Караганда и Жезказган политически обанкротили официальные профсоюзы

Айнур Курманов: “Нынешняя верхушка сгнивших профсоюзов не отражает реального положения в сфере труда”

“Нудистам ничего не нужно, даже членский билет”

Ишхан Геворгян

“На примере “Шанырака” мы видим, что не всегда полиция может победить организованный и решительно настроенный народ”, — подчеркнул Айнур Курманов, лидер “Социалистического сопротивления”, в ходе заседания дискуссионного клуба “Политон”. Вот и в Жезказгане, на рудниках корпорации “Казахмыс” власти не решились на применение силы. Хотя на стороне работодателя государство выступало всей своей мощью. Официальные профсоюзы тоже играли против трудящихся.

Диагноз

“Трудовые конфликты в Караганде и Жезказгане. Банкротство официальных профсоюзов” — так была сформулирована тема заседания в “Политоне”, где докладчиком выступил Айнур Курманов.

“Государство на протяжении многих лет выступает на стороне транснациональных хищников. Оно всегда, полностью и всеми силами на стороне работодателя”, — считает лидер “Социалистического сопротивления”. Следствием организованного давления со стороны государства и работодателя стало то, что “на предприятиях “Казахмыса” “ArcelorMittal” и Евразийской группы установлен режим сверхэксплуатации рабочих”. Зарплата, условия труда, качество жизни и возраст выхода на пенсию как в классическом “третьем мире”.

Если в 90-ые годы ответные действия трудящихся носили оборонительный характер, то в 2000-ые, по мнению докладчика, имеют место и наступательные акции. В целом выступления рабочих носят очаговый, стихийный характер. Порой они принимают националистический характер (в первую очередь в тех случаях, когда хозяин – зарубежный инвестор), что Айнур Курманов склонен считать временным явлением.

Активные участники стачечного движения политизируются. “Рабочие молодых возрастов – авангард выступлений, — особо отметил товарищ Курманов. – Они более четко и смело ставят цели и задачи, готовы бороться до конца”.

“Нынешняя верхушка сгнивших профсоюзов не отражает реального положения в сфере труда” — это уже о разрешенном профсоюзном движении, которое принято называть “официальное”. Независимые профсоюзы властями систематически подавляются. Сам Айнур Курманов состоял в таком профсоюзе в городе Уральске. По приказу тогдашнего акима Западно-Казахстанской области Крымбека Кушербаева данный независимый профессиональный союз был ликвидирован. Докладчик отметил, что инструментом борьбы властей с трудящимися как раз выступало местное отделение Федерации профсоюзов Казахстана (ФПК).

ФПК, где “остались представители советской профбюрократии – выродилась”. “За членские взносы они не живут, их источник существования – сдача в аренду профсоюзной собственности”, — заметил лидер “СоцСопра”. Во время событий в Шахтинске “корпоративный профсоюз угольщиков “Коргау” сделал все от него зависящее, чтобы загасить выступление рабочих, а Федерация профсоюзов была безучастной”.

Выходом из сложившейся ситуации Айнуру Курманову видится национализация крупных промышленных объектов с полным пересмотром социально-экономического курса. То есть вариант, когда правительство, продолжая следовать неолиберальной модели, отберет месторождения и заводы у иностранных предпринимателей и отдаст представителям крупной национальной буржуазии – “Социалистическое сопротивление” категорически не устраивает. Казахстанские социалисты предпочитают собственность социально ответственного государства под контролем нормальных профсоюзов.

Сами “соцсопровцы”, хотя и выступают за возрождение идеалов социализма, навязывать свою идеологию борющимся за свои права трудящимся не собираются. Возглавить рабочее движение они тоже не стремятся, а вот помогать ему в меру сил и возможностей будут.

Борьба

Присутствовавший на заседании Владимир Козлов, руководитель незарегистрированной партии “Алга”, выступил в роли спонтанного содокладчика. Он был в февральские дни в Сатпаеве и Жезказгане, а потому не согласился с Айнуром Курмановым в том пункте, что выступление горняков “Казахмыса” носило стихийный характер. “Подготовка к событиям шла около года, костяк организаторов составлял десяток человек, в основном ИТР (инженерно-технические работники) в районе 30 лет”, — подчеркнул политик.

Г-н Козлов отметил хорошую организацию забастовки, которая действовала в два очага (на земле и под землей), и в обоих из них были участники инициативной группы. На верхнюю часть протестующих враги давили активнее, а те “переводили стрелки” на “подземных”, мол, они здесь главные. Тем тоже кричали: “Сейчас спецназ КНБ к вам загоним!”. В ответ: “Давайте-давайте!”. Специфика тамошних горных разработок такова, что у любого спецназовца против опытного горняка шансов нет.

