В лапах религиозного фанатика

Абай, что в Сарыагашском районе Казахстана, место замечательное, тихое, спокойное. Здесь живут добродушные и доверчивые люди. Все друг друга знают, делятся своими радостями и печалями. Не остаются они равнодушными и к чужим проблемам. Я люблю приезжать в это тихое местечко, бывать проездом, потому что люди здесь добрее, проще и радушнее. Они не испорчены дурным влиянием крупных мегаполисов. Однако, как это не парадоксально, именно доверчивость делает их уязвимыми.

Недавно вновь посетила это место, была в гостях у подруг и знакомых. С моего последнего приезда прошло немало времени. Остановилась я, как обычно, у своей одноклассницы. Она работает в местной школе учителем. Знает всех соседних детишек, подростков, молодежь, как своих собственных. Всегда находила общий язык с ребятами, а с недавнего времени все изменилось.

Разговорившись, подруга поделилась проблемой, которая нежданно негаданно пришла в Абай. За очень короткое время некоторые местные ребята изменились до неузнаваемости. Свободно мыслящие, интересные подростки почему-то стали рассеянными, невнимательными, как будто чем-то подавленными. Как будто их свободный молодой дух закрыли разом как джина в бутылке. Некоторые перестали посещать школу, снизилась успеваемость, усидчивость. Подруга стала чаще встречаться с родителями подопечных, пыталась выяснить, может быть, проблемы в семье так влияют на чувствительную детскую натуру. Но родители испытывают подобные ей ощущения отстраненности своих детей. У ребят появились какие-то секреты от родителей. Они часто стали отлучаться без предупреждения.

Скрытность местных ребятишек совпала с появлением Актобенского молодого человека, некоего Рината Алимова. Он и еще человек десять — настоящие религиозные фанатики. По словам одноклассницы, они навязывают населению свои религиозные воззрения, распространяют радикальные идеи, занимаются миссионерством. Да и действуют они подпольно. Зачем людям с благими намерениями скрываться?

Вот и я думаю, что незачем. Только вот как-то удалось им до ребят добраться. Бабушки, которые всегда все видят и все знают, рассказывают, что на территории местной мечети очень часто можно видеть молодежь. Они посещают несколько подпольных “худжр”, которые создал этот религиозный деятель. Фанатик сам обучает местную молодежь догмам ислама. Хотя совершенно непонятно, на каком основании он это делает? И кто дал ему право обучать молодежь религиозным дисциплинам? Ведь для этого нужно специальное образование, разрешение.

Пока же действия этой неизвестной группировки нигде не зарегистрированы. Как, впрочем, и сама организация. Положение вещей ухудшается и тем, что действует самозваный имам в условиях строгой конспирации. По пятницам и воскресеньям систематически устраиваются религиозные сборища. По рассказам некоторых ребят, которые вовремя покинули ряды радикально настроенных исламистов, испуганные неадекватным поведением лидера, в своих проповедях он призывает к строгому соблюдению догм ислама, в том числе ношению женщинами хиджаба, отращиванию мужчинами бороды. Они призывают к построению в Казахстане исламского государства, нового халифата. Призывают отречься от семьи, от близких, если они противятся “истинному” исламу.

От этой истории у меня мурашки пошли по коже. Первая моя реакция была успокоить подругу. Она всегда была очень чувствительной и восприимчивой и, что греха таить, могла что-то домыслить, придумать, вообразить. Сейчас по телевидению столько всяких страшилок показывают, и террористы, и экстремисты, и анархисты. Но, побыв немного в Абае, я пришла к выводу, что все-таки нет дыма без огня. Молодежь действительно была какой-то странной. Я стала замечать, что инертные вялые подростки, слоняющиеся возле мечети целыми днями, вдруг становились деятельными, возбужденными по пятницам и воскресеньям, когда по слухам у них были конспиративные религиозные сборища. Довелось и на главного заговорщика посмотреть.

И вот тогда я посочувствовала подруге. Ведь ей как педагогу очень больно, что ребят не удается отвратить от этой беды. Дети — наше будущее. Играть их чувствами преступно, ведь они — уязвимы, чувствительны, незащищены, доверчивы. Удобный материал в руках корыстного скульптора, который не побоится сломать их судьбы, их мечты.

Гостила я недолго. Пришло время возвращаться. Честно говоря, меня терзали смешанные чувства. С одной стороны, чувство печали, с другой — ощущение необыкновенного облегчения, что наконец-то уезжаю. Хоть мне и стыдно за эти ощущения. Но когда в мир приходит чума, болезнь, хочется держаться подальше, потому что боишься заразиться. Так и у меня. Я как будто ощущала накал неспокойной нервной атмосферы этого когда-то тихого уютного места. Но, приехав домой, я по-другому посмотрела на ситуацию.

Смотря новости по всему миру, наблюдая действия религиозных террористов, фанатиков, смертников, у меня каждый раз сердце разрывается на части. Вдруг представлю абайских школьников с этим безумным отсутствующим взглядом, и душа плачет за них. Я не понимаю, почему до сих пор этих убийц никто не остановил? У нас ведь повсеместно идет борьба с терроризмом, религиозным экстремизмом. Об этом трезвонят по телевидению. Но в реальной жизни буквально под боком действуют губители юных душ, жестокие и фанатичные люди, которых останавливать, похоже, никто не торопится. Наши дети в лапах религиозного фанатика. И если не принять решительных мер сейчас, потом будет поздно. Религиозная чума унесет самое любимое, дорогое, ценное…

comments powered by HyperComments