“Дело Сергея Дуванова” и другие дела “десятки” МВД”

Подборка материалов

Сергей Дуванов: “Наказания и гласности они не избегут”

Публицист Сергей Дуванов первым написал о начинающемся коррупционном процессе “Казахгейт” в статье “Молчание ягнят” в 2002 году. В том же году власти обвинили его в оскорблении чести и достоинства президента. Через месяц Сергея жестоко избили в подъезде дома, а еще через месяц провели провокацию, обвинив его в изнасиловании несовершеннолетней. В результате неугодный журналист был осужден на 3,5 года. Сенсационное признание сотрудника МВД Василия Кузина, опубликованное в нашей газете в прошлом номере, о том, как “лепились” уголовные дела против оппонентов режима, в частности журналиста Дуванова, и просто конкурентов в бизнесе, привело к логическому “ответному слову” самого Дуванова. С ним наше интервью.

Без срока давности

Сергей, как ты относишься к тому, что Василий Кузин признался, что дело, по которому ты был осужден, инсценировано полицией?

– Я лично с самого начала знал, откуда растут ноги. Еще в процессе следствия моими адвокатами была нанята частная команда детективов, которые вели параллельное расследование. И они быстро вышли на людей из МВД, курировавших этот вопрос. Сотрудники МВД потребовали от наших детективов, чтобы они вернули деньги и закрыли расследование. Детективы нам честно в этом признались. Поэтому мы с первой минуты знали, что это заказ. Мы не знали фамилий заказчиков и доказать это не могли, потому что спланированная провокация была поддержана следствием и судом. Противостоять системе было невозможно. Думаю, придет время, когда следователи и судьи расскажут, кто влиял на их решение и какие задания они получали.

Ты собираешься подавать в суд, чтобы добиться пересмотра дела и реабилитации по обвинению?

– Я бы хотел, чтобы суд в связи с вновь открывшимися обстоятельствами пересмотрел мое уголовное дело и мы доказали, что дело было сфабриковано, показания потерпевшей – ложные, и призвали бы к ответу заказчиков. Но, к сожалению, система осталась та же, ничего не изменилось, исполнители те же люди, которые не заинтересованы в раскрытии правды. Сейчас я советуюсь с юристами, с коллегами-правозащитниками и в ближайшее время мы, возможно, инициируем этот процесс.

Ты считаешь возможным привлечение Василия Кузина как свидетеля? Нет ли у тебя противоречивых чувств к человеку, который организовывал и инсценировал провокацию против тебя и чуть не сломал твою жизнь?

– Да, по сути, этот человек один из тех, кто добился моей изоляции от общества. Один из тех, кто пытался сломать мою жизнь, сломать меня, как личность. Но при этих обстоятельствах я не должен идти по пути мести. Мои личные обиды, мои личные проблемы должны отойти на второй план, проблемы общества важнее. Я не должен отталкивать его и подобных ему людей, кто готов сотрудничать во имя торжества справедливости. Более того, я готов помочь таким людям. Помочь этому человеку выжить и рассказать больше обо всем, что он знает. Пусть свидетельствует. Это будет хороший пример другим. Общество перед реальной угрозой. Мы все должны быть заинтересованы в том, чтобы в стране не было таких незаконных структур, о которых рассказал Кузин. Это всего лишь исполнители, выполняющие приказ. Их ответственность минимальна. А вот те, кто давал эти приказы, настоящие преступники. Никакие заслуги Пиночета не оградили его от суда в 90 лет. Обращаясь к заказчикам, скажу: время работает против вас. Даже в 100 лет скамейка подсудимых будет ждать вас! И вам этого не избежать! Срока давности для таких преступлений нет.

Свидетелей провокации ликвидировали

Ты был журналистом, которого защищал и наш фонд “Журналисты в беде”. Мы ездили в Брюссель вместе с Рашидом Нугмановым, обошли 50 депутатов Европарламента, убеждая их в твоей невиновности. Резолюция Европарламента, принятая в рекордно короткие сроки, призывала выпустить Дуванова на свободу, а депутат Абылкасымов публично назвал нас вредителями государства. Известны ли тебе другие свидетели той провокации?

