Мы сможем

Если сказать честно – то русский язык нам теперь не нужен. Русский язык – это пройденный этап

Никогда не знаешь, что может произойти с нами завтра. В жизни иногда случаются события, которые могут перевернуть наше мироощущение. Казалось, все более или менее предопределено, но…

Совсем недавно, мне пришлось побывать у своих родственников в Семипалатинской области (ах, простите, в Восточно-Казахстанской!), у своих нағашы. Фамилия у них – Изгуттиновы. Их прапрадед был родным братом нашему прапрадеду. Хоть и звучат здесь такие мощные приставки, но всего-то нас разделяет примерно 150 лет. В нашей семье мы было принято ездить в гости к родственникам отца – в Кокчетавскую, Омскую, Павлодарскую область. Поэтому, прекрасно знаем все места отдыха на севере, начиная с Щучинских озер, кончая озером Жасыбай в Баян-Ауле. Но, на этот раз мой путь впервые лежал в районы Кокпекты, Аягуза, Тассая, в земли рода Найман. Эти земли – самый настоящий аул. Люди живут там интересные, прекрасно владеющие своим языком – литературным казахским. Говорят они не шаблонными выражениями, не затасканными фразами. Многие сочиняют стихи и песни. Может потому, что это земли Абая? Дальше — больше. Фамилия семьи Изгуттиновых произошла от имени их прадеда Изгутты, который был приемным братом и сыном одновременно Кунанбаю. Самого мальчика звали Бахтыбай, но когда его забрал Кунанбай, отец Абая, то ему дали имя – Изгутты (“да будет благословенен твой путь”). О роли Изгутты у Иргизбаев пишет в своем романе Мухтар Ауэзов “Путь Абая”. Наш прапрапрадед Сакау был женат на родной сестре Кунанбая – Тайбале. Поэтому, сам великий Абай, его сын Торегул, его племянник Шакарим приходятся моему деду по линии матери, и моей бабушке по линии отца прямыми предками.

В детстве таким вещам мы не придавали значения, не вдумывались в подробности, но с возрастом стали искать свои корни. Это как в маленькой книжке Паоло Коэльо “Алхимик”, где человек, искавший всю жизнь счастье, заветные слова на чужбине, находит все это на своей родине. Эти факты, сама атмосфера казахского аула произвели в моем сознании главнейшую трансформацию, а именно, сильнейшее желание говорить на своем языке. Раньше были две попытки, но они потерпели неудачу.

На этот раз, первым делом я решила прочесть произведение Мухтара Ауэзова “Путь Абая”. Да простит меня мой одноклассник Эльдар Кунаев (внук Мухтара Ауэзова), ибо, сидя в школе за одной партой мы не задумывались о корнях и жизни наших дедушек. Прочитала я роман, естественно, на русском языке. Перевод, как говорит наш патриарх Герольд Бельгер и в первом, и во втором случае не очень точен. На русском языке я получила только информацию и ужаснулась тому, что язык М.Ауэзова мог быть так беден. Но, взяв в руки произведение на казахском языке, я с облегчением поняла, что мои опасения были напрасны. Конечно, сразу приступить к чтению я не смогла, потому, что только на 50% мне был ясен перевод слов.

Свой третий поход за улучшение казахского языка я решила начать с маленькой книжки за 160 тенге “Абай – қара сөздер”. Поучается прямо по Айдосу Саримову — перезагрузка через произведения Абая (CTRL+ALT+DELETE)! К этой маленькой книжке я прикупила громадный казахско-русский словарь, за что хочется сказать большое спасибо институту языкознания им. А.Байтурсынова и издательству “Дайк-пресс”. (Только почему в словаре нет раздела слов на букву Һ?). Перевод шел нормально, спотыкалась только на временах. Трудно сразу ориентироваться во временных окончаниях казахских слов. Построение предложений тоже не так как в русском языке, скорее всего, похоже на английский строй предложения. Тогда я взяла свой опыт перевода с английского языка на русский язык – дело пошло легче. У казахов тоже предложение начинается с определения места, времени и обстоятельства. Совпадают и времена (об этом точно могут сказать языковеды). За два вечера я спокойно перевела это “Первое слово” Абая. Могу сдать на экспертизу Герольд-аға.

А в школе нас этому не учили. Я прекрасно помню отношение к казахскому языку всех учеников школы на протяжении многих лет! Это были уроки сумасшествия со стороны учащихся. Как тяжело было проводить уроки казахского языка нашей учительнице Анипе Уальшеровне! И не помню, чтобы администрация или какой-нибудь учитель по другому предмету нашей 25-й школы возмутился данным положением вещей. Хотя наша школа была “центровской”, учителя были прекрасными, отношение к казахскому языку было омерзительным. Мы, очевидцы этих вещей, еще живы.

