Что делать с “плохим” народом?

Достаточно давно многие известные общественные и политические деятели в Казахстане (кто – осторожно, кто – смелее) говорят о том, что у нас в стране что-то не то с народом. Эту мысль лидер экологического союза “Табигат” Мэлс Елеусизов выразил следующим образом: “Народу “до лампочки”, что происходит в этой стране. Это не власть виновата, а люди. Им наплевать, они ничем не интересуются” (“Время” от 24.09.2008).

Фактически этой же самой теме была посвящена и недавняя статья Сергея Дуванова “С чего начинается Родина?” в газете “Республика”. Правда, он обвинил в апатичности и аполитичности только русское (европейское) население страны, но казахам в прессе тоже достается часто, причем обычно за то же самое. Но что тут выяснять, если ясно, что большая часть казахов и русских поддерживает нынешний режим, и какие-то мизерные проценты расхождений ничего в общей картине не меняют. Мнимая политизированность казахов связана лишь с большим доступом к государственной службе. Если та же оппозиция станет уходить в сторону национал-патриотической идеологии, шансов на успех это не увеличит.

Конечно, стабильная поддержка Назарбаева не говорит о его реальной популярности в собственной стране. В этом компоненте наш президент серьезно уступает даже своим коллегам по странам СНГ. Лукашенко и Путина (Медведева), и даже Саакашвили с Ющенко в собственных странах любят гораздо больше, чем в Казахстане почитают Назарбаева. На встречи с президентом народ ходит только из личной корысти либо из-под палки. Назарбаев был воспринят населением как данность, как родственник, которого не выбирают. В этом Назарбаев сможет убедиться после своей отставки, если только она когда-нибудь произойдет.

Президент, кстати, тоже любит посетовать на собственный народ. Именно он первым сказал о том, что в коррупции в первую очередь виноваты те, кто дает взятки, то есть, опять-таки наши сограждане. Еще люди обвинялись в расточительном отношении к электроэнергии, а также в иждивенческих настроениях, то есть в лености.

В список подобных претензий многое могут добавить и бизнесмены, уставшие бороться с повальным воровством на своих фирмах, и писатели, чьи книги нынче оказались никому не нужны, и дворники, которые никак не могут всем объяснить, что чисто не там, где убирают, а там, где не сорят, и многие другие представители разных слоев нашего общества, которые вроде бы в совокупности и являются нашим народом.

В принципе, не согласиться с подобными упреками действительно трудно. Причем и огромная преступность, и мусор на улицах наших городов и поселков, и электоральная пассивность – это все явления одного и того же порядка. Подавляющая часть Казахстана действительно не живет интересами общества и озабочена лишь собственными хлопотами.

В этом плане казахстанцы отличаются не в выгодную сторону не только от таких дисциплинированных наций, как японцы или немцы, но не могут даже потягаться с, казалось бы, более близкими по ментальности народами бывшего Советского Союза. Ведь как бы кто не издевался над теми же украинцами, но перманентная революционная обстановка в Украине свидетельствует также об отсутствии равнодушия среди населения к судьбам собственной страны.

Но так ли уж не виновата в том власть, как думается Елеусизову, Дуванову и Назарбаеву? Что же получается: и власть у нас белая и пушистая, и оппозиция ей подстать, и только один народ у нас такой со всех сторон плохой. Откуда же он взялся такой вышеупомянутым и многим другим господам на голову?

А не кроются ли причины выработки такой ментальности в нашей новейшей истории в эпоху 90-х гг. XX века? Ведь именно в это время наше пресловутое лидерство в экономических реформах привело к тому, что Казахстану пришлось едва ли не тяжелее, чем всем остальным республикам. Да, в Казахстане, слава богу, не происходило межэтнической бойни, не взрывались в результате терактов дома, экстремисты не захватывали заложников. Зато Казахстан за какой-то десяток лет пережил сразу и период первоначального накопления капитала, и свою “великую депрессию”, и становление организованной преступности (выйдя в мировые лидеры по количеству заключенных на душу населения), и “сексуальную революцию”, и многое другое, на что, например, США потребовалось около двухсот лет. И не следует думать, что те, кто не сломался, пополнив ряды образовавшейся армии алкоголиков, наркоманов, бомжей и проституток, пережили это время без последствий для своего душевного здоровья.

