Религия – единственная идеология, выдержавшая испытание временем

Фрагмент интервью с Муратом Телибековым из книги “Элита Казахстана, 2010”

Наблюдая стремительное распространение религии в обществе, невольно задаешься вопросом: Как и почему люди приходят в религию? Расскажите, пожалуйста, на личном примере. Было ли это заложено в раннем детстве или будучи уже взрослым человеком Вы встали на этот путь?

Мурат Телибеков

Мурат Телибеков

— По моему глубокому убеждению, религиозный инстинкт изначально заложен в каждом человеке. Это одно из самых загадочных свойств человеческой натуры. Стремление к Богу, его интуитивное предчувствие во всем, что окружает наc, живет в каждом. Рано или поздно этот инстинкт просыпается и меняет всю нашу жизнь. Это может произойти в раннем возрасте или на склоне лет. В качестве начального импульса, может послужить экстремальная ситуация, душевный кризис или депрессия. Причиной может стать весьма незначительный повод. Я знаю случай, когда человек далекий от религии, впервые услышав голос муэдзина, призывающего к молитве, испытал психологическое потрясение! Это оказалось достаточным для того, чтобы он принял ислам. Феномен заключается в том, что человек даже не понимал смысла молитвы, а вся его жизнь протекала отнюдь не в религиозной среде. Здесь нечто необъяснимое, мистическое, сверхъестественное. Воздействие происходит на уровне подсознания.

Если говорить о себе, очень хорошо помню яркие картины детства. Каждое лето наша семья приезжала в Туркестан навестить стариков. Там впервые я увидел, как дедушка с бабушкой читают намаз. В этом было нечто таинственное, странное. Представьте себе большую комнату, устланную коврами, и в ней два человека в белых одеждах. Впервые в жизни я увидел взрослых людей в подобном состоянии. Здесь было нечто странное, алогичное. Они покорно преклоняли колени, всем своим видом выражая трепет, страх, благоговение перед невидимым существом. Божество ничем не выдавало своего присутствия, и, тем не менее, люди изо дня в день молились, не испытывая ни тени сомнения! Они были абсолютно уверены в том, что слова их доходят до адресата. Никто их за это не поощрял, не платил денег…. Никакой стимуляции и принуждений! Более того, это было чревато большими неприятностями, ведь на дворе были 60-е годы — расцвет социализма, торжество атеизма! Уже побывал в космосе Юрий Гагарин и во всеуслышание заявил, что Бога в космосе он не видел. За чтение намаза членов семьи могли уволить с работы, детей исключить из комсомола, лишить пионерского галстука. Поэтому перед молитвой двери тщательно закрывали, зашторивали окна. Тем не менее, они продолжали верить, вопреки здравому смыслу. (Вы, к примеру, представляете себе, чтобы члены современной политической партии, закрывшись в комнатах, тайком поют партийные песни или, завернувшись в национальные знамена, нашептывают в потемках государственные гимны? Убей, не могу представить!) Конечно же, все это волновало детское воображение. Может быть, именно тогда и запало в душу маленькое зерно веры.

Для большинства людей религия — сугубо личное дело. Почему Вы решили заняться продвижением мусульманских ценностей публично, организуя для этого общественную структуру?

— Одна из главных задач ислама, впрочем, как и любой другой религии — это трансформация общества, активное участие в жизни социума, решение культурных, экономических, политических проблем. В споре с консервативным духовенством, я часто привожу довод: все основатели великих религий, будь то Христос, Мухаммад или Будда были общественными деятелями. Они не только занимались глобальными философскими вопросами, но и помогали решать самые насущные мирские проблемы, будь то судебные тяжбы или внутрисемейные отношения. А когда возникала необходимость, брали в руки меч и облачались в военные доспехи. Никому из них в голову не могло прийти сказать: “Извините, это политика. У нас религия отделена от государства, поэтому мы не будем отвечать на ваши вопросы”. Свой долг я вижу в том, чтобы изменить в общественном сознании укоренившиеся представления о религии. С этой целью мы создали организацию, призванную сформировать совершенный новый тип религиозного деятеля.

— Как функционирует Ваша организация и какие требования предъявляются желающему состоять в Союзе мусульман Казахстана?