Хотите сказать, что это была политика государства? А где были деятели литературы, филологи? Я хочу сказать о тех самых людях, которые сейчас подписали так называемое “Обращение интеллигенции”. Многие из них были во цвете лет обласканы коммунистической партией, их книги издавались многотысячными тиражами. Свои литературные амбиции мог реализовать любой средний или даже слабый писатель. А сколько было книг, с притянутым за уши сюжетом! Они работали только на себя. Мой же первый опыт столкновения с методической литературой по казахскому языку заставил подумать о бездействии филологов и языковедов казахского языка. Этот опыт относится к 1980 году, когда мне стало стыдно после слов отца, что я плохо знаю литературный казахский язык.

Мое взыгравшее самолюбие заставило пройтись по книжным магазинам и библиотекам в поисках словарей и учебников. Ни один нормальный казахско-русский словарь или учебник для русских школ найден не был (маленькие школьные словари не в счет). Русско-казахский словарь за 1978 год был переполнен иностранными словами. Например, на букву Д — стр. 182. Слова декалитр, декан, декатировка, декаэдр, деквалификация, декламация, деклассированный, декокт, декольте и т.д. на казахском и на русском языках писались одинаково. Это был шок. С большим вопросом в глазах я подошла к отцу, на что у него тоже не оказалось ответа. Таким положением вещей он сам был удивлен, так как ему и другим представителям старшего поколения казахско-русский словарь или учебник были не нужны.

С тех пор почти ничего не изменилось. Прошло 16 лет независимости. Кстати, я так и не нашла нигде в словарях перевод казахских слов харакет, Һәм, и софылық (Абай, Первое слово). А где сейчас писатели и филологи, нацпатриоты? Или политика нашего, настоящего нашего государства не изменилась, или кто-то препятствует развитию нашего языка? У нас есть современные казахские бестселлеры? Почему у нас такие позорные учебники в русских школах, там, где учатся наши казахские дети? Почему до сих пор не переиздан переработанный вариант учебника отца и дочери Бектуровых? Почему почти нет художественной литературы для детей на казахском языке в магазинах? Почему красивейшие казахские песни я должна слушать глубокой ночью, когда хочется спать? Почему нет умных, тонких телевизионных передач, заставляющих русскоязычных казахов напрягать все свое внимание и память, вспоминая родной язык? Почему по городу висят плакаты какой-то российской певицы Фриске, как будто я живу в Москве или в России? Почему все всемирные новости мы узнаем через российские каналы на третий день после события? Почему в наших новостях говорится о российских спортивных достижениях? Разве нельзя сделать казахстанские корреспондентские пункты в других странах и вести прямые репортажи? У нас, наверное, плохое телекоммуникационное оборудование, тем более еще несколько спутников на подходе. Российские новости я вообще не смотрю и не слушаю. Они все тенденциозны и представляют всемирные новости в свете, выгодном для России. Почему наши дипломаты не переходят на казахский язык? Мне так кажется, что вся дипломатическая документация у нас ведется на русском языке, хотя всемирным языком считается английский язык. Или я ошибаюсь? И не стыдно им перед дипломатами других стран, как будто мы до сих пор колония России? Я устала от России. А, может, нет финансирования на укрепление языка? А, может, кто-то разворовывает это финансирование? Какой же спрос с нас, не специалистов, с учащихся, с городских жителей? Если первый приличный словарь на 50 000 слов вышел только в 2002 году? Я не говорю о казахоязычной среде, где море научной и методической литературы. Все они предназначены для представителей, владеющих литературным казахским языком. А говорю о том тонком мостике, который связывает нас русскоязычных казахов с ними. Он очень хрупок и не мотивирован. Два мира изолированы друг от друга.

Вторая попытка приобщения к языку была уже в первые годы приобретения независимости. Будучи заведующим сектором информатики, в городском институте повышения квалификации учителей в 90-х годах, очень сильно волновал меня вопрос отсталости учащихся казахских школ по уровню знаний по информатике. Учащиеся казахских школ не могли решать олимпиадные задачи. Это было не потому, что они тупые, о потому, что не было учителей, способных на казахском языке объяснить все тонкости программирования. Мои попытки перевести терминологию по вычислительной технике окончились крахом. А как сейчас обстоят дела на данном участке? Есть ли технические словари? А вообще нужно ли переводить терминологию по информационным технологиям на казахский язык? Лучше оставить английскую терминологию, а на казахском языке описать его функцию, область и варианты использования.

