Паталогоэкономика глобального рынка: отчет о вскрытии. Часть 1

Глобальный рынок и Казахстан

Зародившиеся в самом начале человеческой цивилизации товарно-денежные отношения, и сами послужившие основой и движущей силой всех последующих этапов развития, пронесли Рынок сквозь все без исключения общественные формации. Никто из Гениев человечества, самые великие Правители, Философы и Мечтатели, не смогли противопоставить отношениям рыночной купли-продажи осуществимой на практике альтернативы.

Современный процесс глобализации, превративший уже практически весь мир в один большой рынок, увенчивает этот непобедимый процесс.

Вместе с тем, именно глобализация, исчерпавшая возможность дальнейшего расширения, и сама породившая массу глобальных проблем, ставит вопрос о пределах и возможностях продолжения своего существования. Так, при огромной массе наработанных рыночных теорий и практик, при неисчислимом количестве специалистов, доподлинно изучивших, казалось бы, все макро- и микро- экономические нюансы, никто не в силах рассчитать или угадать даже то, от чего непосредственно зависит судьба целых народов, государств и всего человечества. Как то: перспективы доллара, как резервной мировой валюты и экономики США, как лидера однополярного мира; сохранения, разрушения или какой-то трансформации сегодняшней однополярности и глобализации; когда и как будут преодолены нынешние кризисы ликвидности и взлета мировых цен на продовольствие; где, когда и в каких масштабах следует ждать следующих кризисов, и не приведет ли какой-то из них к общей катастрофе…

Все такие глобальные вопросы имеют прямое и практическое касательство и к Казахстану. Став частью мирового рынка и извлекая из этого очевидные преимущества, наша страна оказалась беззащитной и перед внешними “инфекциями”. Так, разразившийся в августе-сентябре 2007 года “неожиданный” ипотечный кризис в США вдруг ударил и по казахстанской экономике, породив торможение ВВП, ускорение инфляции, стагнацию строительства торговли и сферы услуг, общий кризис кредитования и ликвидности в стране с проистекающим из этого падением бюджетных поступлений и усугублением социальной ситуации.

И это при том, что “локомотив” экономики Казахстана, экспортно-сырьевой комплекс, не только не попал под “занесенный” в страну банковский кризис, а, напротив, существенно прибавил свою валютную выручку из-за еще более ускорившегося роста мировых цен.

Между тем, состояние и перспективы мировой экономики не добавляют энтузиазма: в США – рецессия, в Европе – все ближе к этому. Главным из “развивающихся экономик” — Китаю и Индии тоже прогнозируют замедление темпов. Цены не нефть уже не столько растут, сколько резко прыгают, — степень непредсказуемости даже самых главных экономических процессов – все повышается и повышается…

Безусловный авторитет, многолетний председатель ФРС Бен Бернанке недавно выразился в том смысле, что главной на сегодня проблемой стала глубинная неуверенность в своих силах ведущих финансовых корпораций мира. И что подобная нынешней ситуация случается на рынке “каждые 50 или 100 лет”!

Какие уж тут “длинные волны” Кондратьева! Фактически признано, что “дрожь неуверенности”, охватившая ныне весь мир, совершенно уникальна. Ставший глобальным Рынок ничего подобного раньше не знал, с таким вызовом еще не сталкивался.

Что будет с глобальной экономикой завтра – прогнозов много, внушающих полную уверенность среди них – нет. А ведь нам жить в этом не уверенном в себе мире!

Да и в более конкретном масштабе, применительно к пришедшему к нам из Америки ипотечному кризису, встают вопросы: так ли уж неизбежны все такие негативные внешние влияния, существуют ли механизмы защиты от них и почему они не были задействованы? И, наконец: насколько постигшие Казахстан экономические неприятности имеют внешнюю, а насколько – внутреннюю природу?

Только ответив на них, мы можем выбрать разумные пропорции между полной интеграцией в мировой рынок и необходимостью иметь защитные “барьеры” от внешних катаклизмов.

Рынок, как Психология

Ни одно животное не потребляет больше, чем ему необходимо, не гоняется за новыми видами пищи, если имеет обычную, и не ищет новых способов время препровождения, если не лишено привычных. Только в природе человека органически заложена принципиально не утоляемая способность к потреблению: нет такого набора благ, имея которые человек не хотел бы получить еще больше, употребить что-то новенькое.

