За этот год женщин в парламенте стало больше, в правительстве – меньше

В течение всего прошлого года женские организации страны и активистки феминистического движения неоднократно поднимали на общественном уровне проблему недостаточной представленности женщин на высоком государственном уровне. Такие заявления должны были, казалось, быть приняты во внимание и учтены в положительном смысле при ближайших же крупных кадровых перестановках.

На первый взгляд, положительный — с точки зрения задач гендерной политики — сдвиг и в самом деле в течение заверщающегося сейчас уже нынешнего года произошел. Как стали утвеждать после состоявшихся в конце лета выборов в Мажилис представители власти, сейчас уровень представленности женщин в парламенте республики необычайно высок. Поскольку он у нас теперь практически однопартийный, введение в его состав значительного числа представительниц слабого пола, видимо, продиктовано соответствующей политической линией правящей партии “Нур-Отан” и официального руководства страны. Оно понятно.

Официальная Астана в течение четырех лет проводила интенсивную дипломатическую политику, направленную на то, чтобы добиться избрания Казахстана председателем ОБСЕ в 2009 году. Вопрос этот, как мы сейчас уже знаем, решился в конце концов положительным образом. Правда, председательствовать нашей стране в названной уважаемой оргнаизации предстоит не в 2009-м, а годом позже – в 2010-м. Но такой сдвиг по сроку для Казахстана, надо полагать, принципиального значения не имеет.

Главное – это то, что поставленная цель достигнута. Западный мир – Европа и Северная Америка – признал право Казахстана называться страной, находящейся на демократическом пути развития, и предоставил ему возможность возглавлять в течение целого года одну из самых важных своих межгосударственных институтов.

Но такое достижение не пришло само по себе. Казахстану как государству надо было сделать многое на пути своего самоутверждения в качестве строящей у себя гражданское общество нации. Еще больше дел в этом направлении ему предстоит осуществить в будущем.

В их ряду одним из важнейших представляется усилия по достижению гендерного равноправия. Понятно, что Казахстану для соответствия по этому критерию уровню западных стран еще надо, что называется, шагать да шагать. Но, с другой стороны, ситуация с гендерным развитием у нас представляется более благополучным, чем в некоторых других странах СНГ, которые также состоят в ОБСЕ.

И все же очевидно одно: Казахстан был и остается страной, где сильны так называемые восточные традиции, согласно которым выведение женщин на равное с мужчинами положение, мягко говоря, не поощряется, а то и осуждается.

Поэтому задачи достижения гендерного равноправия даются у нас тут труднее, чем, скажем, в странах СНГ с преимущественно европейской культурой и христианской религией. И тут, разумеется, важна инициатива не только снизу, но и также со стороны властных верхов. Именно сверху было, как можно догадаться, инициировано включение значительного числа представительниц “слабого пола” в предвыборный список партии “Нур-Отан” накануне очередных парламентских выборов.

И ее полная и безоговорочная электоральная победа улучшила гендерную картину в составе Мажилиса нового созыва настолько, что такая положительная перемена стала сразу же отмечаться официальными лицами в их выступлениях, призванных отметить новые успехи страны на пути к дальнейшей демократизации общества и власти.

Но позитивный сдвиг, о котором мы тут говорим, наблюдается лишь в рамках законодательной власти, а вот в системе исполнительной власти перемены, если они и есть в действительности, больше достойны того, чтобы быть оцененными как негативные. Впрочем, посудите сами.

В самом начале 2007 года у нас произошла смена кабинета министров. Правительство Д.Ахметова, пришедшее летом 2003 года и пережившее два парламентских и одни президентские выборы, как бы несколько неожиданно ушло в отставку. При этой смене кабинета министров в Казахстане количество женщин, назначенных на посты руководителей республиканских министерств и введенных в состав правительства, не увеличилось, а наоборот, сократилось — с 3 до 2.

Это был наихудший на тот момент результат за последние почти пять лет до того. Напомним то, что за этот период у нас трижды менялось правительство. В конце января 2002 года пришло правительство И.Тасмагамбетова, в июне 2003 года премьер-министром стал Д.Ахметов. А в начале 2007 года – К.Масимов. У первых двух премьер-министров в команде было по три женщины министра.

