Президентско-парламентская – успеем ли договориться…

Недавно поучаствовал в одной дискуссии, посвященной доказательству, что будущее Казахстана — именно парламентская республика.

Собственно, никто и не спорил, но дискуссия разгорелась на другую тему: возможно ли такое в Казахстане в принципе, и как бы к этому придти. Разговор, я вам скажу, получился заинтересованно-насыщенным, содержательным и … без логического завершения. Оно и понятно, мало того, что тема, сама по себе, неохватная, так еще и вся сотканная из логических тупиков и противоречий. Начиная с постановки вопроса: оказывается, перестройку президентской власти в парламентскую должна осуществить … сама власть

Опять же – кто бы спорил, если бы такое было возможным, да вот только – возможно ли? Как сам президентский режим строит парламентаризм при себе – мы видим, но вот когда рецепт такого строительства предлагается, скажем так, с другой стороны, искусственности в таких построениях проглядывает не меньше.

К примеру, дискутанты согласились, что нам нужны не восемь, не четыре, а именно две парламентские партии, причем пусть президент имеет и собственную квоту на назначение депутатов, лишь бы начал перестройку — так откровенно даже и сама “Ак Орда” не формулирует собственное видение “парламентаризма”.

С одной стороны, ну не снизу же, как траве из земли, расти у нас парламентаризму. Если сама президентская власть не будет его пестовать, — ничего не получится. Но, с другой, мы ведь уже не раз убеждались, какой парламент получается, когда его “конструирует” администрация, — чем такой, лучше никакого!

И вообще: что изменится, если нынешний однопартийный состав опять прочувствует себя тормозом реформ, и взамен будет организован бинарный? Разве не понятно, что вторая партия, будь то ОСДП или “Азат” (да хоть Нарикбаев с Байменовым!) будет пропущена волеизъявлением отнюдь не электората, а потому декоративности у такой конструкции, против нынешней, не только не уменьшится, но, пожалуй, даже и добавится.

Опять же, какая разница, случится это на досрочных выборах, скажем уже следующей весной, или появления “двухпартийного” парламента придется ждать до 2012 года, когда оппозиции предложат депутатские мандаты в обмен на непротивление очередному переизбранию Ел Басы?

Кстати, а кто сказал (в нынешние-то кризисные времена), что и Президент станет дожидаться декабря-2012, а не организует очередное досрочное (в срок-то еще ни разу не было!) переизбрание годика, эдак, на два-три раньше?

Вот и рассуждайте, что лучше: играть с президентской властью в игру, в которой оппозиции заведомо отведен коридор “подыграть-проиграть”, либо не играть вовсе. Скажем, отказаться от выборов до тех пор, пока нынешние “проотановские” избиркомы не будут переформированы на основе представительства всех партий. Поступок, конечно, эффектный, но при этом … ничуть не лучший, нежели подыгрывание партии власти на фальсифицируемых выборах.

В самом деле, создавать политическую партию по правилам режима, собирать 50 тысяч подписей, сложно и долго регистрироваться, чтобы потом … гордо не участвовать в выборах?! Что, по-своему, тоже есть признание непобедимой силы партии власти. Политическая шизофрения какая-то, от которой лучше вообще держаться в сторонке.

С другой стороны – если ты не будешь заниматься политикой, политика все равно займется тобою…

Короче, поговорить обо всем этом – можно, жарко поспорить, упирая на какую-то одну сторону медали, — вот только можно ли придти к одному, всеми признанному выводу?

И, главное, можно ли этот наговоренный-проговоренный вывод-консенсус (если б даже он и был) как-то претворить в жизнь?

Ответа нет, поэтому продолжим задавать вопросы…

Вот, есть, скажем, версия, что вся проблема в оппозиции, которая у нас разобщенная, слабая, не имеющая опоры в массах и массам неизвестная.

Да, Волга впадает в Каспийское море, ну и что?

Когда о слабости-никчемности оппозиции говорит продвинутый деятель-одиночка (не знаю среди них ни одного, кто бы до этого сам не “грешил” участием в партстроительстве, но … не сложилось у людей!) его можно понять – личная компенсация. Но, какая есть, такая есть, что прикажете с ней делать, и что ей делать?

Можно, конечно, говорить, что оппозиция тогда станет сильной, когда от своей “верхушечности” перейдет к работе с населением. Другой вариант: с этой оппозицией все равно ничего не получится, нужно ждать появления оппозиции новой, с новыми лидерами. Подобных благоглупостей можно наговорить много, вопрос тот же – что делать-то???

Проблема-то ведь еще и в том, что слабость-разобщенность оппозиции, — это не ее собственная проблема (для оппозиционной “дробленки” это как раз не проблема, а способ существования), и даже не проблема наблюдателей от гражданского общества, жаждущих (как покупатель в магазине) получить оппозицию качественную, свежую и ничем не порченную.

“Недостаточное” качество казахстанской оппозиции, это, — знаете, чья проблема?

Это проблема … президентской власти!

Независимо от того, насколько она сама такую проблему признает-понимает.

