Паталогоэкономика глобального рынка: отчет о вскрытии. Часть 4

Глобализация: процесс с началом и… концом?

Предыдущие части:

Часть 1. Глобальный рынок и Казахстан

Часть 2. Рынок, как Идеал

Часть 3. Вначале было слово. И слово было – процент…

***

Основы нынешней глобализации были заложены полтораста лет назад, когда избавленные от Короны и Церкви (и от индейцев уже тоже) просторы Нового света начал мощно обживать Свободный Рынок.

Помимо идеологии индивидуальной свободы, включая свободу предпринимательства, прав человека, как основы гражданского общества и демократии, как системы государственного устройства, симпатичных сами по себе, на неуклонное распространение либерально-рыночных приоритетов по всему миру сработала и еще одна причина, технологическая, так сказать.

Дело в том, что само устройство сформировавшейся тогда рыночной модели, в которой деньги не только обслуживали товарный оборот, но и сами являлись (главным!) товаром, зиждилось на той же самой технологии устойчивости, что и изобретенный (примерно в те же времена) велосипед. Как велосипедист, чтобы не терять равновесия, должен катиться вперед, так и рынок с эмиссионным денежно-товарным движителем обязан непрестанно расширяться. Вверх, вниз, туда или сюда, по оборотам или по географии, в сторону товарного или денежного рынков, но – расширение должно быть обязательно.

Все обусловлено именно технологически: заложенная в основу ссудность и платность денег требует возврата первичному кредитору-эмитенту более того, что у него получено, получить же недостающее можно… только у него же, за счет следующего кредита. Это – в исходной паре “Госбанк (вариант: частная ФРС) – коммерческий банк второго уровня”. И та же ситуация “чтобы вернуть, надо взять снова, — еще больше” повторяется по всем тем заемно-возвратным цепочкам в экономике, где применяются возмездные депонирование и выдача денежных ссуд, эмиссия и оборот любых видов “ценных бумаг”.

А поскольку все такое “производство денег из денег”, будучи раз запущенным, уже не может остановиться, причем, чем больше накапливается “сырья” — денег, тем больше расширяется и само производство нового “товара”, — тех же денег, только умноженных, постольку банк-эмитент и вовлечен в процесс “расширенного воспроизводства” все новых и новых денежных масс.

Деньги же, в роли товара, непременно должны быть “прицеплены” к чему-то материальному. Поскольку само понятие – “деньги” (тем более – в современном безналичном виде) это не вещь, а право. Право на обмен этого права на тот или иной товар или услугу на рынке. Поэтому непрерывная и наращиваемая эмиссия денег – это эмиссия прав приобретения, которые, накапливаясь, должны сохранять хотя бы виртуальную, гипотетическую возможность своего реального “отоваривания”.

К примеру, нефтяных фьючерсов на порядок больше, нежели самой той предполагаемой к добыче и продаже нефти, под объем которой они выпущены. И – попытайся какой-то крупный игрок погасить хотя бы часть фьючерсов реальными объемами – весь этот рынок рухнет. Но пока есть Вера, — даже не в то, что нефть будет добыта и продана, а в сохранность бумаги, дающей право на ее продажу, скажем, через полгода, рынок нефтяных фьючерсов не только держится, но еще и как растет!

Вера же – штука сложная, и крайне простая! Верить можно на основании конкретного знания: такое-то потребление в мире, так-то растут “развивающиеся” экономики, такая-то ситуация с Ираном, и то-то затевает Уго Чавес… а можно поверить и просто в слухи, и … паника может все обрушить даже и без повстанцев в Нигерии.

Что важно для описываемой нами технологии: деньги (права на покупку), будучи раз созданными и эмитированными на Рынок, не должны пропадать на нем. На это нацелена вся государственная инфраструктура: неприкосновенность собственности, обязательность возврата занятого, расчетов по обязательствам, — все охраняется судом, прокуратурой, уголовной полицией.

Банкротство – то есть законно разрешенное “списание” какой-то части циркулирующих в экономике, и “осевших” на банкроте, денег – это исключение. Правилом же является то, что под эти исключения может попадать лишь ничтожная часть (для чего процедуры банкротств и усложнены чрезвычайно) обращающихся в экономике “прав на покупку”, значительно меньшая даже того, что постоянно эмитируется вновь.

В этом смысле доллар, выпущенный в 1864 году, и овеществлявший тогда право на товарную покупку, по-прежнему так и циркулирует на рынке, как то же самое право, только сильно “растворенное” в непрерывной с тех пор эмиссии.

Вот в этом, собственно, и заключается основное внутреннее противоречие нашего исторически сложившегося Рынка: государство всемерно защищает сохранность именно того, накопление чего и создает главную проблему рынка – денег.

Будучи раз выпущенными, деньги должны на чем-то “осесть” — и чем длиннее цикл, чем более накапливается в экономике масса “прав на покупку”, тем большая проблема – к чему их все “прицепить”. Астрономически выросшие цены на картины старинных мастеров, антиквариат, разные там бриллианты, эксклюзивные авто – это все сущие мелочи, — эмитируемый денежный поток перехлестывает все такие “заводи”.

