Патологоэкономика глобального рынка: отчет о вскрытии. Часть 5. Окончание

Ужасный конец или ужас без конца?

Предыдущие части:

Часть 1. Глобальный рынок и Казахстан

Часть 2. Рынок, как Идеал

Часть 3. Вначале было слово. И слово было – процент…

Часть 4. Глобализация: процесс с началом и… концом?

***

Есть мнение, что тот же ипотечный кризис в США, перекинувшийся в мировой кризис ликвидности – не совсем стихийный. Пусть так, но “мировое правительство”, существует оно или нет, реально не способно проводить организованные акции эквивалентного накопившейся избыточной денежной массе масштаба. Нет ни нужной инфраструктуры, ни нужных для этого международных полномочий. Так, вмешиваться в чьи-то дела, как-то довлеть над теми иными узлами глобальной экономики и геополитики, — на это единственная сверхдержава способна, но – не более того.

Глобализация – есть, а вот глобального управления ею – нет. Новая “черный вторник” и “великая депрессия”, уже межконтинентального масштаба, – не исключены, но вот новому глобальному Рузвельту, — не по типажу личности, а по властным возможностям на всей охваченной “резервной валютой” глобальной территории, появиться неоткуда, — вот в чем проблема.

Между тем, “невидимая рука” мирового рынка явно не справляется с денежными “завалами”. Все вместе биржевые потрясения, случившиеся уже после заполнения Рынком пространств коммунистического Китая, Советского Союза и Восточной Европы не “спалили” и двух триллионов долларов – меньше того, что непрерывно вводилось в экономику за то же время.

По сути, мы имеем тот самый типовой и неизбежно повторяющийся на любом производстве кризис, который зовется “моральным и материальным износом” — не оборудования, так технологии. В самом деле: запущенная в массовую серию одновременно еще с паровозом, ссудно-коммерческая модель рынка имеет примерно такой же КПД, при таком же объеме бесполезно-вредных выбросов. Только не золы и сажи, пара и пыхтения, а – “лишних” денег. Но если милый нашему сердцу паровоз давно уже в музее, то коммерческий банкинг так и остается “локомотивом” всей мировой экономики. Хотя он же и заваливает своими “выбросами” все подъездные, отъездные и магистральные монетарные пути.

Другое дело, что отказаться от этой технологии, и перейти на “денежно-безотходную” — это вам не станки поменять, или компьютер очередного поколения приобрести.

Попробуй произнести только, что банки надо бы национализировать, а фондовые биржи – прикрыть, — самому несерьезным покажется…

Опять же, мы здесь затронули только технологическую, так сказать, часть глобального монетарного дисбаланса, а ведь есть еще и другие составляющие, имеющие еще и экономическую и геополитическую подоплеку.

Не пытаясь анализировать здесь и их тоже, укажем, хотя бы на две проблемы из числа тех, которые, сами по себе, тоже накапливают риски глобальной дестабилизации.

Первая – это гигантские накопления “резервной валюты” “развивающимися” экономиками. Рано или поздно встанет вопрос (уже стоит!) их обратного “отоваривания”, бесконфликтного же решения на этот счет – нет.

Вторая – это появление в мире и второй резервной валюты – евро. Дело здесь даже не в том, что европейская валюта теснит доллар в портфелях разных Национальных, Стабилизационных и прочих создаваемых “развивающимися” государствами “фондах будущих поколений”. И не в том, что евро укрепляется по отношению к доллару, а доллар – слабнет. Как раз политика “слабого доллара” или “сильного евро” — это такие монетарные игры, в которых выгода “игроков” тесно переплетена с проигрышем, и что лучше – сказать трудно. Зато можно сказать другое: сама игра курсов сразу двух мировых резервных валют — это плохо в принципе, очень плохо.

Вот, представьте: исторически, американцы размечают свои дороги в милях, европейцы – в километрах. Не слишком удобно, но поскольку известно соотношение между этими разными мерами одних и тех же расстояний, приспособиться можно. А теперь вообразите, что о том, сколько сегодня с утра километров в миле мир будет узнавать из сводок биржевых новостей. И всякие разные специалисты, эксперты и шарлатаны, будут снабжать нас прогнозами: насколько удлинится миля к километру через год, и следует ли опасаться, что слишком уж “пережатый” километр, вдруг, да и растянется сразу миль на десять…

Как, скажите на милость, можно вести дела в мире, где все измеряется сразу двумя скользящими друг относительно друга мерами? Какими рулетками должны пользоваться строители, портные, физики и землемеры? Между тем, в мировой экономике мы имеем сейчас именно такой “измерительный дуализм” (не говоря уже о том, что в качестве региональной резервной валюты применяется и иена, а к ним ко всем вплотную подбирается уже и юань).

Как характеризовать все такие глобально накапливающиеся факторы:

— накопление финансовыми рынками “свободных” денег, многократно превышающих монетарный оборот рынков товарных, и все более “облепляющих” эти рынки;

— накопление “развивающимися экономиками” золотовалютных резервов, еще только ждущих своего “отоваривания”, но уже сопоставимых с фондовыми активами “развитых” стран;

— накопление в мире сразу двух (как минимум) “резервных валют”, с одновременным накоплением непредсказуемости их объемного и курсового соотношения.