И какое, например, может быть дело этому народу до животных и птиц, занесенных в “Красную книгу”? Или до того, что нельзя продавать и покупать пиратскую видео — и аудиопродукцию? Или до того, что нельзя самовольно захватывать не принадлежащую тебе землю и строить на ней дома?

Кроме того, разве нельзя понять в каком психологическом состоянии оказались, например, русские (европейцы) после распада СССР? Что должны были чувствовать люди, в массе своей прибывшие по этапу в Карлаг или по комсомольской путевке на очередное социалистическое свершение, притом, что Казахстан на тот момент являлся частью России? (Не будем здесь ударяться во внутрисоюзные юридические формальности, поскольку во всем мире СССР совершенно справедливо воспринимали именно как всю ту же Россию). Конечно, это был шок!

А что еще должны были чувствовать русские, у которых уехало около двух миллионов родственников и друзей? Вспомним, ведь такого исхода русского населения не было в тех республиках, где дискриминация русских имела место даже на законодательном уровне. Людей гнал страх, а тех, кто остался, он терзает до сих пор. “Квартирантский синдром” в таких условиях был неизбежен. Какая может идти речь о гражданственности и патриотизме в обстановке полной неуверенности за свое будущее.

Точно так же дело обстоит и с казахской частью населения. Сельские казахи, испытавшие самые тяжелые экономические последствия первых лет суверенитета, были вынуждены принять правила игры, которая называется “каждый сам за себя”. И показателен в этом плане кризис традиционной родственной системы казахов. Можно, конечно, ханжески (как это любит делать казахоязычная пресса) упрекать соплеменников в том, что детские дома и дома престарелых теперь забиты “черноглазыми”, но куда было деваться их близким. И естественно, что цинизм в таких условиях стал неотъемлемой чертой казахского менталитета.

Только, пожалуй, казахи русскоязычные (шала-казахи) и в психологическом, и в материальном плане перенесли это время легче, чем сельские казахи и русские. Все-таки это в основе своей были госслужащие и их семьи. Потому шала-казахи и проявляют себя самой политически активной частью населения, но, впрочем, удостаиваются упреков и они. К примеру, Мухтар Шаханов уже давно называет русскоязычных соплеменников главными виновниками плачевного положения казахского языка. Но тут с писателем даже спорить не стоит, поскольку наивность таких заявлений очевидна. М.Шаханову осталось только придумать еще под это дело соответствующую “теорию заговора”.

Конечно, понятно, что в критике народа многие известные персоны руководствуются благими помыслами и стремятся “разбудить” свой народ. Активное участие населения в жизни страны, области, города, района, поселка или улицы является непременным залогом процветания любого государства. Нам, носителям советского менталитета, доносчики неприятны, но не будь добровольных информаторов в Германии, не было бы в этой стране и того вызывающего у нас зависть всеобщего порядка.

И нынешняя власть не меньше, чем оппозиция, должна быть заинтересована в энтузиазме народа, если только она собирается построить действительно крепкое и долговечное государство. Только вот возрождением добровольно-принудительных субботников или такой же по форме акции по подписке населения на государственные газеты повысить любовь и уважение к своей земле, к своей родине вряд ли удастся. Еще меньше в этом могут помочь билборды с фотографиями президента, встречающие нас на каждом шагу.

К чему, в самом деле, может привести, например, кампания, направленная против водителей, дающих взятки сотрудникам дорожной полиции? 90% (на взгляд автора этих строк) автомобилистов, привыкших к такому положению дел, теперь рискуют оказаться на скамье подсудимых, зато остальные 10% водителей, демонстрирующих различные “корочки”, благополучно избегают подобной возможности.

Практически то же самое касается предполагаемого запрета на ввоз дешевых автомобилей в страну. Опять страдает только простой народ. А сколько всего за эти годы уже успели провернуть экспериментов власти над казахстанцами. Будь-то увеличение пенсионного возраста или приватизация – все это было направлено против собственного народа.

Как после этого можно заявлять, что “это не власть виновата, а люди”. Уважение граждан к государству возникнет только тогда, когда государство само станет уважать своих граждан. В противном же случае рассчитывать не на что. И саботаж всех инициатив государства будет лишь самым невинным последствием подобной политики.

Новости партнеров

Загрузка...