При И.Тасмагамбетове это были: Гульжан Карагусова – как глава министерства труда и социальной защиты, Шамша Беркимбаева – как глава министерства науки и образования, а также Айткуль Самакова – сперва в качестве министра без портфеля, курирующего женский вопрос, а потом как руководитель министерства охраны окружающей среды.

А ведь тогда была еще и Алтыншаш Жаганова, возглавлявшая Государственное агентство РК по миграции и демографии. В то время таким количеством женщин, занимающих высшие государственные должности, пожалуй, ни одна страна СНГ не могла хвалиться. Помнится, как тогда говорили, что в своем движении навстречу гендерным требованиям демократии Казахстан стремительно приближается к уровню, ставшему нормой в странах Западной Европы.

И в самом деле, это был огромный прогресс по сравнению с тем, что было в совсем недавнем прошлом, скажем, в самом начале деятельности правительства РК в новой столице. Тогда ровно десять лет тому назад, то есть в конце 1997 года, когда многочисленные прежде министерства, комитеты и агентства впервые подверглись укрупнению, имевшему целью оптимизацию системы управления на самом высоком уровне, только одна женщина сумела пробиться в ряды членов Кабмина. Наталья Коржова, введенная тогда туда в качестве министра труда и социальной защиты. Позже она потеряла должность и вновь отступила на уровень министерского зама. Спустя четыре с лишним года женщин во главе министерств и прочих государственных ведомств оказалось, как уже упоминалось выше, четыре человека.

Летом 2003 года при формировании состава правительства РК под руководством Д.Ахметова опять сразу 3 женщины получили там места: Гульжан Карагусова – как глава министерства труда и социальной защиты (с ноября 2001 года), Бырганым Айтимова – как глава министерства образования и науки (с декабря 2004 года, а до того она была вице-премьером), а также Айткуль Самакова — в качестве министра охраны окружающей среды. В начале 2006 года, при повторном утверждении этого же кабинета после президентских выборов А.Самакова не вошла в его состав. Зато получила портфель министра Наталья Коржова. Ей доверили руководство одним из самых ключевых государственных ведомств — министерством финансов.

В правительстве же К.Масимова, которое приступила к работе в начале нынешнего года, сохранили свои посты Г.Карагусова и Н.Коржова. А вот Б.Айтимову на хлопотной должности главы министерства образования и науки сменил министр из числа мужчин.

Итак, ситуация с присутствием казахстанских женщин на высоких государственных постах вследствие первых в этом году кадровых пертурбаций как бы несколько ухудшилась. Дальше – больше. Имеется в виду – большее ухудшение.

После прошедших во второй половине августа выборов в Мажилис Парламента РК корпус женщин-министров понес еще одну потерю. Г.Карагусова, более пяти лет возглавлявшая министерство труда и социальной защиты, покинула свой пост и перешла в ряды вновь избранных парламентариев по партийному списку “Нур-Отана”. Но это был, во всяком случае, достойный и как бы запланированный заранее уход. Ведь еще до выборов, когда “Нур-Отан” включил ее в список своих кандидатов, можно было ожидать, что оно вскоре может пересесть из министерского кресла в кресло депутатского. Ожидаемое и произошло. Хотя, справедливости ради, надо все же отметить и то, что не все из министров и других высокопоставленных чиновников исполнительной власти, включенных накануне последних парламентских выборов в список кандидатов “Нур-Отана”, перешли после победы этой партии в ряды депутатов. Но это так, к слову.

Спустя немного после начала работы нового состава Мажилиса, осенью покинула свой пост и другая женщина-министр в кабинете К.Масимова. Освобождение Н.Коржовой от должности министра финансов во многом была обусловлена последствиями грянувшего недавно кризиса ликвидности. Но в результате в составе кабинета министров картина с представительства женщин стала такой неблагоприятной, какой она до сих пор не была за все годы государственной независимости.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...