К чему выведет нынешняя динамика казахстанско-китайских отношений?!

Недавно в КНР побывал с визитом председатель Сената РК, бывший в прошлом в течение долгих лет главой внешнеполитического ведомства К.Токаев. Официальный Пекин принял его, что называется, по высшему классу. Другими словами он еще раз продемонстрировал свое высочайшее уважение к официальной Астане.

Такая политика со стороны руководства одной из величайших держав современности по отношению к высокопоставленным представителям нашего государства особенно обращает на себя внимание на фоне гораздо более сдержанных приемов, которые оказываются им в столицах других сверхдержав. Еще более сдержанными лидеры тех больших государств бывают тогда, когда Казахстан начинает приглашать их прибыть к себе. Ведь не секрет, что за все годы, сколько наша страна существует как независимое государство, ни один первый руководитель из западных государств-членов Совета безопасности ООН не приезжал к нам с официальным государственным визитом. А приглашали их в Астану многократно.

Скажем, того же президента Франции Ж.Ширака и премьер-министра Великобритании Т.Блэра, уже ушедшие в отставку. Они приглашений с нашей стороны, естественно, не отклоняли. Более того, как бы даже и называли какие-то предварительные сроки касательно своих предполагаемых визитов. Но до конкретных их поездок дело так и не дошло.

К примеру, Ж.Ширака ждали в октябре 2005 года. Т.Блэра тоже ждали, но, может быть, не так конкретно. С.Берлускони, бывший премьер-министр еще одной крупной западной державы, также довольно долго кормил Астану обещаниями своей поездки туда, называя каждый раз все новые и новые сроки. Но до конкретного визита дело и в этом случае не дошло.

В общем, никого из находившихся на посту с начала 2000 годов первых руководителей из европейских и американских государств, входящих в так называемую большую “семерку”, кроме бывшего канцлера Германии Г.Шредера, лицезреть в Астане казахстанцам не удалось. И это мы уже можем утверждать смело, так как они (Ширак, Блэр, Берлускони) уже покинули свои высокие посты. Приедут ли те, кто сменил их. На это опять-таки сложно надеяться. К примеру, на днях приезжал из Франции высокий гость. Но это – не сам президент Н.Саркози, а премьер-министр Ф.Фийон.

Правда, сейчас сообщается, что этот высокопоставленный французский гость, находящийся с визитом в Астане, подтвердил, что нынешний глава Франции посетит Казахстан в начале 2009 года. Но такое мы уже, так сказать, проходили. От имени предыдущего французского президента Ж.Ширака в прошлом неоднократно озвучивались аналогичные подтверждения. А он все-таки не доехал ни до Астаны, ни вообще до Казахстана.

От Америки же все больше приезжают хоть и президенты, но уже бывшие. Или их родственники. К примеру, в 2004 году приезжал брат Дж.Буша, а в 2005-м – Билл Клинтон. Правда, сейчас американская пресса не очень-то хорошие вещи пишет про подоплеку того президентского визита в Казахстан. Но это – не наша тема. Поэтому углубляться в нее не станем.

Так что лучше вернемся к тому, с чего начали, и проясним теперь то, для чего же нам такое отступление понадобилось. Оно нужно было для акцентирования того факта, сколь же выгодно отличается практика руководства КНР по поддерживанию отношений с нашими высокопоставленными представителями. Действительно, китайские лидеры демонстрируют всяческое уважение к Казахстану через те же приемы наших государственных деятелей и через многократные поездки своих представителей в Астану на самом высшем уровне. В этом официальный Пекин ведет себя совершенно иначе, чем большие западные столицы.

Это достойно нашего ответного уважения к ним и их великой стране. Однако следует ли без остатка отдаваться в данном случае чувству признательности и отметать все остальное. Едва ли это было бы разумно. И тут нелишне, наверное, было бы обратить внимание вот на что. 120 лет тому назад, в 1888 году русский исследователь А.Максимов писал, что “Китай — держава с особенными государственными традициями: он никогда не откажется от возвращения земель, некогда ему принадлежавших”. К чему тут эта цитата?

К тому, что в китайских научных трудах уже XX века юго-восточная часть современного Казахстана продолжает рассматриваться как отторгнутые китайские земли. Возьмем, к примеру, такой пассаж из “Китайско-русского илийского договора” (издан в Пекине, 1978 г., на китайском языке): “Северо-западные пограничные районы – озеро Балхаш, земли реки Чу и бассейн реки Талас – все это территории нашей страны”. Таких трудов много. В советское время они кремлевской идеологией квалифицировались как плод “территориальных притязаний пекинских гегемонистов на основе псевдоисторических аргументов”.