Гораздо более емки, например, рынки земли и недвижимости, особенно в мировых финансовых (да и сырьевых – тоже) столицах. Однако и они – не бесконечны, к тому же – “сдуваются”.

Впрочем, мы слишком быстро переместились в современность, вернемся в век XIX.

Вплоть до Первой мировой товарный рынок США развивался совершенно ошеломительными темпами. Правда, и “бумажный” — фондовый, рынок рос столь же быстро, и еще до начала XX века случилось несколько крупных биржевых паник-крахов. Тем не менее, эти “бумажные пожары” лишь относительно “опаляли” материальную экономику, которая в те времена шла “железным” путем. Еще до того, как стать Великой Автомобильной державой, Америка стала державой Железнодорожной и Океанской, сталелитейная, машиностроительная, судостроительная промышленность – все росло стремительными темпами. Не отставали и фермерство, текстильная, легкая и пищевая индустрии.

Мировая война еще более накачала эти “производственные мускулы”: не воюющие Штаты в усиленном темпе снабжали Европу, интенсивно истребляющую не только свое население, но и товарно-материальные запасы. Последующие революции в России, а затем в Германии еще более усилили встречный поток денег и золота за Океан.

Экономику США “подвела” как раз десятилетка полного экономического благополучия: собственный рынок уже почти наполнен, в мечущейся между разрухой и фашизмом Европе серьезного Покупателя нет, — начинает раздуваться пузырь рынка финансового.

Банкирская верхушка стала не просто сверх богата – она стянула на себя чересчур много денег, обеднив и затормозив тем самым их товарно-производственный оборот. Плюс, — случившаяся в “черный вторник” никем не ожидаемая паника сожгла не просто огромную массу “ценных бумаг” и банковских активов — вместе с ними “выгорели” те (и до того уже наполовину “закупоренные”) каналы, по которым деньги еще, худо-бедно, поступали в сферу товарного производства – потребления.

Не было ни войны, ни землетрясений, станки и заводы, поля и фермы — все было целехонько, инженеры-техники и рабочие – все живы здоровы, но – ничего не работало…

Так, впервые в истории глобализации, сам Рынок показал, что заложенные в нем технологии – не совершенны, “саморегулирования” не получается и без внешнего, – государственного, вмешательства не обойтись.

Рузвельт в США и Гитлер в Германии (Сталин, впрочем, тоже, хотя рынка в СССР как бы не было) решали отнюдь не однотипные задачи восстановления и модернизации национальных экономик, и совсем разными методами, но совпадающими в главном: в роли Государства, как мощного “денежного насоса”, создающего ту финансовую циркуляцию, которую Свободный Рынок сам был обеспечить не в состоянии.

Крупные финансируемые государством проекты строительства автодорог, плотин и гидростанций, а то и просто массовые общественные работы, оживили и вновь запустили Рынок, — как раз к началу новой Большой войны за передел мира.

Вторая мировая и проложила прямой путь к нынешней глобализации. США индустриально стали еще мощнее, а накопленное золото сделало доллар реально самой обеспеченной мировой валютой.

Самое же важное для нашего повествования: война превратила в руины не только города и заводы, с лица земли были стерты и национальные финансовые системы – то, что раньше было маркой, иеной, франком, лирой… – стало почти ничем. Для Человека – трагедия, для Рынка с его монетарным процентом – новое поле деятельности – есть что заполнять, куда расширяться!

План Маршалла – это был план помощи не только послевоенной Европе, массированный денежный и материальный поток через океан в не меньшей степени стал стимулом и для самих США, для их промышленности, и их финансового рынка.

Итого, все 50-60-тые и даже 70-е годы отодвинули призрак новой “Великой депрессии” так далеко, что его как бы и не стало. ФРГ и Западный Берлин, Япония и Южная Корея, Тайвань – все они, одновременно и форпосты Запада на границах “соцлагеря”, и его “витрины”, насыщались валютой, создавали свои производственные мощности – расширяли свои рынки и создавали общий. О накоплении “финансового жира” речи не было – успевай только заваливать рынок товарами.

Дело пошло настолько хорошо, что в 1971 году глобализация получила первое свое принципиальное воплощение: привязка ведущих валют Запада к единому золотому стандарту была отменена, и в качестве такового был признан уже доллар США.

Конечно, это был акт признания безусловной силы и надежности американской валюты, но, в той же степени, и мерой вынужденной. Валютного “безнала” в странах Общего Рынка было напечатано уже слишком много – самых гигантских золотых запасов для их “заякорения” уже не хватало!

“Якорем” для дальнейшей эмиссии доллара стал… он сам. Тем не менее, опасности финансового перенасыщения все 70-80-е годы не было, благодаря … “холодной войне” с ее гонкой вооружений. Финансовый рынок, как ни быстро он рос, все же не успевал за рынком производства и уничтожения все более дорогостоящей военной техники: испытательный пуск какой-нибудь рядовой ракеты “сжигал” столько десятков (если не сотен) миллионов долларов, что никакой Уолл-стрит за такими оборотами угнаться не мог.

