Однополые браки: Запретить нельзя узаконить

В совсем еще недалекое советское время многие из нас вообще не знали о существовании “голубых” и лесбиянок. Для тех же, кто знал и даже сталкивался с ними, это было необычным, из ряда вон выходящим поведением людей. Ныне же гомосексуальные связи чуть ли не воспеваются. Усиленно пропагандируется идея, будто бы человечество обязано прогрессом гомосексуализму, поскольку немало великих людей были приверженцами однополых отношений. А в западных странах уже легализуются однополые браки. Так что же это – нормальное явление или болезнь? И где же, все-таки, поставить запятую?

Какие только попытки не предпринимают сторонники гомосексуальных отношений, чтобы убедить других в своей “нормальности”. Подчеркивают, например, то обстоятельство, что такие отношения среди особей вида Гомо сапиенс существуют испокон веков. Этого им достаточно, чтобы заявлять: в эволюционном плане они вполне нормальные люди. Но ведь и многие другие болезни преследуют человечество испокон веков. Нельзя же на этом основании считать эти болезни “нормальным состоянием”. В последнее время в качестве убийственного аргумента спорящие стараются использовать достижения генетики. Вот и апологеты однополого секса бросились искать и трубят уже об открытии генов гомосексуальности. Но даже если и существуют такие гены, то это не доказывает необходимость людям гомосексуальных отношений. Ученые всего мира ищут и надеются открыть гены рака, но не с целью пропагандировать и распространять раковые болезни, а найти причины и эффективные средства лечения злокачественных опухолей. Чтобы хоть как-то оправдать эволюционный тупик природы, американский социобиолог Эдуард О. Уилсон договорился до теории отбора родственников: мол, гомосексуалисты, лишенные необходимости растить своих собственных детей, оказывают разнообразную помощь детям своих родственников. Да ведь таких сородичей родители на пушечный выстрел не подпустят к своим отпрыскам!

Многие из казахстанцев, особо не задумываясь, слепо копируют для себя западный образ жизни. К примеру, чтобы притупить негативное отношение общества, сожительствующие стали оправдывать свои отношения как нормальное явление в западном мире и представляют их нам как “гражданский брак”. Но это клевета на гражданский брак. Ведь впервые он появился в Нидерландах еще в 16-ом веке. Когда люди разных вероисповеданий не могли обвенчаться в церкви, они стали обращаться к властям, чтобы узаконить свой союз. В отличие от церковного, такой брак стал называться гражданским. Брак, зарегистрированный в ЗАГСе (запись актов гражданского состояния) и есть гражданский! И штамп в паспорте, якобы фиксирующий брачное состояние владельца, но гордо отвергаемый сожителями, вы ни у кого не увидите. Остается только удивляться нашим людям, доверчиво и без протеста воспринимающие такую чушь. Вот и гомосексуалы искусственно создают проблему однополых браков и семей, ловко используя бытующие среди нас поверхностные, обывательские представления о семье, браке и любви. “Проблему нельзя решить в терминах, в которых она сформулирована”, – предупреждал Альберт Эйнштейн. Поэтому мы первым делом уточним, что такое семья?

Семья вовсе не семь отдельных “я”, а одно – “мы”!

Само собой напрашивающийся ответ, что семья это группа кровных родственников в корне не верен. При попытке вступить в брак (первый шаг, с которого начинается семья), кровная близость жениха и невесты как раз и послужит непреодолимой преградой. Не удовлетворит нас и рассчитанное на эффект определение семьи как семь “Я”. Ведь первоначально, в далекие, далекие времена слово “семья” означало не группу близкородственных людей, а лишь одного из супругов. В русской народной поэзии супруги одинаково называют друг друга семьею, семьеюшкой. Вот как обращается муж: “Да ты слушай же, жена-семья любимая”. Или, наоборот, жена – к мужу: “Ты пойди-ка, свет, любимая семеюшка”.

По смыслу своему слово “семья” ближе всего подходит к слову “товарищ”, от которого происходит “товарищество”, как от “семьи” – “семейство”. Представление о семье как о группе родственников глубоко укоренилось в нашем сознании, и поэтому здесь не ставится цель вернуть этому слову его первоначальный смысл. Важно другое – отмеченная связь между семейством и товариществом позволяет глубже разобраться в настоящей сути, истинном назначении семьи, весьма отличающихся от общепринятых представлений.