– Я хочу поблагодарить всех за ту большую работу, которую тогда сделали многие, но параллельно были люди, которые играли в другую игру. Та же Татьяна Квятковская после вашей поездки собиралась ехать в Европарламент и защищать интересы подставной девушки. И были депутаты парламента, Дарига Назарбаева, которые утверждали, что я педофил и меня не надо освобождать. Был Эрик Нуршин, который стал обвинителем и сыграл свою мерзкую роль в этом спектакле. Как сегодня они посмотрят мне в глаза? Многие из них хорошо меня знали и были коллегами по работе, но смогли предать и оболгать своего друга. Я не знаю, наказала ли их судьба за эту ложь или другие подлые поступки, но я знаю, что они участвовали в грязной игре спецслужб.

Я незаслуженно отсидел в заключении, но я остался жив и продолжаю заниматься журналистикой. Однако участники той инсценировки исчезают. Их использовали, но потом они стали опасными носителями информации. Умер Эрик Нуршин, который прекрасно знал ситуацию с подставой, сам испытал подобное, потому согласился на незавидную роль оголтелого защитника “потерпевшей”. Бывший водитель Каскеленского РОВД Кисиков, который порывался раскаяться, тоже умер. Через две недели после моего освобождения нашли мертвым моего соседа Александра, который тогда привел свою семью и эту девушку ко мне в баню помыться, т. е. был организатором той провокации. Сосед был наркоманом. Думаю, кто-то боялся, что, придя занимать у меня в очередной раз деньги на наркотики, он расскажет мне всю подноготную той истории. Я не сомневаюсь, что множественные раны от побоев и передозировка не были случайным концом его жизни. Из вашей публикации я узнал, что главная героиня этой истории убита в местах заключения. В живых осталась только мать, которая вряд ли выйдет из тюрьмы. Откровенно говоря, я опасаюсь за ее жизнь. Я думаю, что жизнь Василия Кузина тоже в опасности и его надо включить в программу защиты свидетеля, чтобы он мог в дальнейшем давать показания в суде. Но эта программа инициируется государственными органами, Кузин дает показания не только против бывших, но и нынешних чиновников от МВД и силовых структур, поэтому найдутся люди, которые будут препятствовать ему в защите. Этот экс-полицейский ввязался в очень серьезную и опасную игру, цена которой – жизнь. Он рискует серьезно. Это его единственный шанс сохранить жизнь, предав огласке все, что он знает. В любом случае исповедь – это важный поступок в его жизни.

Я думаю, что не все свидетели исчезли. Замначальника РОВД Алматинской области М. Уруханов, который провел первую обвинительную пресс-конференцию, когда тебя арестовали, теперь возглавляет Алматинское УВД и продолжает делать карьеру. Алихан Бектасов, который свидетельствовал в суде против тебя, вышел на пенсию и пишет, возможно, мемуары о своих начальниках Федорове и Симачеве. Но существуют еще и международные механизмы охраны свидетелей и рассмотрения дел в международных органах правосудия. Ты готов обратиться к ним за помощью?

– Я готов. Но, как мы поняли на примере Жовтиса, внутри страны международная общественность не играет никакой роли. Наши власти перестали прислушиваться к тому, что им рекомендуют со стороны мирового сообщества и лидеры отдельных стран. Суд истории ждет своего часа, как только сменится глава государства. Убийство Заманбека Нуркадилова, убийство Алтынбека Сарсенбаева, банкира Татишева, суд над Кажегельдиным, над Жакияновым, Аблязовым, Джакишевым… Ответы еще впереди. Все выйдет наружу. И заказчики еще ходят среди нас. На эти громкие дела нет срока давности.

Это наш долг

Пересмотр судебных решений для общества порой является формальностью. Важнее общественное мнение, которое выражает пресса. У нас правосудие, в целом, не способно добиваться справедливого результата, а вот общество может указать пальцем на тех, кто замешан. Как ты думаешь, независимая пресса способна поднять на должный уровень суд общества?