— Требование единственное – делать добро и не использовать ислам в целях личной наживы. Никаких членских взносов и поборов — в этом главное отличие нашей организации от официального духовенства и различных сект. Вступить в нее может каждый. Есть в нашей организации христиане и даже атеисты. Помогаем всем, вне зависимости от религиозных убеждений. Здесь ислам в более широком понимании слова.

Понятно, что помогаете всем, но как может верующий христианин состоять в Союзе мусульман?!

Ислам – это признание единобожия, поклонение единому Творцу, неважно каким именем мы его называем. В этом смысле каждый христианин, иудей, тенгрианец – мусульманин. Ислам — это символ религиозной глобализации. Каждая вера, этнос, культура находят здесь свою нишу и благополучно в ней существуют. Проповедуя веротерпимость и альтруизм, ислам берет на себя ответственность за культурное и конфессиональное разнообразие человеческой цивилизации.

— Возможно ли ранжирование наций, как более религиозных, менее религиозных? Здесь можно рассматривать нации, как отдельные этносы, так и в смысле государственно-гражданской принадлежности.

— Самая многочисленная мусульманская страна – Индонезия. Можно ли сказать, что она самая религиозная? Все исламские святыни находятся в Мекке. Можно ли сказать что саудовские арабы самые истовые мусульмане? Я бы поставил вопрос иначе: где сегодня находится центр религиозной жизни? Когда-то столицами мусульманского мира были Дамаск, Багдад, Каир, Константинополь, сегодня в определенной степени – Мекка, Саудовская Аравия. Католики поклоняются Ватикану, православные христиане – московскому Патриарху. Здесь нет ничего постоянного, завтра эти центры могут переместиться и изменить свои адреса.

— Разрешите задать Вам знаменитые вопросы Бертрана Рассела: “Разделен ли мир на дух и материю, а если да, то что такое дух и материя? Подчинен ли дух материи или он обладает независимыми силами? Развивается ли Вселенная по направлению к некоторой цели? Существуют ли возвышенный и низменный образы жизни или же все это является лишь тщетой? Существует ли образ жизни, который является возвышенным, и в чем он состоит? Как его можно достичь?”.

— На мой взгляд, это риторические вопросы. С точки зрения религиозного мировоззрения, они бессмысленны. Вне религии мир теряет цельность и распадается на бессвязные куски. Вульгарный материализм не в состоянии решить не только многие философские проблемы, но и объяснить фундаментальные процессы в области ядерной физики, генетики, биологии. К признанию божественной природы мира приходят многие великие ученые. Я верю в Бога и этим сказано все. Во Вселенной нет смысла, цели, логики. Все эти философские категории – порождение человеческого разума и существуют лишь в пределах нашей цивилизации. Бог в этом не нуждается. Здесь должно быть служение вопреки смыслу, цели, логике. Я не знаю, зачем Ему это нужно. Почему Он в этом нуждается? Но мы так сделаны, сконструированы, и изменить что-либо бессильны. Любые попытки внести коррективы в нашу программу закачиваются крахом. Одна из главных человеческих иллюзий – поиск смысла во всем, что нас окружает. Человек ограничен во времени и пространстве, чтобы задаваться подобными вопросами. Разум дискретен. Есть воля свыше, которая довлеет над нами и определяет границы постижения.

— У Чехова, в повести “Дуэль”, один персонаж говорит другому: “вы же не верите в Бога, как вы можете про мораль толковать?” Может ли атеист быть нравственным человеком?

— Конечно же, может. Главный признак религиозного человека – добропорядочность. Бог в каждом человеке, но не каждый об этом говорит. Религия — это всегда нечто глубинное, интимное, сокровенное.

— Чем можно объяснить слабую популярность общественных организаций партий, движений, как провластных, так и оппозиционных, среди нашего населения?

— Слишком часто кумиры и лидеры предавали своих поклонников. У людей выработался синдром недоверия.

— Как Вы оцениваете политическую, экономическую и общественную обстановку в нашей стране?

— Слишком много лицемерия во власти, меркантильности и цинизма. Ситуация усугубляется. Мне это напоминает последние дни советской империи. Очень много шума, пафоса, дифирамбов, лицемерия, коррупции, бредовых идей, медали и ордена сыпятся дождем, от обилия лозунгов и портретов рябит в глазах. Сумасшедшее государство похоже на сумасшедшего человека — те же самые симптомы.

— Что, по Вашему мнению, надо сделать, чтобы Казахстан стал благополучным, процветающим, развитым государством? Какие конкретные меры предпринять в экономике, в политике, в общественной жизни?