Следующий пример. Когда-то, Республиканский центр информационных технологий РК получил финансирование на составление компьютерных методических материалов для обучения учащихся казахских школ. А какие методические материалы сейчас имеют учителя казахских школ, если институты повышения квалификации в загоне? Очень буду рада, что я ошибаюсь. Поэтому, вопиющий глас “Обращения интеллигенции” – это только эмоции. Эмоции не должны брать вверх над разумом. Может надо просто работать, каждый в своей сфере честно, а главное помнить о проблемах своего народа. А проблемы в том, что очень мало реально работающих людей над жизнеспособностью казахского языка. Очень много разговоров, очень мало дела. Кто из, подписавшихся под обращением, сделал что-нибудь конкретное для казахского народа сейчас? Переиздаются ли произведения А.Нурпеисова? Стал ли Мухтар Шахан народным поэтом-трибуном и духовным лидером для всех казахов или только для определенного круга? Ведь многие верили в него. Ведь в людях привлекает не стихи поэта, а его гражданская позиция и мужество. А сейчас, остался только в качестве председателя республиканского движения “Государственный язык”? Где конкретная программа деятельности движения? Разработана ли она, печаталась ли в широкой печати, переведена ли она на русский язык для нас “шала казахов”? Пусть ответит мне доктор философии Амангельды Айталы: “Чем отличается казахская философия от таких систем как греческая, китайская или немецкая? Может, Алихан Байменов сделал очень много для объединения людей? Конечно, он не Алтынбек Сарсенбаев, который был выше мнимого нацпатриотизма. А откуда пришли в журналистскую деятельность все редакторы казахских газет? Откуда их корни? Вы обращаетесь от всей интеллигенции казахского народа, а при этом пользуетесь термином “шала казахи”. Мухтар-аға и другие наши старшие сородичи, Вы что, про нас забыли? Или Вы нас игнорируете? Вы нас оставляете в стороне? Вы сами боретесь, боретесь за казахский язык, а нам этого не надо? Почему до сих пор живет такое определение как “шала казахи”? Не в ответ ли на это появилось определение – “мамбеты”? Почему Вы заранее исключаете нас “шала казахов” от контактов с теми, кто владеет литературным казахским языком? Уже только этим Вы отсекаете от подписи под обращением большой процент русскоязычных казахов. Даже нет нормального перевода этого обращения на русский язык. Да, сейчас нам нужны качественные переводы. Надо больше оповещать другие слои населения, что делается в казахоязычной среде. Чем живет она, что волнует ее, есть ли совпадение проблем? Надо нас больше привлекать, но без вас мы сразу не разберемся с чего начинать. Вы же в курсе всех проблем, озвученных на русском языке! Только не отвергать друг друга, не давать обидных прозвищ. А то получается, что казахоязычная среда живет своей жизнью, а русскоязычные казахи своей. Между собой обсудили в узком кругу и вынесли необдуманное обращение. Или у нас родители не казахи, или мы родились в другом месте? В нашем окружении есть прямые потомки тех, фамилиями которых названы улицы городов и селений Казахстана, кем гордится казахский народ. Это потомки Ахмета Байтурсынова, Кожке Кеменгерова, Мукана Тулебаева, Ермухана Бекмаханова, Ахмета Жубанова, Мухтара Ауэзова, Кемаля Акишева, Ораза Жандосова, Динмухамеда Кунаева, наконец, потомки первой казахской и всех других волн интеллигенции, получивших образование на русском языке. Ведь именно наши деды и прадеды начали систематизировать работы по изучению казахского языка, издавали все первые газеты на казахском языке. Только мой прадед Отыншы Альжанов, член правительства “Алаш-Орды” в период с 1893-1897 годы в газете “Киргизская степная газета” (“Дала уәлаятының газеті”) на русском и казахских языках одновременно издал 43 статьи. Или мы, как их потомки не вносим вклад в благосостояние родины? Или не мы вносим вклад в дело пропаганды родины на международном уровне, или не мы представлены там, где требуется интеллект, энциклопедические знания, аналитические способности, генерирование новых идей, знание международных языков?

Разве мы виноваты в том, что получили образование на русском языке, разве мы виноваты, что повсеместно закрывались казахские школы? Получается, вместо объединения всех слоев казахского народа, Вы на деле только разъединяете! Но мы же Вас поддерживаем! Мы — за повышение укрепление статуса казахского языка как государственного, мы за знание казахского на уровне литературного, мы за расширение сфер действия казахского языка. Главное, мы за реальные шаги в этом направлении. Мы тоже думаем о проблеме перевода казахской графики на латиницу. Все, кто знает иностранные языки, свободно пишет латинскими буквами. Большое количество населения владеет компьютерами, это тоже плюс для латиницы. Иногда, при работе с электронной почтой забываешь переключаться на другой шрифт, а если переходишь на другой язык, требуется несколько минут для перестройки памяти на другие клавиши клавиатуры. Только использование клавиатуры у компьютеров лишь с латинскими буквами будет мощным стимулированием изучения казахского языка на латинице. У многих до сих пор сохранились фотографии на казахском языке, написанные на латинице. Здесь будет действовать принцип новизны для молодых, принцип возвращения к старому для пожилых людей.

