Политические анекдоты в Казахстане есть. И будут

Не каждый политический анекдот на казахском языке можно рассказать при дамах. А в переводе многое теряется

“Смех убивает страх”

NN

“Изысканий по политическим анекдотам не так уж и много”, — заметил Нурлан Еримбетов, открывая заседание дискуссионного клуба “АйтPARK”. Совместно с Айдосом Саримовым – руководитель Фонда Алтынбека Сарсенбаева – они попытались, насколько это позволял формат встречи, выступить локомотивами по обзору ситуации с “единственной формой фольклора, сохранившейся в XXI веке” (одно из определений анекдота).

\"Нурлан

“Политический анекдот – это маленькая революция”, — привел ведущий одно из высказываний времен “застоя”. Сам г-н Еримбетов в 1982 году присутствовал на похоронах Леонида Брежнева (среди других студентов был отправлен по разнарядке) и запомнил, что в ходе траурных мероприятий все рассказывали анекдоты о Леониде Ильиче.

Политический анекдот обычно зарождается на грани декларируемого и реального, когда включается механизм самоспасения — проявление инстинкта самосохранения. Нурлан Еримбетов привел тезис одного из российских политологов: “Анекдот – это исторический источник. Идет постоянная взаимопроверка документа и анекдота”.

“Политические анекдоты живы до тех пор, пока живы их герои или память о тех временах. Поэтому, наверное, история политических анекдотов сейчас начинается со времени Сталина и, возможно, где-то Ленина. Когда-то было много анекдотов о Бухарине и Луначарском, но они к настоящему времени не сохранились, потому что ушли эти имена”.

В ГУЛАГе была каста “сидельцев” под названием “анекдотчики”. Что-то аналогичное “форточникам”, “медвежатникам” или “мокрушникам”, но среди “политических” заключенных. “А кто рыл Беломорканал (кстати, 227 км)?” – “С одной стороны его рыли те, кто рассказывал анекдоты, а им навстречу шли люди, которые их слушали”.

“Анекдоты характеризуют эпоху. И очень интересно узнать, почему этот жанр, по-моему, еще не состоялся у нас” — с этими словами ведущий, рассказав пару политических анекдотов (в том числе “Америка узнает о своем новом президенте через два месяца после выборов, а Россия за два месяца до выборов”), передал слово Айдосу Саримову. Гость “АйтPARKа” был представлен как “анекдотчик в узком кругу своих друзей, сегодня – впервые на публике”.

“Я, наверное, человек, который мог бы копать “канал” как с одной, так и с другой стороны. Люблю рассказывать и слушать анекдоты, иногда люблю сочинить”, — так позиционировал себя г-н Саримов. “В XXI веке анекдот – единственная сохранившаяся форма фольклора”, — это выражение культуролога Днепрова нравится руководителю Фонда Алтынбека Сарсенбаева.

“Анекдот – это защитная реакция человека. Я не считаю, что в Казахстане жанр политического анекдота хиреет. Наоборот, он сейчас зацветет бурным цветом”, — подчеркнул гость клуба. Он согласен с формулой, что можно брать любой анекдот брежневского времени, менять героев и рассказывать.

Расцвет анекдотов в их современном виде пришелся на XX век. По Зигмунду Фрейду люди всегда будут смеяться над правительством, сексом и человеческими экскрементами. Анекдот работает на противопоставлении и “живет только в той среде, где он может жить”. “Анекдоты про ирландцев или молдован у нас будут менее актуальными. Здесь жизнь выработала свой национальный колорит”, — считает Айдос Саримов. – Анекдот сейчас рождается преимущественно в городской среде – это урбанизированное явление”.

“Многие явления анекдоты делают менее острыми, потому что когда что-нибудь переходит в область смеха, оно теряет свое ожесточение”, — в этом г-н Саримов видит терапевтическую пользу от данного феномена. “Анекдот, наверное, это показатель здоровья нации, общества. Если в обществе над какими-то вещами еще можно шутить, значит, некий задел позитива есть. Плохо, когда человек сразу берет камень и кидает в соседа или чиновника”.

Правители в основной своей массе анекдотов боятся. Что касается СССР, то там ответственность за “неправильные” анекдоты появилась в 1926 году, когда в новый уголовный кодекс ввели печально известную 58-ую статью. Однако анекдоты вроде того, что “Ленин говорил: “В партии только три настоящих коммуниста – я, Ленин и Ульянов” не исчезли.