— Власть должна научиться ограничить себя во всем: в еде, питье, развлечениях, честолюбии, тщеславии. Она должна умерить аппетиты, иначе попросту умрет от обжорства.

Если говорить о процветающем государстве, то рецепты благополучия не представляют собой большой тайны. Все самые современные технологии, огромные инвестиции, эффективные реформы не приведут к процветанию, если в обществе главенствует хищническая мораль. Именно так сегодня дело обстоит в Казахстане. Вопрос заключается в том – как загнать обратно джинна, которого однажды мы выпустили из бутылки? Как возродить разрушенную мораль? Одно несомненно – не может власть призывать граждан страны к высокой нравственности и добропорядочности, если сама ведет аморальный образ жизни. Лидер нации должен вдохновлять людей, прежде всего, своим личным примером, а не страстными призывами.

Любое государств приходит в упадок, когда нарушаются законы естественного отбора, суть которых заключается в том, что во главе любой социальной структуры — будь то село, город, страна — стоит личность, от природы наделенная умом и талантом. Если же общество создает искусственные препоны на пути естественного отбора и конкуренции, тогда к управлению государством приходят дегенераты, личности, лишенные не только интеллекта, но элементарных представлений о правилах хорошего тона. Гибель страны в этом случае неотвратима.

Приведу весьма показательный пример. Недавно в одной из рекламных газет прочитал шокирующее объявление: “Министерство обороны РК распространяет туристические путевки!” Вы представляете?! Реальность превосходит самые сумасшедшие фантазии. Чтобы не быть голословным — газета “Атшабар” от 5 мая 2010 г.. стр. 6. Можете позвонить по телефонам 3815659, 3815600, 8 7772223949. Надеюсь, что вы не попадете в кабинет к самому министру. Представьте себе в “Нью-Йорк таймс” объявление: “Пентагон распространяют туристические путевки на Гавайские острова!”. Ей богу, такими темпами мы далеко уйдем! Я не удивлюсь, если в скором времени при КНБ откроется агентство по торговле картофелем и сухофруктами, при Министерстве культуры презентуют народный публичный дом, при Минздраве – курильню опиума, а при Министерстве образования — курсы стриптиза и проституции. Государство идет к своему концу семимильными шагами.

Свобода и демократия очень опасные вещи. Но куда более опасно их полное отсутствие. Не следует путать демократию с анархией. У всех на памяти лихие 90-е годы, когда, пользуясь полной свободой, власть в стране практически захватили уличные бандиты и рэкетиры. Демократия должна быть управляемой, а принципы управления — жестокими, но справедливыми. К примеру, на мой взгляд, в Казахстане уже сегодня необходимо срочно ввести смертную казнь. Никакие иные меры не остановят всеобщую коррупционную вакханалию. За хищение и мошенничество в особо крупных размерах необходимо лишать жизни. Сейчас это оправданный шаг, который поможет навести порядок. И не следует все время оглядываться на Европу. Самый яркий пример успешного использования высшей меры наказания – Соединенные Штаты и Китай.

Кстати, я категорически против утверждения некоторых правозащитников о том, что, дескать, лишать человека жизни вправе только Бог. На мой взгляд, это в высшей степени глупость и фарисейство. Смертная казнь – один из важных инструментов управления человеческим обществом. С испокон веков высшая мера наказания являлась неизменным атрибутом любой социальной структуры. Более того, берусь утверждать, что религия настаивает на сохранение этого института. Сам Бог, Всевышний Аллах в случае необходимости уничтожал не только целые города, но и народы, погрязшие в грехах и распутстве. Вспомните гибель Содома и Гоморры. А притча о Всемирном потопе, когда по воле божьей было уничтожено все человечество. История практически началась с чистого листа.

Конечно же, возникает резонный вопрос: А вправе ли человек брать на себя миссию Бога, решая вопросы жизни и смерти?

Отвечаю: Может и должен, ибо волю свою Всевышний Аллах реализует через людей. Именно с этой целью ниспосланы Священный Коран, Библия, Тора и прочие священные писания. Впрочем, это тема отдельного разговора…

Во-вторых, государство должно сформировать свою идеологию, которая на сегодняшний день практически отсутствует. Тот пропагандистский суррогат, который изо дня в день преподносят официальные телеканалы, не вызывает в людях ничего кроме рвотного рефлекса и отвращения. В идеологию необходимо привнести религиозные принципы. Никакую иную концепцию общество не примет. Принимая во внимание глобализованное информационное пространство, навязать людям глупость невозможно. Любая ложь лопнет как мыльный пузырь.

