Дело МООС: осужден и “за того парня”

“Пожалуйста, не стреляйте в пианиста –
он делает все, что в его силах”.

(Из воспоминаний Оскара Уайльда об Америке)

15 декабря, апелляционная коллегия по уголовным делам суда г.Астаны под председательством Адильхана Агманова объявила свой вердикт по жалобам осужденных на 4 и 6 лет лишения свободы экс-министра охраны окружающей среды Нурлана Искакова и представителя ТОО “Меркурий плюс” Адилбека Жайлганова. Она оставила в силе решение председателя суда Есильского района столицы Ерлана Тасырова.

Признав, что он ненадлежащим образом исполнял свои должностные обязанности, в частности, по контролю за исполнением его приказов и распоряжений своими подчиненными, Нурлан Искаков в апелляционной жалобе отверг обвинение в злоупотреблении своими должностными полномочиями. А посему просил применить к нему меру наказания, не связанную с лишением свободы. О том же просили суд и его адвокаты – Ермек Бектасов и Роза Куанышбаева. И на то у осужденного и его защитников были веские причины.

Еще до суда апелляционной инстанции просочилась информация о том, что Искаков, по большому счету, осужден и за “того парня”. Однако без документального подтверждения СМИ было бы глупо выдавать ее “на-гора”. В ходе судебного заседания, тем не менее, она подтвердилась.

Из ходатайства адвоката экс-министра Ермека Бектасова следует, что свидетели Б.Смагулов и А.Райымбеков, чьи показания суд первой инстанции взял за основу, элементарно ввели его в заблуждение. Оба свидетеля представили справки о том, что на объекте “Дарьял-У” находится 7 280 конденсаторов, подлежащих утилизации.

После того, как Есильский суд осудил экс-министра, а произошло это 16 октября с.г., комиссия ГУ “Нура-Сарысуйский департамент экологии” произвела перерасчет конденсаторов на объекте. Она пришла к шоковому выводу: на объекте находится 5 966 конденсаторов. Особо следует отметить: за время ареста Нурлана Искакова, его заместителей и последующего судебного процесса ни один конденсатор не был вывезен за территорию Казахстана. Договор же, заключенный между ТОО “Меркурий плюс” и АО “Кегок”, свидетельствует о том, что из фактически наличествующих на “Дарьял-У” конденсаторов 1 462 принадлежат “Кегоку”. Однако и их неутилизация была вменена в вину экс-министру охраны окружающей среды.

Парадокс? Если не сказать больше. А “больше” — это, в том числе, явно сознательное нежелание следствия, то бишь финансовой полиции (допускаю такую мысль) утруждать себя излишним объемом работы. Как же, на крючок попались еще одни крупные рыбины (после Жаксыбека Кулекеева) – министр ООС и его заместители! Полагаю, наши доблестные финполовцы помнят незабвенного Джорджа Бернарда Шоу, сказавшего однажды в состоянии крайнего разочарования: “Репутация врача зависит от числа выдающихся личностей, которых он отправил на тот свет”. Сдается, и репутация некоторых органов измеряется тем же критерием: чем больше осужденного “крупняка”, тем больше звездопада.

Адвокат Е.Бектасов просил апелляционный суд истребовать из МООС акт перерасчета конденсаторов, допросить в качестве свидетеля члена комиссии по перерасчету, начальника отдела сводно-аналитической работы и правового обеспечения Ануара Сарина, вызвать на повторный допрос свидетелей Б.Смагулов и А.Райымбекова. Прокурор управления горпрокуратуры Астаны Азамат Ахметжанов возразил против ходатайства. Апелляционная коллегия поддержала прокурора.

Еще один аргумент от г-на Бектасова: “Если даже сравнить выделенную сумму АО “Кегок” на утилизацию 1 462 конденсаторов, и сумму, выделенную РБК на 15 тыс. конденсаторов, то можно увидеть, что МООС потратило в 15 раз меньше, чем АО “Кегок”. Обращает внимание, что реализация данных договоров проходит в одно и то же время. Возникает вопрос: а где же денежные средства АО “Кегок”?

