Вперед, в прошлое, игнорируя настоящее, не думая о будущем

2007 год для Казахстана ознаменовался вступлением в действие закона о культуре. Он скорее предполагает руководство культурой, а не условия ее развития, и выстраивает строгую систему управления. Принятый закон не связан с другими законодательными актами, скажем, с налогообложением или законом о соцобеспечении (например пенсиями для артистов балета, которые до 35 лет не успеют сделать пенсионные накопления). В законе нет ничего, что бы говорило, что государство должно заботиться о повышении статуса культуры в обществе. Особенность культурной политики Казахстана заключается и в том, что чиновники, принимающие решения и пишущие программы по культуре, далеки от реального культурного процесса. Взаимодействие между деятелями культуры, общественными организациями и госучреждениями носит слабовыраженный бюрократический характер. Законопроекты должны разрабатываться на основании социального партнерства, общественной дискуссии. У нас же зачастую общественность узнает о принятых законах постфактум, не говоря о подзаконных актах и ведомственных письмах, рассылаемых чиновниками на уровне министерств и подотчетных учреждений. В разбираемом законе мало внимания уделено негосударственным организациям. А ведь основная доля культурного процесса приходится именно на них.

В развитых странах нет отдельных законов о культуре. Общественные организации и деятели искусства РК не раз заявляли, что достаточно программы развития культуры. В ней государство может определить для себя принципы культурной политики на определенный период. Нужны налоговые льготы, а не законы о спонсорстве и меценатстве и культуре. Сейчас спонсорство в Казахстане экономически невыгодно.

Важным является не только сохранение наследия прошлого, но и развитие современной культуры. Это еще одно слабое место в нашей стране. В “Программе развития сферы культуры на 2006–2008 годы” разработчик программы – Минкультинформ уделил основное внимание сохранению этнического и археологического наследия, созданию музеев-заповедников, воздвижению памятников национальным героям прошлого, а также сохранению театров оперы и балета, народных ансамблей и национальных театров драмы. Конечно, прошлое нужно сохранять, с этим никто не спорит, но когда только оно составляет основу культурных ценностей общества – то какое будущее его ожидает?

Современным культурным процессом интересуются преимущественно неправительственные общественные организации (НПО). Самые активные из них – общественный благотворительный фонд “Мусагет”, поддерживающий литературный процесс, и Центр современного искусства (ЦСИ), расположенные в Южной столице и старающиеся распространить свою деятельность на весь Казахстан. Они финансируются, как правило, международными фондами, а также существуют за счет фандрайзинга, заниматься которым трудно в условиях отсутствия налоговых льгот на благотворительность. Эффективность работы ЦСИ видна наглядно: бюджет этой организации при штате в 5 человек составил в этом году 12,7 млн. тенге, а Министерства культуры и информации – 1,5 млрд при численности только в центральном аппарате (не считая областные департаменты культуры и ведомственные учреждения) 182 человека. При этом ЦСИ за 1999–2007 годы реализовало 25 проектов с презентацией казахстанских художников за рубежом, а министерство за 2005–2007 – ни одного (по данным ЦСИ).

Зато Минкультинформ заботится о применении и пропаганде государственных символов, приведении их эталонов в соответствие с действующим стандартом. Видимо, одна из главнейших “культурных” проблем, неотложно требующая решения, – изготовление и продажа государственных символов частными компаниями, не соблюдающими стандарты. Этот же аргумент в уходящем году чуть не лег в основание закона о СМИ. Изображение герба или флага не того размера или оттенка могло послужить причиной закрытия издания или телеканала.

Глава министерства Ермухамед Ертысбаев, как заступил в должность, не перестает говорить о необходимости увеличения финансирования культуры до 1% от ВВП. На данный момент оно составляет 0,2%, что, конечно, мало (в Ирландии – 2,99%, Португалии –1,23%, Финляндии – 1,12%). Но проблема не только в объемах финансирования. Еще важнее – эффективное освоение средств. Хотя вопрос: куда уходят деньги? – уже давно стал риторическим (и, увы, не только в культурной сфере). Особенно модными, в рамках декларируемого вхождения в 50 конкурентоспособных стран, стали разговоры о кластерах и прорывных проектах в экономике. На фоне этого г-н Ертысбаев предложил создать гуманитарные кластеры в культуре. В основном они касаются сферы информационных технологий. Особый интерес составляет их долгосрочность, объемность и, соответственно, высокая затратность. Переход с аналогового телерадиовещания на цифровое обойдется в миллиард долларов, срок окупаемости – 10 лет. Создание глобальной мультисегментной информационно-вещательной сети на базе государственной телерадиокорпорации “Казахстан” обойдется в 500 млн долларов. Третий прорывной проект, предложенный Ермухамедом Ертысбаевым, – строительство новой суперсовременной кинопроизводящей базы, отвечающей всем уровням требований ХХІ века стоимостью порядка 300 млн долларов. Для этих целей министр планировал продать земельный участок, на котором расположен “Казахфильм”. Но у него пока ничего не получилось. “Высокотехнологичная инновация” натолкнулась на сопротивление со стороны работников киностудии, кинодеятелей и общественности Алматы.

Более финансово скромными оказались: создание единой информационной библиотечной системы Казахстана; “Культурный проект: триединство языков”, а также проект создания Национального информационно-ресурсного центра развития НПО. Оценочная стоимость этих проектов – 100 млн, 150 млн и 20 млн долларов соответственно. На развитие неправительственного, гражданского сектора решено потратить меньше всего. Но культура никогда не была государственной, она всегда создавалась обществом.

В последнее время национальные культурные сообщества являются средством централизации управления и строгой иерархизации. Вот и в законе о культуре упоминаются только “культура казахского народа и других этнических диаспор, проживающих на территории Казахстана”. Если написано “казахская культура”, то под ней должна подразумеваться традиционная народная казахская культура. Если этнических диаспор – то тоже традиционная, народная, например, ремесленническая или фольклорная культура этих диаспор. Понятно, что существует народная культура: казахская, русская, украинская, уйгурская, корейская и т.д. Но за последние десятилетия культурное достояние, которое создавалось в Казахстане, – это общее казахстанское достояние, представителями какой бы национальности оно ни было создано. Когда говорится о культуре этнических групп – речь идет исключительно о народной традиционной культуре. Если же мы говорим о культуре современной, то мы должны говорить о казахстанской культуре. Ни один деятель культуры не может исключить культурного влияния общества, в котором он живет. А это общество полисемантично, в нем происходит слияние и поглощение самых разных культурных элементов.

Но современность, как настоящее и будущее культуры, пока не попадает в сферу внимания государства и не является объектом его культурной политики.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...