Проблема-то, на самом деле, не в том, что оппозиция у нас слаба и разрознена, а в том, что даже такую оппозицию президентский режим в свой парламент пропускать … боится. Почему и подделывает всегда результаты голосования, бережет, как зеницу ока, свою монополию на формирование избирательных комиссий.

В предыдущие благополучно-валютные годы, проблема эта была более имиджевая, нежели содержательная. Вот, Путин с Медведевым в России — просто красавчики, как все устроили и с четырех-партийным парламентаризмом, и с президентской конституционной сменяемостью. Демократия управляемая, это факт, но факт, что и демократия. Ну, или “почти демократия”, — тот факт, что проценты на выборах примерно соответствуют российскому электоральному раскладу – принципиально сомнению не подвергается.

А мы, — признанные (нами самими, по крайней мере) лидеры в СНГ, а теперь уже и в ОБСЕ – имеем тупо однопартийный парламент, настолько серый и скучный, что и ругать то его не интересно. Что это, если не показатель, что в “Ак Орде” на внутреннюю политику посажены откровенные неумехи, не способные реализовать даже самые элементарные политтехнологии?

Но причина, братцы мои, вовсе не в профнепригодности чиновников, откомандированных на раскрутку “Нур-Отана”. Наоборот, их заторможенность – сама есть следствие той сути нашего режима, которая теперь, во время кризиса, становится прямой угрозой как собственно для власти, так и для страны в целом,

Суть эта уже ни для кого не секрет, но, удивительным образом, она совершенно недостаточно учитывается (если вообще учитывается) в анализе происходящего в стране, прогнозах на будущее, и, соответственно, выборе вариантов партийного и гражданского поведения.

Так вот, суть режима в том, что высшая государственная власть принадлежит тем же лицам, которым принадлежит (прямо или опосредовано – это не суть важно) и весь стратегический бизнес. Конкретно – экспорт нефти и горно-металлургической продукции, а также системообразующие банки. А в последние годы – и основные строительные компании. Надеюсь, этим “открытием” я никого не удивил, но вот удивительно, как мало внимания мы придаем этому фундаментальному обстоятельству.

В предыдущие годы именно такое строение нашей бизнес-власти придавало ей более чем достаточную устойчивость, обеспечивая как огромный валютный ресурс, так и прочнейшую внешнюю поддержку. Основанную на том, что и нефтяным и горно-металлургическим бизнесом режим щедро поделился с основными мировыми “игроками”.

Однако и тот бизнес, — и это надо понять со всей ясностью! который у нас именуется национальным, на самом деле имеет внешнюю, — транснациональную основу.

К примеру, все казахстанские банки – это эмиссионные дистрибьютеры доллара и евро, а Национальный банк – просто безналичный обменник, эмитирующий тенге исключительно на замыкающий объем внешнего платежного баланса.

Точно также любая, пусть даже и государственная по статусу и форме собственности компания, занимающаяся добычей и экспортом минерального сырья, — она является представителем внешнего, относительно страны пребывания, бизнеса. Тем самым “иностранным инвестором”, хотя львиная доля всех таких инвестиций – это вытащенные из Казахстана же деньги.

Это – ни какой-то злодейский заговор, а сама банальная экономическая реальность: банковский бизнес, построенный на внешних займах, как и бизнес, ориентированный на продажу чего бы то ни было вовне, — они базируются на извлечении основной прибыли именно там, где осуществляются первичные заемы и конечные продажи.

Собственно же национальный интерес, по общепринятой международной практике, он отбивается как раз теми самыми демократическими механизмами: отделением государственной власти от бизнеса, правом именно многопартийно-парламентской (то есть – представляющей возможно полный набор внутренних для страны экономических, социальных и всех прочих интересов) ветви власти принимать законы и формировать Правительство, наконец – местным самоуправлением.

Здесь надо без иллюзий: и США и Европа, конечно, искренне желают демократизации нашей стране, однако максимальные экономическую выгоду иностранный капитал имеет именно при нынешнем режиме. И этот фактор – не последний в геополитике.

Как бы то ни было, а сейчас у нас так: интересы “иностранных инвесторов” представлены во всей полноте, поскольку Глава нашего государства (если кто еще не знает) и есть Главный Иностранный Инвестор (не подумайте лишнего – здесь мы намекаем всего лишь на известный Совет под его председательством). А вот кто у нас делегирован во власть именно национальным интересом, интересом той экономики, и той “социалки”, на которых зиждется внутреннее существование страны – это вопрос. Ну не безликие же депутаты-нуротановцы же!

Неучет бизнес-генезиса нашего госустройства ведет к стойким иллюзиям-заблуждениям.

К примеру, наши партии, по западным лекалам, привычно классифицируются на правые, левые, центристские. На самом же деле, мы являемся страной “Без правых и левых”, — как еще при становлении нашего бизнес-государства прозорливо сформулировал Первый Президент.