В итоге из 14 пунктов требований на 12 администрация “Казахмыса” согласилась. А потом был подписан дополнительный момент о том, чтобы никаких репрессий против рабочих, участвовавших в забастовке, не было. В противном случае горняки обещали повторить опыт “квалифицированного нажима”.

Владимир Козлов считает, что руководство “Казахмыса” само узнало много интересного о коррупции в частном капитале. Взятка за устройство на работу составляет $400-700 в зависимости от участка. В неофициальной таксе предусмотрены взятки как за “дописку” к плану, так и за документальное признание реально выполненных работ. Используется и такое местное ноу-хау. Из центрального офиса компании спускается план на 200 метров проходки, а на местах его увеличивают до 250 метров. Горняки делают 220 метров. В итоге их штрафуют за невыполнение плана, а руководство шахт получает премию от головного офиса за перевыполнение плана. Дефицита коррупционных схем не наблюдается.

Айнур Курманов отметил, что против бастующих не применили силу и потому, что полицейским и КНБ фактически пришлось бы иметь дело с населением двух городов – Жезказгана и Сатпаева – а это могло обернуться самыми непредсказуемыми для власти последствиями.

Журналистка Екатерина Беляева тоже была в Жезказганском регионе в период забастовки. В акимате на все звонки отвечали, что никого под землей нет, забастовки нет, все в порядке. “Асылбек Нуралин (руководитель профсоюза “Казахмыс”) каждому сотруднику лично обещал, что будет уволен любой, кто посмеет пикнуть о недовольстве. При этом г-н Огай (председатель правления компании), мягко говоря, “журил” г-на Нуралина за то, что тот плохо “работает” с рабочими”, — поделилась она своими наблюдениями.

Несколько штрихов в общую картину внес и журналист Асхат Ахметбеков, сам родом из Жезказгана. “Всего на предприятиях “Казахмыс” работают 65-70 тыс. человек. При устройстве в шахты или медеплавильный завод одновременно требуется заявление с просьбой принять в “Нур Отан”. Деньги (членские взносы) удерживаются с зарплаты автоматически”, — сообщил он. Сама акция протеста в Жезказганском регионе назревала давно, где-то с 2005 года. Но силами администрации, охранных структур “Казахмыса”, властей и государственных силовых структур открытый протест трудящихся удавалось сдерживать.

Смерть или кома?

Геннадий Шубин, главный редактор профсоюзной газеты “Голос “Адилет” заявил, что термин “банкротство”, используемый докладчиком в адрес официальных профсоюзов, “абсолютно неприемлем”. Федерация профсоюзов, по его словам, насчитывает более 2-х млн. человек. “Здесь сидящая аудитория очень мало знает о профессиональных профсоюзах на местах”, — подчеркнул он. При этом г-н Шубин признал, что у профсоюзных функционеров “возрастной ценз катастрофический” и срочно нужны молодые кадры.

Айнур Курманов признал, что низовые звенья официальных профсоюзов порой переходят на сторону трудовых коллективов, но после этого таких профсоюзных лидеров обычно меняют. “Нужны структуры, которые имели бы прозрачное демократическое устройство”, — настаивает он.

В ходе дискуссии встал вопрос, а получит ли рост забастовочное движение в стране. Ведь социологические исследования в мире показывают, что забастовки обычно происходят в период экономического роста, когда у наемных работников есть запасные аэродромы для трудоустройства. А во время кризиса забастовок меньше, но проходят они ожесточеннее.

Марат Молдабеков, председатель профсоюза работников науки, сообщил, что с 1 июля 2007 года в Республике Казахстан действует Трудовой кодекс, построенный “на принципах социального партнерства”. Он против восприятия ситуации в русле “чем хуже – тем лучше”. “Никто не пойдет на баррикады”, — уверен г-н Молдабеков.

Алексей Нигай, работающий на ниве создания независимых профсоюзов, отметил следующее: “Сейчас терпеть – возможности нет. В Казахстане давно “пар” не выпускали, а его накопилось много”.

“Существующие профсоюзы получили шанс на реабилитацию”, — полагает Владимир Козлов. Он обратил внимание на важность нахождения общей линии действий между рабочими и ИТР. Инженерно-технические работники, многие из которых “подвешены” ипотекой, оказались между молотом и наковальней. “В Шахтинске заведено уголовное дело против горного мастера. Сначала от него под угрозой увольнения требовали допускать людей в опасную зону, а теперь сделали крайним”, — ввел он в курс дела.

Екатерина Беляева сомневается в том, что у людей, ангажированных властью, может вдруг поменяться сознание. Она, как и многие другие участники заседания, согласна с докладчиком в том моменте, что трудовым коллективам, борющимся за свои права, остро нужен прорыв созданной и поддерживаемой вокруг них информационной блокады.

“Время покажет, кто прав, кто выживет”, — философски-оптимистически заметил Айнур Курманов.

Новости партнеров

Загрузка...