Слово “товарищ” означает “ровня во всем; односум; помощник; соучастник; сотрудник”. Этимологически “товарищ” происходит от слова “товар”, в историческом прошлом имевшем значение “имущество”, “скот”. Это обстоятельство указывает на деловой характер товарищеских отношений. В основе их лежит взаимный интерес к совместной деятельности, взаимопомощь в общем деле. В наступившее время рыночных отношений каждый из нас постоянно имеет дело с различными формами товариществ. Чаще всего это товарищества с ограниченной ответственностью их учредителей. Но что общего в товариществе и семье? Роднит их то, что и товарищество, и семья нацелены на преумножение частной собственности – имущества, капитала, прибыли.

Альфа и омега семьи

Законы нашей жизни диктует собственность. В том числе – законы семейной жизни. Многим это не нравится. Еще в начале ХХ века лауреат Нобелевской премии по литературе Джон Голсуорси в трилогии \»Сага о Форсайтах\» поставил цель вскрыть и заклеймить собственническую суть буржуазной семьи. \»У них это называется \»святостью брачных уз\», но святость брачных уз покоится на святости семьи, а святость семьи – на святости собственности\». Самое интересное, что пока он завершал свою трилогию, правда жизни заставила писателя пересмотреть свою оценку сути семьи. А суть в том, что семья есть ячейка частной собственности. Смысл, назначение семьи – в сохранении и преумножении неделимой совместной собственности. Нет этой собственности – нет и семьи. Гражданина осудили за двоеженство. При законной жене он сожительствовал с другой. Родился ребенок. Местный советский суд усмотрел здесь все признаки двоеженства. Но Верховный суд СССР отменил это решение, так как не было самого главного – совместного ведения хозяйства.

Это только демагоги призывают к социальному равенству всех людей. Каждый из нас всей душой стремится к равенству лишь с теми, кто выше нас. И приумножение материальных и духовных ценностей семьи есть средство достижения этой цели – положения в обществе. В своей повседневной жизни мы семейную собственность воспринимаем не только и не столько как имущественные, сколько как личные отношения в семье. Граница семьи проходит по водоразделу \»свой – чужой\». Это мой дом, мой муж, моя жена, мои дети. Другая семья – это чужой дом, чужой муж, чужая жена, чужие дети. Поэтому неприватизированный муж – это не муж, и жена – не жена. Часто приходится слышать обвинения, что один из супругов относится к другому как к своей собственности. Дай-то Бог, если это так. На самом деле такой супруг ведет себя не как собственник, а как арендатор, который стремится всего лишь попользоваться и выжать для себя из брачного партнера (которого как раз и не воспринимает как свое) все, что можно. Настоящий хозяин свою собственность лелеет, заботится о ней. У него отношение к собственности трепетное, любовное и в то же время требовательное, строгое. Одним словом, неравнодушное.

Семейная собственность – понятие неделимое. Только в семье она может принадлежать целиком и полностью сразу нескольким хозяевам. Это только несмышленышам позволительно оспаривать друг у друга: \»чей папа?\», \»чья мама?\» \»чей дом?” или “чья машина?\». Если семейная собственность была бы наделена даром речи, то она торжественно, с полным на то правом могла бы заявить древним библейским языком: \»Я, неделимая, совместная собственность, есмь альфа и омега, начало и конец семьи\». Ведь для чего нужна регистрация брака? Чтобы юридически закрепить начало режима единой, совместной собственности супругов. Развод же – конец этого режима, когда начинают делить даже неделимое – детей…

“Да причем тут неделимая, совместная собственность! – раздраженно воскликнет тут защитник однополых отношений. – Фу, какая мерзость! Ведь по-настоящему любят не за что-то, а несмотря ни на что! Для нас важен не объект влечения, а само влечение”. Но так ли уж бескорыстна любовь и неважен объект влечения? Ответы зависят от того, что мы понимаем под загадочной любовью.

Стихия половой любви — предбрачные игры

Влечение и его наиболее яркое проявление – любовь – есть выработанный природой механизм выбора брачного партнера. И не более. Из произведений литературы и искусства, повседневной жизни, примеров взрослых и сверстников подспудно, незаметно складывается в нас образ того единственного, желанного, встреча с которым всегда неожиданна и заслоняет собой все другие события жизни. Та самая \»любовь с первого взгляда\». Как у пушкинской Татьяны: \»Ты чуть вошел, я вмиг узнала\».