Но уже в начале нынешнего века в одном из фундаментальных трудов, посвященных российско-цинским отношениям в XVII — нач. XX в.в., их формированию в районе юго-востока современной территории Казахстана дается такая оценка: “Интересно то, что долина реки Или — территория Джунгарского ханства, которое ещё в 1755 г. было присоединено к Империи Цин, которая оккупировав Джунгарию, распространил на нёе цинскую военно-административную систему. Джунгария, а в частности её центр – долина р. Или, принадлежали империи Цин, а Россия оккупировала эти территории в 1846 году. Данный захват стал возможен при тяжёлом внутреннем кризисе цинской империи, который был порождён I Опиумной войной. Кульджинский договор 1851 г. показал, что Китай не способен противостоять агрессии России в Средней Азии, и империя Цин встала на путь уступок России”.

Итак, современная российская академическая наука признает правомерность утверждения авторов таких трудов, как вышеназванный “Китайско-русский илийский договор”, о том, что относящиеся к современному Казахстану “озеро Балхаш, земли реки Чу и бассейн реки Талас – все это территории нашей страны”. Что, мол, в свое время китайская империя Цин уступила их России, оказавшись не в состоянии противостоять ее агрессии в Центральной Азии (или как это называлось прежде – в Средней Азии).

Но ведь, с другой стороны, делимитация и демаркация границ между нынешней Китайской Народной Республикой и Республикой Казахстан произведена, и они законодательно признаны и утверждены обеими сторонами. Это говорит о том, что официальный Пекин никаких территориальных претензий, которые бы проистекали из признаваемой нынешними российскими учеными оккупации царской Россией принадлежавших империи Цин земель в районе озера Балхаш и рек Или и Талас, не поддерживает. Да все это так.

Однако нельзя игнорировать и того, что вечных границ между государствами не бывает. С течением времени они могут меняться, а могут и не меняться. Все зависит от того, как станут складываться события. Справедливость того, что утверждал более ста лет назад русский исследователь А.Максимов, а именно того, что Китай никогда не отказывается “от возвращения земель, некогда ему принадлежавших”, официальный Пекин не раз и не два подтверждал в недавней истории.

Очень примечательными в связи с таким вопросом представляются воспоминания бывшего премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер о британско-китайских переговорах по выработке соглашения о возвращении Поднебесной Сянгана (Гонконга). Англичане, по всей видимости, всячески пытались договориться об откладывании срока передачи этой территории ее законным хозяевам по истечении 99 лет, на которые они ее взяли в свое время. Если быть точнее, она состояла из двух частей: собственно острова Сянган и небольшого участка на полуострове Цзюлун, в свое время отторгнутых Великобританией у Китая по праву сильного, а также арендованных Великобританией у Китая большей части полуострова Цзюлун с прилегающими островами. Так вот, спустя почти столетие вопрос стоял о возвращении не только того, что было арендовано, но и того, что было отторгнуто. Поэтому не удивительно, что переговоры выдались очень сложными. К согласию прийти сторонам не удавалось. И тогда, по свидетельству М.Тэтчер, Дэн Сяопин сказал, что если до 12 часов дня не удастся договориться, он отдаст приказ о занятии этой территории частями НОАК (Народно-освободительной армии Китая). И сказано это было, вспоминает британский премьер-министр, настолько весомо, что вскоре же соглашение было подписано…

Этот пример как нельзя лучше характеризует последовательность и настойчивость Китая в деле собирания “земель, некогда ему принадлежавших”. А ведь в принципе китайские историки могут ставить, основываясь на имеющихся у них документах, вопрос и том, что когда-то власть Поднебесной распространялась не только на юго-восток казахских степей, но вообще на большую их часть.

Причем в относительно недавние по историческим понятиям времена. Вплоть до времен Кульджинского договора империя Цин продолжала рассматривать многих казахских правителей и владетелей своими подданными. Им присваивались чины китайской государственной службы, вручались награды и подарки.

Потом российские власти, набравшие силу в казахских степях, положили конец такой практике. Сейчас Россия отошла и уже, в общем-то, признает, что часть земель современного Казахстана ею была свое время отнята у Китая.

Сам Китай такой темы вроде как не поднимает и никак не комментирует. Но едва ли в Пекине никак не замечают и не принимают во внимание озвучиваемой сейчас новой российской точки зрения по истории российско-китайских приграничных вопросов. Зато казахстанско-китайские отношения складываются как нельзя лучше. К чему, в конце концов, выведет их нынешняя динамика?!

Новости партнеров

Загрузка...