Геннадий Чуфрин: “Следует ожидать активизации Китая по водохозяйственным проблемам региона”

Как известно, недавняя попытка представителей правительств центральноазиатских стран подписать документ, который бы регламентировал порядок использования водных ресурсов рек Сырдарья и Нарын, закончилась провалом. Буквально за неделю до этого в Алматы на международной конференции с докладом “Проблемы эффективного использования водных ресурсов в Центральной Азии” выступал Член-корреспондент Российской Академии Наук Геннадий Чуфрин, заместитель директора Института Мировой Экономики и Международных Отношений (ИМЭО) РАН.

***

Геннадий Илларионович, почему тема водных ресурсов Центральной Азии изучается в России? В чем ее актуальность для Вас?

— Еще в октябре 2007 года на заседании Межгосударственного совета ЕврАзЭС в Душанбе по инициативе России было решено разработать концепцию эффективного использования вводно-энергетических ресурсов Центрально-азиатского региона и привлечь к работе по этому вопросу независимых экспертов.

Россия способна оказать содействие странам Центральной Азии в преодолении водного кризиса, который наблюдается и нарастает в регионах, через предоставление им финансовой и технической помощи в переходе к ресурсосбережению. Кроме того, Россия готова с учетом пожеланий руководства центрально-азиатских стран осуществить крупные инвестиции в развитие гидроэнергетических комплексов, как, например, в строительство Камбаратинских ГЭС — Камбарат-1 и Камбарат-2 в Киргизии.

Наряду с необходимостью и возможностью оказать технико-экономическое содействие центрально-азиатским странам в повышении степени эффективности использования ими водных ресурсов, есть еще одна, весьма важная, причина, обуславливающая необходимость развития сотрудничества России со странами региона в сфере водных ресурсов с использованием высоких технологий. Это – охрана окружающей среды. Потребность в таких технологиях в странах ЦАР существенно растет в последнее время. Это результат и резко обострившихся проблемам экологического порядка, и необходимости осуществления эффективной политики по охране окружающей среды. Россия могла бы принять самое активное участие в сфере природоохранных мероприятий, предложив своим соседям по региону соответствующее оборудование и технологии.

При анализе ситуации, сложившейся в Центрально-азиатском регионе с использованием водных ресурсов, необходимо помнить что, во-первых, связанные с нею проблемы являются не просто исключительно важными, но их решение не терпит отлагательств; в зависимости от того, когда и как они будут решаться, будут в значительной степени зависеть не только общие перспективы экономического развития стран региона, но и весьма конкретная политическая и социальная обстановка, условия жизни населения и состояние окружающей среды.

Водохозяйственная проблема в Центральной Азии стала одной из самых сложных, периодически вызывая серьезную напряженность в межгосударственных отношениях отдельных стран региона, что мы все могли наблюдать совсем недавно. Дополнительную остроту ей придает бурный рост населения в центрально-азиатских странах и соответственно – рост потребности в питьевой воде, а также увеличение спроса на водные ресурсы для нужд их национальных агропромышленных комплексов. Наконец, проблема получения доступа к ресурсам пресной воды и их рационального использования самым непосредственным образом связана с обеспечением нормальных условий для проживания человека, сохранения животного и растительного мира. По имеющимся оценкам, уже в ближайшие 10-15 лет потребность в воде в регионе может увеличиться на 40%.

Очевидно, что эта проблема имеет настолько важное значение для стран Центральной Азии, что в России не могут игнорировать ее состояние, исходя и из союзнических отношений со странами региона, и из своих разноплановых экономических, экологических и политических интересов.

На России лежит особая ответственность в оказании содействия постсоветским странам Центральной Азии в решении проблем охраны и использования водных ресурсов в этом регионе. Как в связи с ее тесными историческими, экономическими и политическими связями с этими государствами, так и в связи с тем, что эффективное решение водохозяйственных проблем региона напрямую связано с национальными интересами России, обеспечением ее политической, военной и экономической безопасности. Поэтому настоятельно требуется выработка стратегической линии России по водохозяйственным проблемам Центральной Азии, которая в свою очередь должна явиться одной из важнейших составляющих российской политики в этом регионе, проводимой в жизнь как на двусторонней основе, так и в рамках ЕврАзЭС и ШОС.

В принципе, никто и никогда не оспаривал именование водохозяйственных проблем в регионе как кризис. О них часто говорят местные эксперты на круглых столах… Но — очень мало конкретных оценок, иллюстрирующих этот кризис. Впечатление такое, что у наших, региональных, экспертов их или нет, или их по той или иной причине не озвучивают. Можно услышать Ваши данные по этой проблеме?