К сожалению, современные семейно-брачные отношения стали все больше напоминать давно минувшие доисторические времена. Вот как описывают брачное поведение людей первобытного племени, чудом сохранившегося до наших дней. Здесь \»женщина решает, кому быть отцом ее детей. Она делает выбор. И часто, родив одного-двух детей, выбирает нового партнера, чисто инстинктивно подчиняясь тому, что можно назвать непрестанным поиском жизнью новых сочетаний ген\». Поэтому по своей природе, назначению половая любовь при всем нашем желании не может быть \»до гроба\». Чувство это настолько неустойчиво, что, едва возникнув, оно все время требует своего подтверждения: \»Ты меня любишь?\» Зачастую такая любовь угасает, так и не завершившись даже браком. Но и в случае, когда она доводит молодых до венца, любовь затем с сознанием выполненного долга уходит. Это чувство может вспыхнуть вновь и не раз, но только при выборе нового полового партнера. Ведь неслучайно все любовные истории — не только в романах и на экранах, но и в жизни – разыгрываются либо до, либо вне брака.

Да, всем хороша эта любовь! Жар-птицей, озаряя и изменяя все вокруг, она нежданно-негаданно врывается в нашу жизнь. При взаимности чувств это подарок судьбы, праздник души, заставляющий забыть все мерзости серых будней. Поистине ей не было б цены, обладай она еще и постоянством, не исчезай она, не оставив даже пера! Но ревностные приверженцы романтичной любви пытаются спасти ее лицо, списывая все огрехи на мимолетное влечение, влюбленность, несерьезность чувств. На этой почве прорастает извечная мечта молодых – найти, встретить настоящую любовь \»до гробовой доски\». С какой последовательностью реальная жизнь разбивает ее, с таким же упорством она воскресает вновь и вновь, заставляя сердца то учащенно биться в предчувствии любви, то страдать и надеяться. Так существует ли всерьез эта \»настоящая любовь\» или она всего лишь мираж для жаждущего в пустыне? Обрадовать нечем: нет \»настоящей\» или \»ненастоящей\» любви. Есть половая любовь, которая протекает так, как ей положено. И большего от нее требовать нельзя. Почему?

На игле половой любви

Любая загадка завлекает, магически притягивает к себе, и человек всегда пытался разгадать тайну половой любви. Естественно, что первые попытки заканчивались неудачей, и это давало многим повод для многозначительного: \»Тайна сия велика есть\». Но все же наука упорно, шаг за шагом осваивает территорию любви и все четче прорисовывает физиологию этого чувства.

Для наркотического опьянения человеку не обязательно \»колоться\». Оказывается, один вид желанного вызывает в организме настоящую химическую бурю, и организм сам начинает вырабатывать легкие наркотические вещества: норэтинефрин, допамин, фенилэтиламин. Рождаясь в мозговой ткани и разносясь с током крови, они приводят человека в состояние эйфории и влюбленности. Его внешние проявления – от учащенного сердцебиения и усиленного потоотделения до идиотской улыбки и витания в облаках. Но, подобно тому, как человек, почуявший резкий неприятный запах, вскоре привыкает и перестает замечать его, так и вид любимого через некоторое время перестает быть \»раздражителем\». Новый всплеск выработки наркотиков в организме, и не раз, может произойти лишь с появлением нового объекта любви. Есть настоящие любовные наркоманы, которые, влюбляясь раз за разом, ловят свой быстропроходящий кайф. Для своего оправдания они даже придумали легенду о двух половинках когда-то разделенного надвое человека, что бродят по свету в поисках друг друга.

Тема встречи двух половинок стала излюбленной в мировой литературе. Лишь великие инженеры человеческих душ, такие как Шекспир, Пушкин или Толстой не поддались соблазну, не рискнули строить семьи своих героев на голой любви, не связали узами законного брака ни Ромео с Джульеттой, ни Татьяну с Онегиным, ни Каренину с Вронским. Они понимали нежизнеспособность таких союзов. Не зря ведь любовные страсти часто характеризуют как безумные. Строить брак и семью на такой любви все равно, что возводить фигуры из влажного песка. Вначале, пока песок мокрый (страсти горят), фигурки сохраняют свою форму. Но затем, по мере высыхания песка (страсти остывают), фигурки (семьи) рассыпаются. Тем не менее, большинство авторов любовных романов в угоду читателям завершают свои произведения свадебным хэппи-эндом. Это и вызывает \»детский\» вопрос: \»Почему сказки заканчиваются, как только люди женятся?\».