Вот, допустим, “Азат” самоопределяется, как партия либерального толка. Но, позвольте, сама концепция либерализма построена на том, что государство как можно меньше вмешивается в рыночную экономику. А наше государство в нее не вмешивается, оно само и есть часть рыночной экономики, львино-монопольная ее часть! И здесь либеральная концепция ну ни с какого боку не пристраивается, она как зонтик при рыбе.

Столь же неприкаянно мыкается и левый фланг казахстанского партийного спектра. Социал-демократия, это, прежде всего, защита трудящихся, — опора на профсоюзы. Но у нас руководители государства и хозяева основных предприятий – это одно и тоже. А где вы видели, чтобы Работодатель сам себе растил бы боевитую профоппозицию?

(Кстати, почему бы критикам нашей “слабой и разобщенной” оппозиции не перенести негодование на значительно более “никакие” профсоюзы?)

“Карманные” профкомы и такие же “клиентские” партии – печальная действительность всего президентского устройства.

По этому поводу, знаете ли, можно было бы еще долго разливать слезы или желчь, да только кризис все это дело ускоряет-обостряет. Ситуация такая: насколько мировой кризис “достанет” экономику Казахстана в целом, — это еще вопрос, зато он уже конкретно достал собственно правящий режим. Банковский, строительный кризис, “сдувание” биржевых активов, вкупе с падением мировых цен на нефть и металлы – это полный пакет неприятностей строго по всем основным статьям личного бизнеса нашего госруководства.

Конечно, активные стабилизационные меры, включая массированные вливания из Нацфонда, сейчас предпринимаются (спасают-то – свое!), но валютная “подушка безопасности” не так уж велика. При нынешних темпах ее хватит на год-полтора, повезет — два. Если кризис пронесется раньше – для нашего режима все обойдется. Но шансы проблематичны: во-первых, даже самые оптимистичные прогнозы отодвигают начало нового подъема на 2010 год, во-вторых, даже сверхоптимисты не обещают, что этот подъем опять будет строиться на высоких сырьевых ценах и дешевых западных кредитах.

Лично я убежден, что нынешний мировой кризис – глобально системный, а потому определять его окончание каким-то недалеким годом – не приходится. Развязка еще далеко, и она трудно предсказуема, но, определенно, возврата к уже пройденному – не будет.

Однако речь сейчас не о мировых перспективах, а делах более насущных. Ведь с ослаблением властного бизнеса (а он уже – слабнет!) слабеет и власть, с нею – государство. Другого же государства у нас (пока) нет…

Поэтому проблема сейчас даже не в том, как переделать президентское правление в парламентское, а в том, как трансформировать правление, опирающееся на внешний интерес и внешние ресурсы, на правление, интегрированное интересами внутринациональными. Для начала – на такую представительную власть, которая этот интерес, хотя бы, учитывала. Разумеется, без парламентской многопартийности и местного самоуправления здесь ничего не получится, но сейчас это даже не цель, а средство.

В данном случае – спасательное.

Вот только к спасательным средствам наша бизнес-власть рискует прибегнуть, когда уже будет поздно. Сценарий прост: пока вся их надежда на то, что где-нибудь к весне- 2010 начнется новый сырьевой и кредитный подъем, и, соответственно, следующий год надо просто перетерпеть. И – будут терпеть, до последнего. Привычно комбинируя, по ходу, всякие отвлекающие варианты. Например, где-нибудь весной – “неожиданные” выборы, после которых уже “двухпартийный” Парламент начнет своевольничать насчет приближения перевыборов уже и Президента.

Дескать, предыдущие двадцать лет президентской политики были абсолютно правильными, но … Амал жок! — мировой кризис, никто не виноват, а жесткие меры необходимы. Нужна еще большая консолидация (читай – концентрация) власти, соответствующие поправки в Конституцию, и … новый срок, как бы с чистого листа.

Не исключено, что теперь уже не президентской, а “премьерской” республики, благо – надежное “нуротановское большинство” – вот оно!

Нет, это пишется вовсе не для предсказания “вариантов” — они здесь для примера, как показатель того, что в “Ак Орде” продолжают верить – все “рассосется” и само собой.

А тем временем в ЗАО “Государство Казахстан” будет происходить то же самое, что сейчас наблюдается и в куда более мощных бизнес-корпорациях по всему миру:

По мере того, как гарантировано высокодоходный бизнес оборачивается все большими расходами и убытками, и дело начинает попахивать уже прямым банкротством, развиваются нервические процессы на всех уровнях, среди мажоритарных и более мелких акционеров, среди исполнительных клерков, в обслуге, в службе охраны — везде. Недавняя несокрушимая уверенность, невозмутимая вальяжность и демонстративная корпоративная сплоченность главных акционеров и топ-менеджеров переходит в отчаянную межгрупповую войну, попытки спастись самим за счет других, а чуть позже – и бегство с “тонущего корабля”.

Вот чего надо опасаться всем вместе, и, — по мере созревания осознания этой опасности, — пытаться договариваться.

Если, конечно, осознание не придет слишком поздно…

Новости партнеров

Загрузка...