Вместе это характеризуется так: мы с вами опять переживаем переходный период. Или — транзитный (это слово любят у нас в Казахстане). Китайцы же про такие времена говорят: эпоха перемен. Только теперь уже это касается всех. Глобализация идет к этапу, когда все эти накапливающиеся дисбалансы начнут выливаться в те или иные “развязки”.

Трудно сказать, близки ли они. И повсеместный взлет цен на продовольствие, поставивший чуть ли не половину мира перед угрозой голодных бунтов, и продолжающийся “бунт” мировых цен на нефть – “бессмысленный и беспощадный”, показывают, что элементарные предохранительные механизмы, необходимые для самозащиты самого Глобального Рынка – не срабатывают.

То же можно сказать и о ведущих экономиках: в США – рецессия, а в Европе уже заговорили о стагфляции – ВВП не растет, зато растет инфляция. О чем, собственно, и речь: прирост массы услуг-товаров, к которым можно было бы хоть как-то “прицепить” продолжающиеся вливаться в экономику эмиссионные деньги, — остановился, зато этот самый “влив” — так и идет. Все это – явные признаки монетарного “перенасыщения” — где-то должно “рвануть”.

Так называемый мировой кризис ликвидности – из этого же ряда. Ситуация парадоксальная: “свободных денег” в мире — катастрофически много, но и … такая же нехватка. Не вообще, а для “третьего мира” — Казахстана, России … других “развивающихся”, которым … не дают! Боятся. “Испуганные” деньги сейчас и “попрятались” – в нефти, в зерне, а страх – очень плохой подсказчик…

С другой стороны, я вам скажу, развитые страны могут чувствовать себя еще достаточно уверенно, поскольку есть еще в мире эдакие предохранительные рыночные пространства-поглотители, куда еще относительно долго можно сливать и уже “не перевариваемую” самим Западом евро-долларовую эмиссию, и связанную с этим “избыточную” инфляцию.

Это, как раз, мы с вами. Те самые “развивающиеся экономики”, в частности, Россия и Казахстан. Мы берем напечатанные “там” деньги, но примерно по утроенной по сравнению со “среднеевропейской” цене, и считаем это большим достижением, признанием нашего высокого странового (нефтяного) рейтинга и замечательного “инвестиционного климата”. Хотя изначально завышенная стоимость денег эквивалентно закладывается в базовый инфляционный фон.

Немудрено поэтому, что те 5-6 процентов инфляции, которые сейчас шокируют “тамошних” покупателей и пугают экономистов, для нас – недостижимо низкий порог, предел несбыточных мечтаний.

Но понимания этого пока еще не пришло. Наоборот. Представление, что без внешних займов и инвестиций национальная экономика работать не может, и что копить доллары – значит заботиться о будущем, — оно у нас почти как национальная идея. Консолидирующая всех, кто хоть что-то соображает в деньгах.

Путин начал дерзить Америке, встав на громадную кучу долларовых “резервов”. И до сих пор лучшие российские специалисты на полном серьезе уверены, что именно запасы чужой валюты есть показатель силы и роста их экономики, а Кудрин есть лучший финансист, какого когда-либо имел Кремль.

Про нас – что говорить? Не зря же правительственные экономисты единственно, чего ждут-надеются, – так это успокоения международного финансового рынка и возобновления внешних заимствований.

Так что резервы у глобализации, – в этом смысле, – еще большие!

Впрочем, даже самый большой сосуд, если его все время накачивать — лопнет.

Дай Бог, чтобы “мягко”!

Есть предположение, что впереди мир ждет разделение на несколько валютных зон: тот же доллар (если уцелеет), евро, юань, иена, … возможно, рубль (алтын, рупия) и арабский динар. Очень может быть, но все равно остаются без решения такие главные вопросы, как:

— к какой универсальной мере удастся “привязать” все эти валюты при “межзоновых” расчетах;

— как осуществить “мягкую посадку” гигантски разбухшего евро-долларового финансового рынка, не рискуя его полным крушением;

— и как не допустить в будущем нового финансового “Всемирного потопа”.

Чем и когда наш нынешний глобальный транзит закончится, сказать трудно. Но нам-то с вами надо чем-то заканчивать, а потому выскажем напоследок такую мысль:

Предупрежденный свыше Ной начал строить свой ковчег где-то в горах, за тысячу километров от Океана, и можно представить, как он выглядел в глазах современников. Между тем, сейчас любое государство, в принципе, способно выстроить такое индивидуальное монетарное “плавсредство”, которое в рамках общей глобализации создать уже никак не получится. Причем речь не идет хоть о каком-то обособлении, — национальный кредитно-эмиссионный Ковчег сможет плавать и по всему нынешнему мировому финансовому Океану. Другое дело, что уже не щепкой, влекомой внешними приливами-отливами, а управляемым собственным монетарным капитаном судном. Да, кому-то это покажется ненужным чудачеством, а кое-кому – сильно не понравится, ну так что же, — только будущее воздаст каждому по делам его…

Новости партнеров

Загрузка...