В этой связи стоит напомнить, что защита Нурлана Искакова в ходе судебного разбирательства первой инстанции неоднократно ходатайствовала о разграничении договоров, конденсаторов, денежных сумм МООС, АО “Кегок” и ТОО “Меркурий плюс”, причем по годам. Однако этого не было сделано.

Кроме того, что очень важно: ни один приказ, ни один нормативный документ по проекту “Дарьял-У”, в свое время подписанный Искаковым, в последующем не был признан как незаконный. Они до сих пор имеют юридическую силу, и нынешний министр работает по ним! Так за что осудили на лишение свободы Искакова? За недостаточную бдительность? В таком случае смею еще раз процитировать Джорджа Оруэлла: “Мне иногда кажется, что цена свободы — это не столько постоянная бдительность, сколько вечная грязь”.

Будучи на протяжении трех месяцев на судебном процессе по делу МООС, мы, представители СМИ, не могли избавиться от чувства грязи. Откровенной грязи, которую замешивали в свое тесто многие свидетели, в том числе руководители лжепредприятий, которые обналичивали в банках Караганды многомиллионные средства и передавали их директору “Меркурия плюс” Виктору Лайсу, кто, спасая от ответственности собственную шкуру, представлял в качестве доказательства плоды собственных измышлений.

Печально, что суд принял предположения одних в качестве доказательств и избавил от уголовной ответственности явных мошенников, которые, кстати, вели себя на суде крайне пренебрежительно. За дачу ложных показаний, к сожалению, у нас никого еще не осудили. Даром, что на трибуне для свидетельских показаний в каждом зале заседаний суда имеется текст присяги.

К сожалению, суд и первой инстанции, и второй не приняли во внимание и тот факт, что закон об институте ответственных секретарей был принят в июле 2007 года, к своим обязанностям ответсекретарь МООС Рустем Хамзин приступил в сентябре того же года, а уже в начале 2008 года он подписал ряд документов, в том числе приглашение “Меркурию плюс” для заключения договора. Однако, в противоречие фактическим обстоятельствам дела, суды сделали вывод, что закон был принят в 2008 году. Следовательно, Хамзин никакого отношения к “Дарьял-У” не имел. Тем не менее, в многотомном уголовном деле нет ни одного акта о выполненных работах, подписанного министром Искаковым.

Можно долго говорить о том, как шло апелляционное разбирательство, однако обращает на себя внимание другое. Председатель апелляционной коллегии Адильхан Агманов явно куда-то спешил. Он лишил адвокатов осужденных права на всестороннюю защиту, полное изложение аргументов, то и дело перебивал их репликами: “давайте без ваших этих художественных произведений”, “покороче, воды не лейте”.

Несмотря на это, даже в усеченном варианте своего выступления адвокат Роза Куанышбаева доказала апелляционной коллегии необоснованность приговора суда первой инстанции, что выразилось в неправильным применении уголовного законодательства, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

То же самое следует сказать о защите осужденного Адилбека Жайлганова. Суд первой инстанции, вынося свой вердикт, не принял во внимание главное: никакого отношения Жайлганов к ТОО “Меркурий плюс” не имел в 2008 году, потому как собственность его супруги Рамазановой была отнята рейдерским способом Виктором Лайсом. Сам осужденный и его адвокаты апеллировали об отмене приговора суда Есильского района и прекращении уголовного дела в отношении Жайлганова за отсутствием в его действиях состава преступления. Увы…

После того, как Адильхан Агманов зачитал вердикт, присутствовавшая в зале заседаний мать Нурлана Искакова громко выразила свое возмущение неправедностью решения. Г-н Агманов ответил репликой, шокировавшей всех: “Что еще вы хотите? Ведь Ваш сын признал свою вину!”. Не признал Искаков своей вины, за что его можно было лишить свободы. Да и в чем вина? В том, что недоглядел?

Новости партнеров

Загрузка...