Зачем волчице волчьи ноги?

Не довольствуясь уклончивым ответом: \»Подрастешь, сам узнаешь\», вспомним, чем заканчиваются сказки для молодых: \»…стали они жить-поживать, да добра наживать\». Вот так точно, коротко и ясно выражает народная мудрость смысл и назначение семьи. Не брак и не дети, а неделимая совместная собственность, общее хозяйство формируют семью и фактически, и юридически. Семья исторически возникла вслед за появлением частной собственности. Основной инстинкт у человека вовсе не половой. Движет им инстинкт собственника. При выборе брачного партнера волчица заставляет волков бегать вокруг себя по кругу. При этом она оценивает не их морды, а их ноги! Они будут кормить семью. Так и женщине нужен такой муж, который своим материальным, духовным и интеллектуальным богатством обеспечил бы и себе, и ей положение в обществе. Это требование хорошо передано в казахской пословице: \»За стоптанные сапоги выходить не хочет, а в нарядных – не сватают\». И сейчас материальное положение семьи служит той печкой, от которой танцуют при решении всех житейских проблем: жилья, выбора места и характера работы, планирования и образования детей, здоровья, отдыха членов семьи и множества других. Но, прежде всего, – при выборе брачного партера. Для наших, в здравом уме девушек и их родителей \»вуз\» — это \»выйти удачно замуж\». У кого повернется язык упрекнуть их за это?

Уж против чего была непримиримо настроена коммунистическая идеология, так это против частной собственности и семьи как ее ячейки. Поэтому она всеми силами пыталась представить брак как \»сердечный союз двух членов коммунистического общества\». Но даже тогда в основных положениях Кодекса о браке и семье любовь декларировались всего лишь одной строчкой: \»Семейные отношения должны строиться на свободных от материальных расчетов чувствах любви, дружбы и уважения\». И больше о ней — ни слова. В действующем же законе про это чувство вообще \»забыли\». И правильно сделали. Вообще говоря, половая любовь как страсть, всеохватывающее чувство – весьма редкое явление. Как верно подметил Франсуа де Ларошфуко: \»Любовь одна, подделок под нее тысячи. Иные люди потому и влюбляются, что они наслышаны о любви\». Молодые чаще всего за любовь выдают чувства симпатии, расположенности друг к другу. Более глубокие мотивы брачного выбора носят всегда прагматический характер. Молодожены в полной мере могут этого и не осознавать. Они и после регистрации брака продолжают пребывать в приятной иллюзии, будто их союз основан только на любви. И тогда поневоле вспомнишь слова Иисуса Христа, произнесенные на кресте: \»Отче! Прости им, ибо не ведают они, что творят!\».

У незрелых в социальном плане людей сермяжная правда жизни вызывает эмоциональный, психологический протест как насилие над их чувствами, волей, правом свободного, ничем не ограниченного выбора. Непонимание существа дела выражается в идеализации брака по любви и противопоставлении его браку по расчету. Между тем приверженцы брака по любви в упор не хотят видеть того, что принципиальной разницы между ними нет. Брак по любви – тот же брак по расчету! Только расчет был сделан давно и подсознательно, еще на стадии формирования образа будущего избранника. Ведь формируется не просто образ, а образ, высоко оцениваемый и пользующийся спросом и в обществе, и в своем кругу. В этом секрет успеха артистов, певцов, спортсменов у многочисленных поклонниц. В них безумно влюбляются, видя лишь на экранах телевизоров или эстрадных и спортивных площадках. Хотя рядом, на работе, на улице можно встретить внешне не менее привлекательных, но социально не столь успешных сверстников.

Даже физическая красота человека имеет социально-экономическую природу. Ведь восприятие, оценка внешней привлекательности человека уходит своими корнями в материальные условия жизни. Еще Николай Чернышевский писал: \»Свежий цвет лица и румянец на всю щеку — первое условие красоты по простонародным понятиям… И наоборот, …болезненность, слабость, вялость… – достоинство красоты для высших слоев, как скоро кажутся следствием роскошного бездействующего образа жизни\».