Религия – единственная идеология, которая выдержала испытание временем. Как реализовать эту политику в условиях многоконфессионального общества? Есть много религиозных заповедей одинаково приемлемых как для ислама, так и для христианства, иудаизма и прочих религий. Не акцентируя внимание на различиях, но подчеркивая единые корни и общую философию, необходимо поднимать авторитет религии в обществе на государственном уровне.

Почему я настаиваю на исламе? Будучи последней и самой молодой религией он вобрал в себя опыт всех предыдущих вероучений. К сожалению, в сознании многих людей распространенно предубеждение, что ислам – это религия арабов и выражает их претензии на исключительность и мировое господство. Христианство тоже когда-то считали религией семитов. Зародившись в северо-западной части Аравийского полуострова, оно распространилась по всему миру, и сегодня у многих людей ассоциирует исключительно с европейской культурой. Ислам проделывает тот же самый путь.

В религии наше спасение. Это поможет возродить культуру, язык, сохранить этнос. Религия приведет к экономическому процветанию, развитию науки и технологий. Все от Бога, я в этом глубоко убежден. Придет время, когда все Конституции мира будут начинаться с обращения к Богу, признавая его как единственного творца и вершителя человеческих судеб. Мы должны интегрировать религию в общество, сделать ее неотъемлемой частью культуры, этики, воспитания. Но прежде необходимо определиться с понятием религии, избавить ее от коросты невежества, догматизма и предрассудков, политической ангажированности, глупого фанатизма. Необходимо возродить ее терпимость, просвещенность, демократизм. Религия неотделима от культуры. Человек вне религии – человек вне культуры. Это фундаментальные постулаты.

— Ваш прогноз на развитие Казахстана через 10 лет, в 2020 году. Какими Вы видите экономику, внутриполитическую жизнь, общественные отношения?

— Хочется верить в лучшее. Однако, у меня такое предчувствие, что нам предстоит пережить некий катаклизм. Это может быть стихийное бедствие, массовое неповиновение властям или гражданская война. Слишком много грязи накопилось в обществе. Гной придется выдавливать вместе с кровью.

— Вы являетесь пишущим человеком, когда появилась тяга к творчеству? Помните ли первые строки, это была проза или поэзия?

— У Расула Гамзатова есть такие слова: “До 17 лет все нормальные люди пишут стихи, после 17 – только поэты, после 60 – сумасшедшие”. Кажется, я укладываюсь в эти рамки.

— Как Вы оцениваете состояние современной казахстанской литературы? Кто из наших авторов, какие произведения можете отметить?

— Глубокая стагнация. Сейчас меня в больше степени интересует мировое кино, но отнюдь не казахстанская литература. Извиняюсь за откровение, но когда люди видят как выдающиеся казахстанские писатели публично целуют руки представителям власти (А что они делают вне публики, какие части тела целуют в приватных встречах – об этом можно только догадываться) возникает чувство глубокого отвращения не только к мастеру, но и к его ремеслу.

— Почему наши современные казахстанские авторы не могут выйти на международный уровень. Если говорить о русскоязычных авторах – хотя бы на рынок СНГ?

— Потому что они только об этом и думают. С такой мотивацией в творчестве далеко не уйдешь. Советский период породил целое поколение ангажированных писателей, которые успели обильно размножиться и породить еще более проституированных отпрысков. Мы все еще находимся под их гнетом. Ничего не поделаешь, но они слишком медленно вымирают.

— А теперь, с Вашего разрешения, обратим внимание на конкретное творчество, в Вашем сборнике “Структура боли” есть стих “ИНТЕРПРЕТАЦИЯ”:

Прообразом креста

Явилась птица

Парящая,

Ее распростертые крылья

Указывали дорогу

В небесное царство.

Для пущей убедительности

На кресте распят человек.

В это царство можно войти

Только так!

“Цепляет”, будем говорить… Общий смысл понятен, но если перейти к конкретике, то крест – это ведь символ христианства? Руководитель Союза Мусульман пишет, что в небесное царство можно войти только через крест?..

