Ты “волк” или “собака”?

Когда я слышу ноющих на трудности нашей жизни людей, на то, как все плохо, то вспоминаю танцора, которому все мешает. И наслушавшись этих жалоб, насмотревшись на их жизнь, стал делить людей на “волков” и “собак”. На тех, кого “кормят ноги”, и на тех, кого приручили подачками. Это особенно актуально в наши дни, которые уже сравнивают с временами Великой депрессии в США.

Кто в детстве не любил ходить в цирк? Вот “царь зверей” под грозный щелчок кнута покорно устраивается на крохотном пятачке тумбы, а “хозяин тайги” торопливо бежит на задних лапах к дрессировщику за кусочком сахара. При виде этого во мне всегда возникал какой-то смутный протест и ощущение нелепости картины. Когда же подсказали, что среди цирковых зверей не увидишь волков, то охотно поверил. Был рад, что не поддаются они дрессировке! Ведь я уже был восхищен волками от первой и неожиданной встречи с ними.

Директорский “бобик” пробирался ночью по дороге, петлявшей между кромкой поля и леса. Заунывно урча, нарушая безмолвную тишину сибирской глуши, он словно предупреждал всех: “Замри и ляг!”. Напрасно! Вдруг блуждающий свет фар выхватил из темноты фигуру вышедшего из леса зверя. Он спокойно встал, словно шлагбаум, поперек дороги и повернулся к нам мордой, недвусмысленно приказывая “Стоп!”. Зеленый отсвет зрачков зверя мгновенно высветил в наших мозгах: “Волк!”. Резко на тормоза и “быстрей ружье!”. В это время из зарослей появилась волчица и вслед за ней целый выводок волчат. За спиной отца они цепочкой невозмутимо стали перебегать дорогу. Пока же среди багажа на ощупь удалось найти зачехленное ружье и передать взрослым, последний волчонок скрылся в густой пшенице. И только тогда, с завидным достоинством выполнив свой мужской долг, растворился в темноте и пшенице сам волк…

Не надо особого воображения, чтобы представить, как повела бы себя собака. “А что я? Их много, я один. Они с ружьем, я – совсем безоружный. Они на машине, а я на своих четверых”. Вот что сделало время! Ведь всего каких-то десять тысяч лет назад собак не было и в помине. Одни волки. Но уже встал на ноги человек, и в освободившиеся руки взял принцип “разделяй и властвуй”. Первым делом он разделил волков на покорных, радостно виляющие хвостом при виде хозяина, и тех, кто смотрит в лес, сколько их не корми. И теперь мы имеем то, что имеем. Прирученных собак, ставшими первыми в истории домашними животными, и оставшихся гордыми, не неподдающихся дрессировке волков.

Власть можно приручить!

То, что сотворили с животными люди, с самими людьми творит сейчас государство. Ему ведь тоже нужны покорные, “виляющие хвостом” люди. То есть те, кто голосует за власть или аплодирует ей за рабочие места, льготы и привилегии. Хотя, на самом деле, зарплаты, пенсии и пособия выплачивает не государство, а налогоплательщики! Государство же в лице чиновников лишь собирает налоги и, прежде всего, не забыв себя, распределяет их по своему усмотрению среди жаждущих. Причем в таких размерах, чтобы материальное положение человека был полностью зависимо от произвола чиновника, благосклонности государства. Тем самым государство превращает таких людей, по сути дела, в крепостных.

Человек же свободный, с честью и достоинством, не приемлющий дух иждивенчества, рабочее место создает себе сам – своими способностями, знаниями, опытом и трудолюбием. Еще в советское время, при отсутствии вакансии выпускающая кафедра российского вуза “выбила” специально для меня, “азиата”, место. Теперь уже дочь пригласила крупнейшая иностранная компания на временную работу. Но, поняв ценность временного кадра, руководство пошло на то, чтобы перевести прежнюю сотрудницу на другое место, с компенсацией в виде сохраненной прежней зарплаты и расширенного социального пакета. Вообще, я за всю свою жизнь не видел, не встречал человека с толковой головой, с золотыми руками и сидящим без работы. Ведь на них в любое время и в любом обществе всегда неутолимый голод и спрос. Рабочих мест нет для бездельников!

