”… Дальше идет еще более нелестно-оскорбительная оценка. Прав или не прав автор, но ясно, что это только цветочки, поскольку в условиях дефицита ресурсов – нефти, газа, продовольствия, места под солнцем, наконец – начинают работать законы “дикого дарвинизма”. И удержаться в каких-то “рекомендованных” рамках невозможно, процесс идет в разнос, а вместе с ним и вся страна.

Где лежит решение проблем?

А между тем решение, на наш взгляд, возможно. Необходима только политическая воля. Решение, в общем-то, апробировано в тех или иных формах во многих странах. Нужна протекционистская политика по отношению к части коренного населения. В первую очередь необходимо произвести перераспределение природной ренты напрямую в пользу коренного населения. Гарантированно обеспечив невозможность воровства или насильственного изъятия этих средств у народа. Так поступают США и Австралия в отношении автохтонного населения. Так поступила Малайзия в отношении титульного населения. А уж на этой базе можно строить “процветающее общество”, как в той же Малайзии. Вполне очевидно, что спираль конфликтов будет раскручиваться по восходящей. А если все проделать путем, то большинство тех же новопоселенцев сами вернутся в места своего прежнего обитания, вернется в нормальные рамки и национализм, и социальная проблематика.

Возможно ли какое-то иное конструктивное решение? Давайте посмотрим на примере Алматы. Численность населения составляла на 91 год менее 1 млн. человек, на сегодня фактически число жителей перевалило за 2 млн. человек. При этом в городе закрылись практически все крупные производства, десятки научно-исследовательских и проектных институтов и многое другое. То есть, в этом плане Алматы перестал быть крупным промышленным центром. Конечно, открылось достаточно много мелких производств, дающих рабочие места, но все же в основном “южная столица” — этот город служивых людей, студентов, чиновников и большого сервисного сектора. Огромная масса освободившихся людей занята собственным бизнесом и в первую очередь в торговле и в ее инфраструктуре. Сельские мигранты занимают в городе в основном социальное дно. Конечно, кое-кто из них сумел реализоваться, но все же новые горожане занимают самые низкооплачиваемые места. Часто приходится слышать одно из обвинений в адрес русского языка, что сельские жители и оралманы по причине незнания русского языка вынуждены браться за самую низкооплачиваемую работу. Но это, несомненно, попытка ставить вопрос с ног на голову. Первопричина, и это очевидно, в отсутствии профессии, как таковой. Ведь огромная масса внешних мигрантов из Узбекистана, Таджикистана и Киргизии отнюдь не лучше знают русский язык, однако рвутся в Казахстан и получают более квалифицированную работу. Поскольку в том же Узбекистане система профтехобразования продолжает действовать, то и, естественно, оттуда приезжают сварщики, каменщики плотники и др. Не говоря уж о машинистах строительных кранов и пр. Может быть не ахти, какой высокой квалификации, но все равно хоть как-то обученные. Таким образом, продолжающийся несколько лет строительный бум не стал для коренного населения ни школой мастерства, ни возможностью накопить финансы. А, судя по газетным публикациям, местным рабочим и платили мало, да и дурили изрядно.

Кстати, если зашла речь о буме. Спекуляция на земельных участках и недвижимости достигла просто апокалипсических размеров. Суммы, ушедшие налево, на перепродаже бывшей государственной земельной собственности достигают даже при оценке навскидку астрономических величин. Просто разумное и честное распоряжение землей позволило бы создать возможность обеспечения каждого жителя аула жильем и скотом, но, увы, этого не произошло. Все деньги ушли в руки “жирных котов”. Еще одним острым моментом является вопрос трудоустройства выпускников наших многочисленных университетов, которых до недавних пор насчитывалось более 180. В силу их огромного количества и низкого качества обучения в подавляющем большинстве эти ребята не работают по профессии. Часть из них устраивается, благодаря родственным связям, но опять же, тысячи ребят из аулов таких связей не имеют и остаются не у дел. Высшее образование выжало из их родителей солидные деньги, в том числе и на взятки, но не дало взамен компенсацию в виде доходного места. То есть, как в известном анекдоте – генералом может стать только сын или внук генерала. Точно также у каждого прокурора или судьи есть свой сын или внук. В анекдоте смешно – в жизни горько. Вот еще одна причина возникновения большого слоя социального недовольства. А поскольку потомственные горожане сплошь хорошо владеют русским, то это дополнительный повод апелляции по поводу ущемления казахского языка у значительного слоя людей не добившихся успеха. Есть иллюзия, что стоит в приказном порядке ввести 100% казахский язык, то одномоментно произойдет передел синекур в пользу “нагыз казак”. Но это только иллюзия. Да и вот характерный пример. В стране работают на сегодня 123 частные школы, в которых обучаются 80-85% детей казахской национальности, но только 2 из них ведут обучение на казахском языке. При этом автор согласен с курсом на развитие и подъем казахского языка. Только хотелось бы видеть побольше ума и профессионализма в постановке дела.