Столь же различны животная и человеческая психология в потребности накапливать то, что нельзя употребить немедленно. Медведь никогда не станет расширять свою берлогу больше необходимого, тем более – строить еще несколько. Лишь считанные виды животных делают какие-то запасы, но и они – строго на сезон выживания. У человека же тяга к накоплению – безгранична, не имеющая пределов ни по количеству, ни по набору предметов обладания.

Такую свою никогда не насыщаемую тягу к потреблению-накоплению человек удовлетворяет благодаря еще одному, — главному, своему отличию от животного – умению производить. Это заложено в человеке в виде неограниченной способности к труду, стимулируемой тем же Потреблением, а также и не имеющего границ стремления к самовыражению, творчеству, познанию нового, тщеславия, жажды власти – все это вместе.

Нам не дано знать, кто (Господь Бог, Космический Разум, Естественный Отбор, Слепой Случай …) заложил в человеческую природу неутолимую жажду Потреблять и Накапливать, Творить и Властвовать, но это — объективный факт. Определяющий то, что мы можем назвать Естественной Психологией Рынка.

Эта психологическая потребность и является основой рыночных отношений. Как невозможно отменить творческое и потребительское начало в человеке, так невозможно отменить и то, что люди всегда будут что-то производить, и обмениваться плодами своего производства. Для чего, кстати, и необходимы деньги.

Рынок, как Технология

Возможности и масштабы реализации Естественной Психологии Рынка определяются, само собой, материальной базой, — уровнем развития общественных отношений, науки и техники, и массой других цивилизационных параметров, которые мы, для простоты, назовем Технологиями Рынка. Это упрощение оправдано тем, что нас, в данном случае, интересуют только монетарные технологии.

Итак, всякий успешно наращивающий физические объемы производства-потребления товаров и услуг рынок, именно в силу наращивания товарного оборота, нуждается и в соответствующем увеличении денежной массы. Следовательно, кто-то должен производить (эмитировать) и этот “продукт”.

Далее, поскольку деятельность любого рыночного субъекта построена на извлечении прибыли, как разницы между затратами на производство товара-услуги и выручкой от их реализации, постольку всякий успешно работающий на рынке субъект, именно в силу своей успешной деятельности, забирает из окружающей его “монетарной среды” больше, чем сам ей отдает. То есть, успешно работающие рыночные производители непрерывно “отсасывают” деньги из экономики, и тем больше, чем более успешен их бизнес.

При этом часть “выкачанных” денег тут же возвращается в экономику – за счет расширения собственного потребления всякого успешного рыночного производителя. Однако, даже самый успешный из них, никогда не станет “проедать” всю свою прибыль. Какую-то часть ее он, обязательно, постарается отложить в накопление. Это – Психология, а потому, кроме собственно денежной эмиссии, монетарная технология имеет еще и такую объективную задачу, как возвращение накапливаемых успешными рыночными субъектами денег обратно в экономику.

Обратная ей третья (и последняя для нас) задача монетарной технологии – обеспечение деньгами тех инвестиционных циклов, в которых создаются новые производства, до начала получения рыночной прибыли ими самими.

Все эти “три кита” монетарной технологии: а) эмиссия “свежих” денег для обеспечения наращивания производства-потребления товаров и услуг; б) возврат накапливаемых успешными рыночными субъектами денег в экономический оборот; в) обеспечение деньгами инвестиционных циклов, – обязательны. Если любая из этих монетарных технологий не исполняется, — рынок работать не будет.

Другое дело, что, если человеческую психологию нельзя не отменить, ни поменять на какую-то иную (самым великим Пророкам, Тиранам, Революционерам и Гениям человечества это пока не удавалось), то монетарные технологии (как и любые технические решения) суть многовариантны.

Моделей Рынка, базирующихся на неизменной Психологии, но на различных для разных исторических эпох и общественных формаций монетарных Технологиях, меняющихся по ходу Истории (и оказывающих на ход Истории немалое собственное влияние) – было уже достаточно много. Собственно, всю историю человечества вполне можно изложить именно как историю возникновения, развития и трансформации технологий рынка вообще, и монетарных технологий, в частности. И нет никаких оснований считать, что способы, которыми современный Глобальный Рынок решает эти три базовые монетарные задачи, являют собой окончательный и завершенный “венец творения”.