Надо обратить внимание общества на внедрение другого двуязычия – казахско — английского! Потому что, если сказать честно – то русский язык нам теперь не нужен. Русский язык – это пройденный этап. Мы много узнали посредством русского языка, но его историческая роль окончена. Он был как буфер между Европой и всем внешним миром. Теперь нет этого железного занавеса, теперь есть возможность брать знания из всех мировых первоисточников посредством других языков, а конкретно, английского. Интернет тоже становиться казахским, но говоря об “английском” Интернете. Если кто возражает, пусть скажет, что передового сейчас можно брать у России, в какой области она впереди планеты всей? Чему можно научиться сейчас у русских? Русскую литературу еще в школе долбили до отрыжки (все басни М.Крылова списаны у Эзопа или Лафонтена), с позиции великорусского шовинизма умалчиваются известные факты всемирной истории до сих пор, в банковском деле отстали от нас, оружие устарело, в космонавтике позиции утеряны, демократия сдает позиции, кинофильмы – сплошные криминальные разборки, культура человеческих отношений не на высшем уровне и т.д. Становится опасным своих детей отпускать на учебу. С каждым днем Россия сама все больше изолируется от мира. Зачем переводить с английского языка на русский язык, а затем с русского языка на казахский язык? Что за маразм? Двойная оплата усилий. Я за прямой перевод с английского языка на казахский язык, я за массированную подготовку специалистов прямого перевода с английского языка на казахский язык и обратно. Конечно, для тех, кто привык получать информацию на русском, не ограничивать ничем. Должна быть свобода выбора, но четкая стимуляция изучения казахского языка. Обязательность казахского языка только для казахов, с использованием методов поощрения и штрафных санкций.

Постепенно люди поймут, как выгоднее жить. Поэтому, надо брать все самое лучшее в мире на иностранных языках и переводить на казахский язык. Мы, русскоязычные казахи и другие национальности, можем поделиться опытом владения английским языком. Казахи, владеющие литературным казахским языком, делятся своим опытом со всеми народами. Вот она идея объединения казахской нации. Если сами казахи с разными уровнями владения языка будут “гореть” за его будущее, тогда это другим нациям будет пример. Именно это надо иметь в виду в первую очередь, когда говорить о казахстанской нации. Сами казахи должны объединяться на почве поддержки казахского языка. А как же другие народы? А другие народы понимают, ведь они не болеют “великорусским шовинизмом”. Уйгуры, корейцы, немцы, татары, азербайджанцы, чеченцы, поляки и другие особо не драматизируют момент усиления роли казахского языка. Больше всего возмущаются русские, но они же все помнят о перекосах советского периода в национальном вопросе. Они знают, что в государственном аппарате каждого цивилизованного государства нет чиновников, не знающих государственный язык. Русские понимают приоритет казахского языка на территории Казахстана, но все время, почему-то, хочется иметь самые благоприятные условия жизни при минимальных усилиях. Никто не виноват, что люди оказались в силу исторической реальности на территории Казахстана. Просто в жизни все меняется. Поэтому, мы, русскоязычная казахская интеллигенция не можем игнорировать своих одноклассников, иногда родственников, друзей, соратников, коллег. Мы хотим смотреть в их глаза прямо. И хотим сказать им, что мы многому у них научились, жили по их правилам. Время было такое. А сейчас время совсем другое. Теперь и нас поймите. Помогите укрепить казахский язык, не считайте зазорным знать его. Это очень красивый язык. Это язык нации, дружественной всем, кого приютила на своей территории в трудную минуту. Казахам, не знающим свой язык также трудно, как и другим народам.

Будучи рафинированной алматинкой, городской жительницей четвертого поколения, получившей все свое образование на русском языке, будучи правнучкой просветителя, который в конце 19 века говорил о пользе знания русского языка, сегодня говорю: “Сейчас наступило время казахского языка, богатство которого безмерно. Напейтесь из этого источника. Вы увидите мир в новых красках! Вокруг вас дружественная среда, вы сможете ей воспользоваться. Вы сможете внести значительный вклад в дело родного языка при профессиональной помощи”. Надо не помпезные здания отстраивать, а вкладывать в интеллектуальный потенциал нации. Имеющиеся ресурсы государства необходимо вкладывать в изучение казахского языка, на обеспечение методической и учебной литературой, на немедленный перевод всемирных знаний на казахский язык. Государственным языком должен быть только казахский. Больше территорий и возможностей у нас нет.

Или я не права?

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...