“Все, что я делаю – ради нашей семьи”

Семья – основная и главная форма товариществ на свете. Все остальные – как бы “дочки” этой фирмы. Гегемон современного мира США (тоже своего рода товарищество) как никто другой преуспел в деле преумножения национального богатства. Так вот, главе этого товарищества Джорджу Бушу-старшему, в бытность его президентом США, задали вопрос: зачем ему власть, ради чего он старается? Все ожидали обычных для политиков уверений в стремлении послужить на благо общества и страны. Вместо этого последовал честный ответ: “Все, что я делаю – ради нашей семьи”. Стоит ли говорить о куда мелких товариществах, за которыми, особо не скрываясь, всегда торчат ушки одного или нескольких семей-учредителей. Представители этих семей, как правило, регистрируются именно ТОО, хотя возможны и другие формы, как например, полное товарищество. Почему? При полном товариществе по обязательствам фирмы каждый участник товарищества отвечают всем своим имуществом. Но зачем рисковать всем имуществом семьи, если можно ограничиться лишь малой толикой его, внесенной в уставной капитал ТОО.

Какими бы способами не приумножалась частная собственность – предпринимательской, голой зарплатой или еще какой – это всегда труд, нервы, риски. Жизнь человеческая скоротечна и нажитую собственность с собой на тот свет не заберешь. Перед человеком неминуемо встает вопрос: кому оставить? И тут снова срабатывает инстинкт собственника. Доверить и передать не кому попало, а своему продолжению в этой жизни – собственным детям. При групповом браке, до появления частной собственности, не было деления детей на своих и чужих. Нужда в надежной системе продолжения рода и механизме передачи прав собственности привел к появлению парного брака. Первое документальное свидетельство проведения брачной церемонии, соединяющей одного мужчину и одну женщину, было отмечено в Месопотамии примерно 4500 лет тому назад. Такой брак позволил привязать женщину к мужчине и таким образом гарантировать, что дети являются биологическими наследниками мужа. Соответственно была установлена и очередность наследования в прямой зависимости от кровной близости к наследодателю. И с тех пор наследство в первую очередь переходит к супругу-сотоварищу, детям и родителям собственника. Во вторую очередь – братьям, сестрам, дедушкам и бабушкам и т. д.

Уже в древних культурах брак рассматривался не как \»союз сердец\», а как \»союз имуществ\». Об этом говорят первые письменные законы о браке царя Хаммурапи. Древнеиудейский Талмуд советует мужчине при выборе жены поменьше обращать внимание на красоту женщины, а больше ценить ее происхождение. И наши предки хорошо понимали, на чем стоит, держится семья. Поэтому \»невесту выбирали не в хороводе, а в огороде\». И жениха высматривали по его “ногам”, как он напрягается, а не “расслабляется”. То есть, по подготовленности к будущей семейной жизни, где главное труд и терпение. Не забывали, конечно, и о физической привлекательности брачного партнера. Отсюда и прочность таких браков. Поэтому не важно, что брак по расчету, важно, чтоб расчет был верным!

Брак – это сделка!

Для чего регистрируются браки? Потому, что брак в рамках семьи был, есть и всегда будет социально-экономической сделкой, договором! За годы коммунистической идеологии нас приучили воспринимать любой формы сделку в негативном смысле. Но если рассматривать ее не с обыденной, а с юридической точки зрения, то сделка – это “действия граждан и организаций направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей”. На эти цели и направлен действующий Закон о браке и семье, устанавливающий личные, имущественные права и обязанности для лиц, вступающие в семейные отношения. По существу этот закон представляет собой типовой брачный контракт. Об условиях его молодожены обычно имеют весьма смутное представление. Занятые в это время другими заботами, чувствами, переживаниями, они подписывают контракт не глядя, под видом регистрации брака.

Итак, суть семьи в неделимой совместной собственности. Две особенности отличает товарищество в форме семьи от остальных: 1) наследовании семейной собственности детьми, и 2) долгосрочность товарищества, в идеале – нерасторжимость брака. Чем продиктовано требование нерасторжимости брака? Во-первых, тем, что брак – это фундамент семьи, с него начинается её строительство. Если он даст трещину, то всему дому конец. Добиваться достатка в семье – тяжкий труд, требующий воли, целеустремленности, даже самоограничения в удовлетворении своих личных потребностей. На такой труд брачный партнер может настроиться только в том случае, если уверен, что брак “до гробовой доски”. Если же перед ним маячит перспектива того, что все то, что нажито, может быть разделено, распылено против его воли и согласия, то какой смысл ему рисковать, напрягаться, чтобы преумножать эту собственность? Жена установила порядок, что все в доме делается только по ее команде, иначе – развод. Муж с высоким служебным положением отдает зарплату жене всю, до последней тиынки. Тем не менее, она недовольна и не может понять, почему другие мужья ищут всевозможные пути и способы присвоения всего, что плохо лежит, а ее олух на такой должности проносит ложку мимо рта.