Наоборот, есть все основания утверждать, что именно глобализация сконцентрировала, умножила и довела до “завершающей стадии” ту “не идеальность” монетарных технологий, благодаря которой (но не только поэтому, конечно) мировая экономика уже не раз попадала в жесточайшие кризисы. А потому даже только по этим, – технологическим, причинам (но не по ним одним, разумеется) мировой рынок вплотную подошел к пределу, за которым неизбежны новые глобальные трансформации (не будем говорить – катаклизмы).

Впрочем, мы забегаем вперед…

Рынок, как объект попечения

Рынок, как и Огонь, ставшие достоянием человеческой цивилизации с незапамятных времен, и сами послужившие основой развития человечества, сходны не только в том, что согревают, кормят и защищают Человека, но и в том, что сами нуждаются в защите-заботе. Неправильно сложенный костер дымит и не разгорается, а огонь, выпущенный из очага, спалит все жилище. Так и Рынок, — какие-то “правила игры” он способен создавать для себя сам, но как раз того, на что способна его “невидимая рука” — не так уж много. Гораздо больше работы, — именно для обеспечения “устойчивого горения” рынка, приходится на “руку”, внешнюю относительно его самого. Продолжая аналогию с Огнем, мы скажем, что для рынка в жизни человечества должно быть выстроено-выделено отдельное ограниченное пространство, оборудованы “подача топлива”, “отвал золы” и, конечно, система распределения “тепла” по всему гражданскому Общежитию. Разумеется, должен быть и Истопник, за всем этим смотрящий.

Другая (кое-кому более понятная) аналогия – футбол. Радующая миллионы болельщиков игра мирового класса возможна, только: если построен отличный стадион, посажена и пострижена специальная трава, размечено поле, обеспечено строгое судейство, а сами игроки выпестованы с малолетства.

Всю такую обеспечивающую подлинно рыночную “игру”, внешнюю относительно самой этой игры, работу, должно обеспечивать Государство. Собственно, в объективные основания возникновения еще самых древних государственностей и закладывалась необходимость обеспечения скотоводства-землепашества, ремесел и торговли на охватываемых тем или иным правлением территориях.

Другое дело – как древние и нынешние государи справлялись и справляются с такой своей работой. Так, если уж и футбол мирового класса все равно не избавлен от договорных игр и нечестного судейства, то даже про современную глобальную модификацию рынка отнюдь нельзя сказать, что рыночная “игра”, ее правила и “судейство” выстроены оптимальным образом. Напротив, сама История так запутала и переплела то, другое, и третье, что игра дворовых команд, когда судьи на поле (как и хорошего поля) просто нет, а наличие или отсутствие “офсайда” определяется силой глотки, а то и кулаков спорщиков, — все же гораздо лучше организована и упорядочена, нежели современный мировой Рынок.

Разница в том, что если наличие или отсутствие, объективность или пристрастность судьи на футбольном поле видны сразу, то где “игра”, а где — “судейство” на рыночном поле, и чем ограничено (или должно бы быть ограничено) само это поле – на привычный взгляд не определить.

Более того, упомянутые нами исторические “переплетения”, на самом деле, так запутали “игру”, что не только в массовом сознании, но и во вполне профессиональном понимании укоренено смещение представлений. То, что, по всеобщему убеждению, не может ни быть ничем иным, как “игрой”, и, в повсеместной практике, действительно является не просто рыночной игрой, но где-то и самой ее сердцевинной сутью, — на самом-то деле должно бы быть не “игрой”, а обслуживающим ее “судейством”. Или – просто техническим обслуживанием. Таким же, каким, к примеру, для футбола является своевременное подсаживание вытоптанной травы, полив и регулярная стрижка игрового газона.

Здесь мы имеем в виду так называемый “рынок денег”, право на существование которого, и даже приоритетная перед всеми прочими рынками необходимость, представляются для всех совершенно очевидными. Между тем, именно то (исторически обусловленное и ходом Истории превращенное в не подвергаемую сомнению истину) обстоятельство, что деньги не только обслуживают рыночный товарооборот, но и сами являются товаром и лежат в основе той глобальной финансовой нестабильности, что не раз уже потрясала мир в прошлом, и новый виток которой (с непредсказуемым концом) мы сейчас переживаем.

Впрочем, мы опять торопимся. Сейчас, по логике изложения, следует рассмотреть Рынок, как идеальную модель, и рынок – как историческую реалию.

(Продолжение следует)

Новости партнеров

Загрузка...