— Конечно, такие цифры существуют, они известны экспертам всех заинтересованных стран. И эти цифры очень хорошо иллюстрируют главную проблему региона в сфере водопользования: она состоит не столько в относительном дефиците водных ресурсов, сколько в крайне неэффективном их использовании. По имеющимся данным, 40% поступающей на поля воды испаряется или уходит в грунтовые воды при фильтрации. Расход воды на душу населения в странах центрально-азиатского региона в 10-20 раз выше, чем в развитых индустриальных государствах. Необходимы технологии, позволяющие максимально эффективно расходовать воду во всех областях ее применения. Об отставании Центральной Азии в этой сфере можно судить хотя бы следующим данным: если в Израиле, где применяются водосберегающие технологии, на производство 1 центнера хлопка–сырца уходит 1,5 куб. м воды, то в Центральной Азии — 6-10 куб. м.

Нехватка водных ресурсов и ухудшение качества воды уже сегодня становятся факторами, ограничивающими возможности экономического развития стран Центральной Азии, прежде всего их сельского хозяйства, играющего ключевую роль в региональной экономике и доминирующем в структуре занятости населения. Земледелие, обеспечивая производство около одной трети валового внутреннего продукта центрально-азиатских государств, отбирает более 90% речного стока. Подобная структура водопотребления несет в себе потенциал конфликтности между интересами сельскохозяйственного и промышленного производства, сельского и городского населения. Углублению этих противоречий способствует и то, что с середины 1990-х гг. размеры орошаемых площадей в странах региона расширились на 7%.

Другим жизненно важным аспектом проблемы дефицита водных ресурсов в Центральной Азии и неравномерности их распределения по странам региона является углубление энергетического кризиса в Киргизии. Связано это в значительной степени с нехваткой воды в Токтогульском водохранилище, объем воды в котором с 2005 года снизился более чем вдвое. А этого для нормальной работы гидротурбин и обеспечения потребностей Киргизии в электроэнергии недостаточно. Впрочем, складывающаяся ситуация болезненно сказывается не только на интересах собственно Киргизии, но и на соседних Узбекистане и Казахстане, куда из Токтогульского водохранилища должна поступать вода для орошения земель.

Вот, только несколько цифровых показателей состояния этой проблемы в регионе.

Думаю, что в Казахстане найдутся как люди, активно поддерживающие Вашу точку зрения, так и те, кто будет видеть в российских аргументах попыток совместного решения этих проблем странами региона и Россией проявление “неоимпериализма”.

— Ну, это уже не вопрос спора на уровне аргументов, а степени вменяемости. О причинах заинтересованности России в этой проблеме уже было сказано. Добавлю вот что.

Во-первых, проблемы рационального использования водных ресурсов в регионе не могут быть решены центрально-азиатскими странами в индивидуальном порядке, независимо друг от друга. И, тем более, вопреки желанию друг друга; проявление же чрезмерного национального эгоизма неизбежно приведет к обострению и без того достаточно сложных отношений между ними и, в конечном счете, к дестабилизации обстановки в регионе.

Во-вторых, налаживание и развитие межгосударственного сотрудничества является самым эффективным способом перехода от ныне действующих, преимущественно экстенсивных методов использования водных ресурсов к интенсивным с применением водосберегающих, очистных и других современных технологий.

В-третьих, внутрирегиональные отношения по воде в Центральной Азии будут во все возрастающей степени испытывать на себе влияние – ресурсное, финансовое, технологическое, правовое – со стороны внерегиональных стран и международных организаций. И это влияние может быть конструктивным, дополняющим внутрирегиональные усилия, а может и служить средством обеспечения узко корыстных экономических либо политических интересов внешних сил.

Проблема эффективного использования водно-энергетических ресурсов Центрально-азиатского региона наряду с проведением природоохранных мероприятий носит трансграничный и даже – трансрегиональный характер, ибо ее решение крайне затруднено, а то и вообще невозможно без участия в этом процессе ближайшего соседа центрально-азиатских стран и их партнера по ШОС – Китая. Общеизвестно, что сток вод двух с лишним десятков рек на территорию ЦАР происходит с территории Китая. Китай осуществляет широкую программу вовлечения в хозяйственный оборот водных ресурсов этих рек, причем нередко без учета интересов стран, расположенных ниже по течению. В этих условиях становится все более настоятельной необходимость координации водной политики Китая в районах, сопредельных с государствами Центрально-азиатского региона, с максимальным учетом взаимных интересов.

Следует ожидать активизации Китая по водохозяйственным проблемам региона, как в связи с его влиянием на состояние экологической обстановки в Центральной Азии, связанным в том числе с контролем за стоком воды со своей территории на территорию региона, так и в связи с интенсификацией экономических связей с местными странами, осуществлением инвестиций в энергетические объекты.

Новости партнеров

Загрузка...