– Это обязанность журналистики. Если человек пришел и рассказал новые обстоятельства известных дел, это надо печатать. У прессы сегодня единственная функция, которую ожидает общество – творить общественный суд. Самый важный приговор – моральный и нравственный – выносит общество. Если утечка информации идет даже в условиях сегодняшнего режима, то представьте себе, какой поток компромата будет озвучен после смены власти? Каждого чиновника, причастного к неправовым действиям, к преступлениям экономического и политического характера, назовут во всеуслышание. Вот тогда вопрос о люстрации, о которой я часто говорю, встанет с особой остротой. И виновники должны знать, что наказания и гласности ни при каких обстоятельствах они не избегут. Сегодня они еще вне зоны досягаемости, а завтра будут привлечены к ответственности. А прессовать газету могут за что угодно, но читатели увеличатся десятикратно.

Беседовала Розлана Таукина

От редакции:

Сергей Дуванов дал интервью нашей газете буквально на следующий день после выхода в прошлом номере статьи Валерия Сурганова “Признания б/с “десятки” МВД” по свидетельствам Василия Кузина. Другой реакции на нашу публикацию не было – ни от руководства МВД, ни от “героев” материала… Лишь во вторник, 30 ноября, к нам на почту поступило письмо-опровержение от самого Кузина и повалили некие “сигналы” про плохого “парня Васю” (см. стр. 5). Что еще любопытно: намеченная (по рассылке в СМИ) на этот день встреча Сергея Дуванова с журналистами в рамках клуба “АйтПарк” вдруг была отменена по “техническим причинам” – мол, в библиотеке объявили “санитарный день”…

Что ж, как мы и полагали, органы МВД начали действовать… в своем духе. На служебное расследование по фактам публикации, видимо, не стоит надеяться. Так, господин министр?

***

Взрывная волна огласки

История с признаниями б/с “десятки” МВД продолжается

Вместо этого в редакцию во вторник пришло по факсу весьма эмоционально составленное опровержение от главного героя публикации – Василия Кузина, с которым мы затем вышли на контакт. Разговор с ним приведен ниже. Каким бы Кузин ни был, в отношении него должна действовать программа защиты свидетелей – хватит провокаций.

В этот же день по электронной почте поступило письмо от Виталия Викторовича Ляшенко, журившего нас за публикацию непроверенных фактов и называвшего Кузина просто – “стукачек”. После чего в редакцию пришел некий “сотрудник полиции”, пожелавший остаться неизвестным, который попытался убедить нас в том, что в уголовном деле Дуванова все было прозрачно.

Если сопоставить эти факты, то вывод напрашивается один. Очень похоже на то, что руководство МВД лихорадочно пытается дезавуировать скандал, используя довольно кондовые методы, среди которых лидируют давление, шантаж и дезинформация. А где официальная реакция казахстанского правоохранительного ведомства на статью, раскрывающую страшное закулисье государственного аппарата? Ее нет. А люди тем временем говорят…

***

Накануне саммита!

Письмо-опровержение

Я прочитал статью “Признания б/с “десятки” МВД”, опубликованную в газете “Свобода Слова” от 25.11.2010 г. В связи с чем считаю необходимым дать следующее опровержение.

Я, Кузин В.А., не являлся участником “преступной группы оборотней в погонах”, в штате органов МВД я никогда не состоял! В политических провокациях, похищениях людей и других тяжких преступлениях никогда не участвовал!!! Про Дуванова и Усатовых мне стало известно из рассказа полковника Зуева В.А. – начальника 10 Управления Криминальной разведки по Карагандинской области, с которым я состоял в дружеских отношениях (как я думал) и который (Зуев В.А.) пользовался этим, в силу чего я становился невольным свидетелем некоторых его действий. Когда полковник Зуев В.А. и Федоров О.А. попытались привлечь меня к участию в “провокации” (как указано в этой статье) в Кордае, от чего я попытался отказаться, но меня стал принуждать к этому полковник Зуев В.А. при помощи угроз в мой адрес и в адрес моих близких, тогда я действительно саботировал операцию, а по приезду в Караганду я отказался участвовать в ее дальнейшем проведении. После чего последовали угрозы в мой адрес и в адрес моих близких, шантаж и преследование со стороны Зуева В.А. и его окружения, в том числе при помощи Матросова И.Э.