И все-таки, кто в доме хозяин?

Заканчивая свои заметки, хотелось бы задаться вопросом — насколько реальна угроза национализма в стране?

В известном случае с Ароном Атабеком власть весьма решительно и неожиданно жестко показала – “кто в доме хозяин”. А также продемонстрировала, что бывает с нарушителями хрестоматийно известной “конвенции”. В этом плане, надо полагать, и Амалбек Тшан, и другие персоналии действуют, пока, по крайней мере, в рамках своих ролевых функций. Да и трудно ожидать, что персоны, зависимые от власти, способны неожиданно выкинуть фортель. Однако, здесь опасны тенденции. И в первую очередь то, что на националистическом поле начинают играть элиты. А это финансирование, появление лидеров, оформление идеологии. Сама по себе ведь “толпа” далеко не пойдет, не дальше ближайших витрин.

Вопрос превращения национализма в политическую силу в Казахстане тесно увязан с вопросом власти. Оппоненты власти оказались неспособны получить вожделенное желаемое, а хочется, да и годы бегут. К тому же и ситуация вроде бы располагает, патриарх стареет, проблемы накапливаются… Однако несомненно, из числа действующих игроков политического поля сейчас нет ни одной личности, способной составить реальную объективную конкуренцию, да еще в условиях пресловутого административного ресурса. Вполне логично в этой ситуации попытаться выкинуть на игровой стол козырного туза национализма. При всей толерантности, доброжелательности казахского народа разыграть националистическую карту на фоне социальных проблем представляется достаточно возможным делом.

Теоретически национализм весьма разнообразен и многолик. В определенных формах и в определенных обстоятельствах даже конструктивен и прогрессивен, тому пример и строительство независимого Казахстана. Но в нашем случае культивируется самая иррациональная и непредсказуемо жестокая форма – этнический национализм. Т.е. идет апелляция к сознанию почти на зоологическом уровне. Мир все это уже видел в той же хваленой Малайзии. Творческая элита, через посредство которой обычно раскачивается лодка, как правило, руководствуется самыми благими намерениями, и так же, как правило, никогда не понимает всех последствий своих действий. К сожалению, такова ее сущность. И также можно говорить, что никого и никогда не останавливали никакие резоны, кроме силы. Вполне очевидно, что если подобный механизм сработает, то тем самым запустится гигантский деструктивный процесс. И, возможно, одним Казахстаном дело не ограничится. И вопрос, разумеется, не в том, что параллельно будет раскручиваться массовый исход населения. В таких случаях никого такой перспективой не испугаешь. Ни политиков, ни даже население, которое в принципе уже готово ко всему. Остановить этот процесс, или даже не допустить его, как ни банально это говорить снова, может только действующая власть. К великому сожалению это единственная политическая сила, в чьих интересах стабильность, как фактор удержания политической власти. Это не значит, конечно, что все оппоненты власти сплошь националисты. Но чистый политический прагматизм волей неволей подталкивает их к использованию в той или иной степени этого ресурса. И именно поэтому, скорее всего рассуждения “демократов” о демократии столь неуспешны в конкретных реалиях и обстоятельствах. Фиаско с приходом к власти на демократическом “белом коне” еще в большей степени повышает шансы на сползание политиков к национализму.

С учетом вышесказанных обстоятельств мы, повторимся, убеждены, что в интересах нынешней власти изменить порядок присвоения природной ренты в пользу коренного населения и в увязке с этим вопросом вернуть контроль над недрами государству (вернее народу).

Такое решение безусловно содержит мультипликативный позитивный заряд большой силы и для государства, и для элит, и самое главное для простых людей. Нам представляется, что независимо от того, кому придется “скидавать сапоги”, любой власти придется решать эту проблему.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...