— Это всего лишь эпизод из биографии, сиюминутное настроение, художественный прием. Мне часто ставят в упрек написанное ранее. Я не отказываюсь от своих книг. Это биография, фрагменты эволюции со всеми подъемами и падениями, вдохновением и пессимизмом.

Судя по Вашим последним выступлениям в СМИ, Вы выступаете с позиций толерантности, выдержанности, спокойствия. Но если читать Ваш сборник 2000 года “Ветер с улицы”, то здесь Вы производите другое впечатление. Вы приветствуете “блаженный ветер с улицы”, который должен все перевернуть, так и слышится знаменитое: “Буря! Скоро грянет буря!”. Вы предупреждаете (угрожаете?): “…остры как лезвие меча… Праведного меча… Который будет разить вас безжалостно!

У БРОНЕНОСЦЕВ НА РЕЙДЕ ОСТРЫЕ КИЛИ НИКОГДА НЕ ЗАТУПЛЕНЫ!!!

Мы точим их по ночам, втайне от вражеской охраны… Глухими и бессонными ночами, когда не слышен скрежет ржавых напильников…”.

С возрастом Вы стали более спокойны?

— Большая часть жизни прожита, и теперь перед тобой открываются иные горизонты. Конечно же, это меняет человека. Впрочем, есть и другие причины. Это, прежде всего, перемены, происходящие вокруг. Время уплотнилось. Информационный бум изменил представление о пространстве. Идет стремительное взаимопроникновение культур. У меня такое ощущение, что человечество меняется на генетическом уровне. Мир никогда не был таким цельным и взаимозависимым. Как можно оставаться неизменным в этой пульсирующей, непрерывно меняющейся среде?! Мы вынуждены корректировать не только траекторию, но и цель движения. Но самое парадоксальное, когда вдруг исчезает цель, а движение становится абсолютно бессмысленным. Умение жить в бесцельном пространстве и оставаться при этом ориентированным человеком – наверное, это главная философская проблема сегодняшнего времени.

— Обращают внимание такие Ваши строки: “(казахский)… язык не развивается, он как бы застыл, в нем нет энергии движения. В определенном смысле это отражает психологию казахского народа, присущий ему догматизм и неприятие нового… Казахская нация никогда не станет самостоятельной. Она всегда будет чужим придатком, аппендиксом…” и так далее. Это надо понимать, как продолжение критики в стиле Абая или?..

Сказано в сердцах. О своем собственном народе я имеют право так говорить. Но представителю другого народа по отношению к казахам подобного я не позволю. Любовь и ненависть взаимообусловлены. Когда любишь, легко убивать. В этом парадокс человеческой натуры. Трудно сказать — что здесь от Бога, а что от дьявола? На многие вопросы у меня пока нет ответов.

— Какую прессу предпочитаете? Ваше мнение о казахстанской литературе и СМИ?

— Откровенно говоря, ничего не читаю. Меня увлекает процесс творчества. Слишком много идей, замыслов. Не хватает времени.

Состояние казахстанских СМИ обнадеживает. Спесь и чванство изживают себя.

— Ваши увлечения, хобби, книги каких авторов Вам нравятся?

— Хобби – природа, путешествия, животные и, конечно же, дети… Я мечтаю иметь десять жен и сотню детей. Это такая прелесть — прийти домой, и увидеть, что дети копошатся у тебя под ногами, как муравьи. Ты путаешься среди них, не можешь вспомнить кто из них от какой жены и какое у него имя. Это восхитительно! Ведь, каждый из них несет в себе частицу твой души и плоти. Страсть к размножению — это не только сексуальный инстинкт, здесь нечто большее. В этой мужской устремленности есть частица Бога — сотворил Всевышний Аллах в порыве вдохновения шесть миллиардов людей и глядит на них с улыбкой, горечью, раздражением и любовью.

— Какой автор Вам нравится больше всего?

— Я предпочитаю говорить о книгах. Автор может быть отвратительным человеком, творчество в целом – посредственным, но отдельные вещи – как вспышка света. Если взглянуть с этой точки зрения, то меня восхищают “Книга песен” Тимура Зульфикарова и “Стая птиц” итальянского писателя Тонино Гуэрры.

— Последняя книга, которую прочитали. Что можете сказать о ней?

— Запомнился эпиграф у Гуэрры: “Когда из головы выпархивает стая птиц, остаются лишь пустые мысли”. Я люблю эту книгу.