Далее же, как известно, Дэн Сяопин начал потихоньку открывать Рынку гигантский Китай, а товарищ Горбачев затеял перестройку в СССР. И, таким образом, все последние двадцать лет мировому рынку было куда расширяться, а эмиссии доллара – на кого работать, и что заполнять.

И вот, дожили…

Географически – глобализация заполнила уже все, что могла. Не считая “малообъемных” Кубы и Северной Кореи, для освоения “резервной валютой” остался лишь Иран (что, кстати, тоже есть не последняя причина всех “напрягов” вокруг него).

И начинают происходить процессы, какие и положены происходить в системе, уже не имеющей возможности расширять себя в объеме, но продолжающей (не имеющей возможности не продолжать) накачивать этот объем деньгами.

Последовательно обрушившиеся за последние 15 лет рынки земли и недвижимости, начиная с Японии, и кончая США, “вспугнули” “свободные” деньги, — на что более надежное им теперь “оседать”?

В начале 90-х был виртуальный бум – сотни миллиардов пошли на “капитализацию” Интернет-компаний, такой этап тоже уже пройден, и этот рынок “сдулся”.

Сейчас финансовый рынок устремился… куда?

Направление угадать не трудно, — на какие основные товары и ресурсы мировой экономики быстрее всего растут цены – там и пытаются “разместиться” главные накопители “инвестиционных ресурсов” – пенсионные и различные хедж-фонды. Сейчас весь мир знает две самые главные точки ценового роста, они же – самые болезненные для мировой экономики. Это нефть и продовольствие.

Есть данные, что рынок нефти уже, по крайней мере, наполовину “разогрет” именно “вдуванием в него “свободных” денег. По мировым ценам на зерно – примерно та же картина. Конечно, для “инвесторов” это выглядит понадежнее, чем для утопающего – соломинка, но конечный результат может оказаться тем же…

На супер комфортабельном “Титанике”, заполненном сверх богатыми пассажирами, элементарно не хватило спасательных средств. Не знаю как в жизни, а в голливудском блокбастере показан решительный капитан, жесткой рукой сортирующий посадку в шлюпки: чтобы одна половина пассажиров могла спастись, другая должна была погибнуть. Но и кино отразило правду жизни: уже отчаянно барахтающиеся в воде, и продолжающие прыгать за борт пассажиры, облепили не успевшие отплывать шлюпки и, вместе с собой, потопили большую часть тех, кто, казалось бы, получил шанс выжить…

Конечно, нет ничего хорошего, если цены на квартиры начинают “зашкаливать” и рынок жилья, вместо потребительского, становится спекулятивным. Но превращать в предмет “инвестиционного дохода” хлеб, растительное масло и бензин, это… извините, чревато для самих “инвесторов”. Мировая экономика долго выдерживать такое просто не в состоянии, а когда и эти рынки “сдуются” — куда придется деваться “свободным” финансам?

Коих, по разным, пусть и отличающимся данным, уже, определенно, на порядок больше, чем денежная масса, обслуживающая оборот реальных услуг-товаров. И они все прибывают и прибывают…

Обратите внимание: экономисты, бизнесмены, политики со всего мира пристально следят-прогнозируют: какую динамику покажет ВВП США. Два с половиной процента плюса – это уже очень хорошо, три с половиной – просто великолепно, полпроцента – тревожно, а рецессия – критически плохо. Причем не только для Штатов – для всего мира! Хотя, казалось бы, для уже и так насыщенного рынка рецессия, — чем плоха? Разве “ни вверх, ни вниз” – это не стабильность?

В самом деле, ведь никто не ставит вопрос, дескать, национальный валовой продукт должен расти в части, например, животноводства, или образовательных услуг, или медицинских – потому что по этим направлениям в данной стране еще не изобилие… Нет, все знают, что основная проблема рынков всех развитых стран – это, как раз, “затоваренность” — трудности сбыта и так уже перепроизводимого продукта. Но рост ВВП – “вынь и положь”!

Потому что если ВВП “ведущей экономики” не будет расти, — пусть по самым надуманным и ненужным “продуктам”, и по самым “надутым” ценам – начнется рецессия на “печатной фабрике”. А вот чего банки ФРС (как и Центробанк Европы) не могут себе позволить, так это остановить кредитную эмиссию!

Положение реально драматическое: до бума торговли участками на Луне или Марсе, куда можно было бы “вдуть” накопившиеся триллионы, еще далеко, а на планете Земля чего-то такого емкого и при том не слишком цено-удушающего для населения и экономики, — как-то не просматривается.

“Спасти” (и без кавычек тоже) мировой рынок мог бы какой-то биржевой или вооруженный катаклизм соответствующего масштаба, — способный либо “выжечь” накопившуюся на финансовом рынке лишнюю денежную массу, либо перекрутить ее в военной мясорубке. Только кому это нужно, и кто на такое решится?!

(Окончание следует)

Новости партнеров

Загрузка...