“По истории анекдотов можно проследить всю нашу историю”, — считает Айдос Саримов. Сталинский анекдот периода репрессий: “В камере тюрьмы “Матросская тишина” сидят трое. На классический вопрос “за что сидишь?” они отвечают: “Я критиковал Бухарина” — “Я хвалил Бухарина” — “А я – Бухарин”. “Почему анекдоты живучи? Да потому что эту же ситуацию можно переделать под Рахата Алиева”, — заметил гость “АйтPARKа”.

“Брежневские анекдоты как нельзя лучше отражают нынешнюю эпоху, состояние людей”, — подчеркнул г-н Саримов. К тому же анекдот может отражать футуристические и исторические моменты одновременно. Вот анекдот из того периода. “В Варшаве, на углу улиц Брежнева и Косыгина, встречаются два еврея. Один другому: “А помнишь, мы при Пилсудском мясо ели?”. Проходит время и на том же перекрестке, но уже улиц Мао Цзэ Дуна и Лю Шао Цы стоят их потомки: “При Советах мы все-таки ели”. Еще через какое-то время на том же перекрестке. Улицы уже называются Патриса Лумумбы и Нквано Крумо. Оба знакомых с опаской озираются: “А при китайцах нас хоть не ели”.

“Что такое развитой социализм? – Это когда трудности роста сменяются ростом трудностей”.

Если обратиться к периоду независимости Казахстана, то в начале 90-х годов политических анекдотов было мало. Своего рода парадокс, потому что насыщенность жизни событиями впечатляла. “То ли все были заняты, то ли слом, который произошел, не давал опомниться”, — предложил свое объяснение Айдос Саримов. “Есть свежие анекдоты?” — “Нет” — “Блин, что у нас за правительство такое хреновое”.

А вот с момента переезда руководства государства в Астану (“город летающих пакетов”) политических анекдотов стало много.

Этот из недавних: “Бабушка приходит в районный филиал коммерческого банка, развязывает узелок и достает купюру в $100. Обращается к сотруднику: “Вот, сынок, положить хочу у вас на депозит”. “Апашка – супер. Давайте оформлять”. “А если вы прогорите?” — спрашивает женщина. “У нас же областной филиал есть”. “А если и он лопнет?” — не унимается старушка. “Мы – республиканский банк, у нас акционеры КМГ и КТЖ, другие организации. А если разоримся – есть Фонд страхования вкладов. Он выплатит ваши 100 баксов”. “А если и он ничего не сделает? Вдруг и Национальный банк лопнет?” — беспокоится вкладчица. “Если такое произойдет, то президент уйдет в отставку” – “А мои $100?” — “Апашка, вам что, ради такой цели сто баксов жалко?”

“В суде свидетель подписался под обязательством говорить только правду. Судья спрашивает: “Свидетель, почему молчите?” — “Я не могу при таких ограничениях ничего сказать”.

Хотя “казахский слон – самый конкурентоспособный слон в мире”, участники дискуссии “из зала” подчеркнули, что многие политические анекдоты на казахском языке “слишком по Фрейду”. Из-за этого их не каждый сможет рассказать при дамах, не говоря уже о публикации в газетах и журналах. Вдобавок они часто построены на игре слов, что для такой категории анекдотов делает бессмысленным их перевод на другие языки.

В принципе, большинство согласилось с урбанистическим характером современного анекдота. И здесь Алматы бесполезно конкурировать с Москвой уже в силу разных потенциалов мегаполисов. Зато местный материал может давать оригинальный продукт. Так, после “самоубийства” Заманбека Нуркадилова появился следующий политический анекдот: “Расследование причин гибели каспийских тюленей установило, что массовая трагедия стала результатом самоубийства, о чем свидетельствуют все их предсмертные записки”.

Поскольку анекдот – это элемент культуры, затронули и действующего министра культуры. “Ермухамет Ертысбаев зашел к себе в приемную, а там секретарша вся в слезах. “Жанна (Шолпан, Маша), что с тобой?” — “Я столько времени готовилась ответить по телефону на вопрос “это прачечная?”. И вот сегодня спросили, а я растерялась…”.

Из анекдотических новостей про президента: “Нурсултан Назарбаев решил оставить свою резиденцию детям, а Нацбанк – внукам”.

Новости партнеров

Загрузка...