Во-вторых, не требуется много ума и способностей, чтобы родить детей. Куда сложней их вырастить, воспитать. И то, и другое не только легче, но и необходимо делать вдвоем. Никакая наемная няня или детсад не могут заменить внимания, заботы, ласки родной матери! Никакая школа не может заменить в воспитании ребенка твердой, направляющей руки родного отца! Многочисленные исследования и статистика свидетельствуют, что основной поставщик уличных преступников – неполные семьи. Они же показывают, что лишь 15% выпускников детских домов адаптируются к взрослой жизни. Остальные оказываются на обочине жизни, а то и вовсе за решеткой.

Надеюсь, что вышесказанное хоть в какой-то мере прояснила картину брачно-семейных отношений и позволит нам от эмоциональных оценок более осмысленно, со знанием дела подойти к проблеме регистрации однополых браков. Брак регистрируется в ЗАГСе потому, что государство берется защищать личные и имущественные права супругов. Но никакой госорган не возьмется гарантировать любовь и привязанность супругов. Если гетеросексуал каждое свое более-менее стойкое сексуальное влечение к лицу противоположного пола будет пытаться юридически оформить, то ему выразительно покрутят пальцем у виска. Более того, часто он озабочен больше тем, как бы свою чисто сексуальную связь прикрыть фиговым листком “гражданского брака”, и не брать на себя обязательства по семейному законодательству. В то же время, наоборот, сами же гомосексуальные пары кичатся тем, что по природе своей союз их чисто сексуальный. Выходит, что, требуя узаконить свои союзы, гомосексуалы толком не понимают, что они добиваются. Юридическое оформление чувств и влечений – это нонсенс! Хотя подоплеку этих стремлений увидеть нетрудно. Несмотря на все свои ухищрения, гомосексуалы подсознательно чувствуют и сами не верят в нормальность своего поведения. Регистрация однополых браков нужна им как тот же фиговый, точнее – бумажный, листок, который хоть бы формально прикроет их вызов обществу. Бумага все стерпит!

Брачно-семейная мораль западного общества давно уже потеряла свое целомудрие и готова услужить кому угодно. Но даже это общество смущено противоестественностью и безнравственностью однополого союза. Лишь в пяти странах – Нидерландах (с 2001 г.), Бельгии (с 2003 г.), Канаде (с 2005 г.), Испании (с 2005 г.) и ЮАР (с 2006 г.), а также в американском штате Массачусетс (с 2004 г.) – отважились обозвать такие союзы браком. В большинстве же других, европейских стран (порядка двадцати) решили обозначить такие союзы гражданским партнерством, наделив его ограниченными, по сравнению с браком, правами. Так, например, если один из партнеров имеет ребенка, то другой партнер не признается автоматически его родителем. Однополые партнерства не могут совместно усыновить ребенка (за исключением Швеции); в некоторых странах не имеют льгот при наследовании имущества, не могут брать фамилии друг друга; во Франции наличие однополого партнера-француза не дает права претендовать на французское гражданство иностранцу. Есть и другие ограничения. (Для справки: партнер (англ.) – товарищ в каком-либо деле, сотоварищ).

Остается только еще раз подчеркнуть, что в основе семьи – инстинкт собственника, в основе брака – инстинкт продолжения рода. В основе же гомосексуальных пар лежит принцип удовольствия — брать от жизни все, что можно и что нельзя. То есть, между браком, семьей и гомосексуальными парами нет ничего общего. Но допустим, что такой гражданский партнер все-таки, “гульнув” на стороне или же зачав в пробирке с отвергаемым им противоположным полом, продолжит свой род. Пусть закон установит для таких партнеров режим неделимой, совместной собственности. Но даже в таких случаях существование однополых пар нельзя признать нормальным явлением. Потому как воинствующий, агрессивный гомосексуализм есть лишь симптом, проявление еще более страшной и коварной болезни, охватившей весь так называемый современный цивилизованный мир.

Новости партнеров

Загрузка...