Человеческий мир движется энергией, беспокойным и свободолюбивым духом “волков”. Иждивенческий же дух “собак” незатейлив и прост — жить при капитализме, работая как при социализме. Встав перед выбором, они отказываются от трудового тенге ради дармовой тийынки! Помню полуголодное существование сибирских сельчан в послевоенные годы. Работая весь год на трудодни, в итоге они оказывались еще и должны колхозу. Покорно существовали, молясь на бога и власть, да на единственную корову и несколько кур.

Но были и те, кто не мирился с такой жизнью, хоть и с лампочкой Ильича в избе и с колоколом-радио на столбе. Уходили с колхозным стадом в тайгу, подальше от засеянных полей. Но это был лишь предлог. На самом деле подальше от советской власти, от “заботливого” государства! Да, поначалу мы жили в землянках, при керосиновых лампах. И вода из вырытого колодца. Комаров попросту не замечали. Зато были хозяевами своей жизни. Хоть и пыталась власть и ее прислужники-“собаки” неоднократными “кампеске”, раскулачиванием поставить на колени и приучить жить согнувшись, мы в очередной раз вставали на ноги! Каждая семья держала табун лошадей! Не считая другой живности. Каждая семья была многодетна. Мы первыми перестали считать копейки, когда оставшиеся при государстве продолжали побираться от зарплаты до зарплаты. И, что интересно, не столько мы у власти, сколько она у нас была на коротком поводке. Ведь любая власть хочет жить всласть. И в сталинские, и в постсталинские времена партийная и советская верхушка желала “расслабиться” подальше от завистливых глаз “честных тружеников села и города”. Не были исключением и хваленные, “неподкупные” чекисты. В обмен они не только сквозь пальцы смотрели, но и создавали условия для безопасного проявления нашего независимого, частнопредпринимательского духа, пользовались его плодами.

“Волчья” жизнь и опасна, и трудна. Но зато она поистине человечна! Ведь смысл такой жизни – “построить дом, вырастить детей, посадить дерево”. С появлением так называемого социального государства смысл “собачьей” жизни свелась к убогому “доработать до пенсии” или “дожить до пенсии”. К счастью в нашей семье сохранился иммунитет против этой болезни. Я хорошо помню своего деда с широкой седой окладистой бородой, бабушкины ласки. Но не помню, чтобы они мучились вопросом, как прожить, не откладывали крохи на свои похороны. Ведь у них уже были взрослые дети. С соблюдением всех наших обычаев мы с отцом достойно проводили их в последний путь. Не знала, что такое пенсия и моя мать. Каюсь, как-то я начал отцу: \»А не оформить ли тебе документы на пенсию?\». Но он так посмотрел на меня, что пожалел я, что заикнулся. Хотя до пенсионного возраста мне самому было еще далеко, но дочь уже настояла на том, чтобы я оставил работу и не думал о хлебе насущном.

“Волчий” характер присущ всем тем, кто ведет свой частный бизнес. Хоть и обкладывают чиновники их со всех сторон красными флажками, они упорно продолжают, рискуя многим, надеяться только на себя. Согласен, не всем дано стать успешным предпринимателем. Тем не менее, мне больше по душе те, кто толкает тележки на базаре, чем те, кто спивается в ауле, тоскуя по колхозно-совхозным временам. И вообще, “волчий” дух в нас не истребить! “Волки” — соль земли нашей! Таких людей еще много среди всех национальностей, населяющих нашу страну. Но среди них есть те, которым быть “волком” завещано предками. Ведь символ древних тюрков — серый волк! Мне по происхождению быть “серым”! Кому еще?

Новости партнеров

Загрузка...