С 2006 года я и мои близкие неоднократно обращались в правоохранительные органы. Обращения в правоохранительные органы МВД заканчивались отказом в возбуждении уголовных дел. По обращениям в КНБ РК проводилась проверка, на сегодняшний день мне неизвестно закончилась она или нет, как и ее результаты. Вот о чем был мой рассказ господину В. Сурганову еще летом 2010 года, который он исказил в своей статье “Признание б/с “десятки” МВД”, указав, что якобы я, жаждущий прощения и реабилитации в глазах общественности, покаялся в якобы совершенных мною преступлениях. Однако мой пересказ был от третьего лица – то есть я подчеркивал, что мне стало известно о Дуванове и Усатовых со слов полковника Зуева В.А. Помимо этого я сообщил, что Усатовых я поставил в известность о том, что мне стало известно от Зуева В.А. по их делу и делу Евдокименко и Куксава. То есть я через СМИ хотел рассказать об известных мне преступлениях! А вы, В. Сурганов, в своей статье обвиняете меня в причастности к ним, чем также публично порочите мое имя, мою честь и достоинство и мою репутацию! А мой пересказ преподнесен вами как рассказ от моего, первого лица и участника событий, видимо, для большей реалистичности. Или это чей-то заказ? Так как статья опубликована накануне саммита, считаю, что это было вами сделано в политических целях, для подрыва авторитета государственной власти. Преследование каких-либо политических целей не дает права публично “вытирать ноги” о мое имя и втаптывать его в грязь!!!

Я опровергаю следующее: что я якобы являлся “оборотнем в погонах”, участником преступной группы и руководил ею, и участвовал в политических провокациях, похищениях людей и других тяжких преступлениях!!! Указанных действий я не совершал и такого вам не говорил!!! О некоторых указанных в статье данных (подробностях) мне не было известно, о них мне никто не говорил, следовательно, и не мог сказать!

Василий Кузин

***

Все-таки “сломали”

Комментарий автора статьи

Человека, видимо, все-таки “сломали”. По крайней мере, морально. Иначе как еще расценивать то, что в настоящий момент он корректирует свои показания, записанные без всякого принуждения с нашей стороны на диктофон и сопровожденные его подробными обращениями в спецслужбы.

Кстати, даже в “новой редакции” Кузина все это выглядит не менее сенсационно. Ведь, по сути, он не отрицает ни одного изложенного факта, с той лишь разницей, что чисто технически пытается выгородить себя: мол, обо всем мне рассказал близкий товарищ из “десятки” Зуев, который потом, осознав, что допустил “утечку”, пообещал устранить меня – вот я и решил “слить” его рассказ, чтобы обезопасить себя. Раз так, то придется расставить все точки над i.

Беседа с Кузиным состоялась не летом, а в разгар осени 2010 года. Некоторое время редакции потребовалось на проверку его информации, в том числе по дувановскому делу. К тому же не хотелось преждевременно допускать опасных “утечек”, чтобы не подставить раньше времени как рассказчика, так и самим, не дай бог, не повторить роковую ошибку Асхата Шарипжанова.

Около 20 минут запись воспроизводит наш разговор с Кузиным и знакомым ему адвокатом. После чего защитник под предлогом “принести недостающие документы буквально через 5 минут” удаляется и пропадает на час. В этот момент наш бизнесмен и начинает свой, как нам сейчас кажется, запланированный “слив”. Он даже спрашивает вначале: “Работаете ли вы с Дувановым?” и “Не побоитесь ли пойти против “десятки”?”

А затем начинает свое обстоятельное повествование.

Эти откровения длятся около часа. К тому же переданные материалы со “штампиком” о приемке обращения в КНБ полностью опровергают нынешнее, похоже, принудительное опровержение Кузина. К слову, статья, опубликованная в прошлом номере, является всего лишь квинтэссенцией этих разоблачений, которые тянут как минимум на несколько газетных полос. Это еще и своеобразное практическое пособие по тайной работе с адвокатами и свидетелями для фабрикации нужных показаний. К примеру, в этих откровениях говорится, как прослушивались телефоны конкретных адвокатов, как их ловили на взятке и заставляли тайно сдавать дела “ментам” и прокуратуре. А к одному свидетелю пожаловали прямо в больничную палату, где он лежал с опухолью мозга – избили и приволокли в зал суда, где он сказал все, что нужно.

И везде Кузин называет себя тайным сотрудником “десятки”, который непосредственно участвует во всех сложных операциях. Он взрослый человек и делает свой выбор, в том числе, когда делится с нами абсолютно чудовищной информацией. Однако в конце разговора Василий Александрович предупреждает нас, что до сих пор он всегда официально отрицал свое отношение к МВД по той простой причине, что такие, как он – “тайные сексоты по особым поручениям”, – уже более десяти лет находятся вне закона. То есть запрещены в оперативной работе. Но на практике они используются сплошь и рядом.

Валерий Сурганов

***

Не дай Бог, ляпну

Разговор по телефону

После того как в редакцию поступил текст опровержения, мы решили связаться лично с Василием Кузиным, чтобы убедиться, что это письмо было написано им самим.

Вы подтверждаете то, что являетесь автором письма-опровержения?

– Да. Но за всеми этими делами стоял непосредственно начальник десятого управления криминальной разведки, полковник Зуев.

Вам угрожали после выхода статьи в свет?

– Моя дочь-девятиклассница прибежала домой вся в слезах, не хочет больше в школу идти. Ей сказали, что ее папа нехороший человек. У моего отца два инфаркта было, если ему станут говорить про меня, то, боюсь, у него случится еще один приступ. Теща звонила на днях, тоже высказала мне. Идет давление со всех сторон, и я уже догадываюсь, кто за всем этим стоит. Я хотел добиться правды и справедливости по делу Дуванова, Усатова, но сам в итоге оказался козлом отпущения. Вы знаете, сколько угроз с предупреждениями я получал? До выхода в свет публикации меня предупредили, что если, не дай бог, я где-то ляпну про это, то стану трупом. Потому что за всем этим, по словам моих врагов, якобы стоит президент. Но я не думаю, что это так. Наш президент не мог давать такие указания. За всем этим стоит лично черный полковник Зуев.

Вы числились в этой “десятке” нештатным сотрудником?

Зуев завербовал меня в 1999 году. Предложил собирать информацию по фактам коррупции на таможенных постах и пограничных пунктах. Я согласился на это, потому что всегда в душе ненавидел взяточников. Но фактически Зуев обманул меня, пытался втянуть в свои незаконные дела. Когда я узнал об этом, то отказался с ними сотрудничать. Кроме того, проверка КНБ выяснила, что служебное удостоверение мое было ненастоящим – поскольку приказом МВД нештатные сотрудники запрещены в органах внутренних дел. Все, что я рассказал корреспонденту вашей газеты, правда, кроме одного – лично я сам в этих операциях не участвовал. Обо всем этом я узнал от самого Зуева во время наших разговоров. Мне кажется, что такие злодеяния Зуева не должны оставаться безнаказанными. Я готов все подтвердить на детекторе лжи. Однако Зуев не пойдет на это, я знаю. У меня есть доказательства виновности этого полковника, в том числе и на аудионосителях.

ОТ РЕДАКЦИИ:

“Свобода Слова” продолжит расследование беспрецедентных злоупотреблений властью теми, для кого уже нет такого понятия, как честь: офицера, гражданина, человека. А общество мы призываем помочь нам, чтобы добиться справедливости, оградить от расправы важного свидетеля Василия Кузина, оказавшегося под сильнейшим давлением представителей МВД, кровно заинтересованных в сокрытии должностных преступлений. История еще не закончена.

Газета “Свобода слова”

Новости партнеров

Загрузка...