Человек-оркестр

Рок-окно

В прошлый рок-четверг в магазине “Камертон” прошла необычная сессия. Потому что обычно там на концертах играют молодые музыканты – любители. Что для рок-концерта ситуация вполне понятная – хочется самостоятельно как-то себя выразить перед зрителями, слушателями. В этот же раз концерт давал музыкант, кому, что называется, за 30 и несомненный профессионал своего инструментального дела. Причем, сольного, без группового сопровождения. Для того чтобы лишний раз, навскидку, оценить – каков его исполнительский потенциал? Он показался совсем даже неплохим. И жанр исполнителя оказался весьма редким — мультиинструментальный восточный фолк-рок.

Четверговый рок-концерт в “Камертоне” буквально был заполнен до основания звуком, который лично у меня и сейчас сидит-звучит в памяти, и, полагаю, это надолго.

Павел Медина: человек-оркестр, использующий в своем творчестве на сцене в буквальном плане в руках только гитару. Но в подготовленной им минусовке каких только инструментов нет: орган, саксофон, труба, бас-гитара, барабаны, даже индийская ситар и добра-соло. Его стиль я бы описал как мультиинструментальный арт-ориентал-электроник фолк рок, уф!

Паша начал с рок-н-ролла. Довольно известной композиции с тренировки главной героини “Грязных танцев” по лестнице и вниз. У обоих – у актрисы Дженнифер Грей тогда и у Паши сейчас получилось заводно и весело. Но вот гитарное исполнение могло бы быть здесь и потехничнее, проскочила пара непопаданий в ритм минусовки. Ну что ж, музыкант, как оказалось, только разогревался…

А вот в “Пути” Медина выдал на гора уже совсем другую музыку, пошел с козырей прекрасного восточного фолк-электро-рока. Вошли всей массой электробонги, замелькали голосовые подпевки. Ориентальное звучание минусовки очень даже, без каких-нибудь намеков и очков сразу вас оповестило: “добро пожаловать в Индию!”. Зашептали по верхам ажурно-звучащие ситары. И уже представился проходящий мимо караван (не без помощи напевов под Дюка Эллингтона), направляющийся из магараджей в персидские шахи… Вся кавалькада звуков переходит в унисон торжественного звучания хаммондовского органа, индийских ситар, наворотов бас-гитары при сильном лидерстве сочной хард-соло-гитары. Уж, не в Кашмир ли вместо Багдада направился Медина в своем волшебстве восточной музыки? А вот последняя минута композиции зачем-то прозвучала в джаз-роковой концовке… Все-таки, Павел не туда доехал? Хотя основная часть пути оказалась действительно по-восточному шикарной.

“Океан любви”, представленный автором как “народно-неизвестный”, немало удивил, но тоже в приятном плане. Море, чайки, нарастающий из их фона удивительно эстетичный электросимфонизм симбиоза органа “хаммонд” и сразу нескольких солирующих гитар… Ясно, светло, удивительно гармонично… Опять пошла прекрасная гитарная импровизация. Где-то что-то подобное я уже слышал. Ах! В ирландских напевах Mike Oilfield! Так же красиво, лирично и технично, с интересными находками звучания гитары. Позже Паша от него открестится: не знаю я его, не слыхал. Я – поклонник Востока, но Ирландия? Это же другой, англосакский менталитет! Нет, нет, ни в одной из шести прослушанных импровизаций не было ни одной “съемки”. Медина же сэкстраполировал, виртуально позаимствовав некоторые тональности звучания свой гитары у Майка, сам того не зная. Был у меня грех заподозрить Пашу и в подслушивании некоторых арт-фолковых находок у Aphrodite’s Child, “666” (1971). Но Медина и тут побожился, что и их не слышал… Музыкальные идеи, как и научно-философские, тоже частенько витают в воздухе. И отловить их для творческого, ищущего, мыслящего музыканта, так нет проблем? Позже достоверно оказалось, то Павел Медина действительно не был знаком ни с творчеством Mike Oilfield, ни с ранним Demis Roussos.

Медина окончил карагандинское музыкальное училище в Караганде (у Хайрулина Мурата Касымовича), играет и на домре-соло, на домбре, а гитару и редкий для наших краев индийский ситар освоил самостоятельно. Играл в одной из своих прежних групп композицию на две суры из Корана (!?) — весьма уважаемой им книги. Видимо отсюда у него состоялась импровизация на знаменитый кюй Тюлендинова “Ата Торгау” (“Воспоминание дедушки”). В какие-то доли секунд все наполнилось музыкальным казахским звучанием, посещением тоя в ауле! Сделать это не так легко! Например, некоторые современные музыканты стараются переложить популярные стандарты, ритмы, рифы, ходы западной музыки на тот же Восток. Это, как правило, получается искусственно. Вместо нового, евразийского, звук становится подкинутым подслащенно-лубочным гомункулусом. Медина пошел другим путем: используя собственные находки в роке, джазе, фолке, и в хэви. На мой взгляд, получилось очень гармонично, плавно, технично, старательно, ну и вкусно… Павел объявил, что это была джаз-роковая композиция. – Извините, мэтр! Фолк-рок прекрасного содержания, чистой воды! Жаль, у музыканта не выпущено компакт-диска с этой импровизацией. Взял бы его за любые деньги!

“Время” — композиция-размышление о хроносе, его плавности, текучести, наличии и исчезновении, имении или невозвратности. По замыслу автора она идет 10 минут. На самом деле лимит ее звучания явно зашкалил! Добро пожаловать в арт-космос! Но в отличие от отчасти использующих этот же жанр клавишной алматинской “Next point”, Медина запросто увел слушателей в волшебную космическую полифонию, но и опять “улетел” на Восток, если он есть в космосе… Лично мне в навороченной импровизации мелодий услышалось что-то от заводной еврейской “7.40”, опять рядом на встречных курсах пролетело-прозвучало действо от “Каравана” Эллингтона, прошелестели органные напевы пери из 1000 и одной ночи! Клавишный фон шел основным, позволяя лишь иногда устраивать перебивные переклички бас и соло-гитар. Впрочем, Павел не зря – все-таки гитарист. Впервые на концерте зазвучал блюзовый мелодизм под “Yes” со всей его торжественностью размеренно прекрасной восточно-ориентальной импровизации, перетекшей в джаз-роковую финальную сессию. Э, я – в Алматы? На Баумана? В магазине? Да ну! Где-то на ковре-самолете, летящем в Багдад Гарун ар-Рашида. А парочка посетительниц концерта с комфортом устроились лежа прямо на полу, улыбаясь из своего комфортного положения приятным Пашиным музыкальным находкам…

Нет! Все-таки я в Алматы! Так и называлась последняя композиция Медины. “Самолет прибывает в Алматы”, — по-английски проверещала диспетчерша по аэропорту… Вот измена! Но резвая утяжеленная гитара Паши быстро встряхнула меня от восточной расслабухи и настроила на оптимистичный лад! Эй, слушатель, здесь и сейчас все возможно — не только восточная искусная вязь звука, но сантановский утяжеленный фьюжн, плавно перешедший в мальмстиновскую хард-арт круговерть. Наш Алматы – ворота в мир! В том числе и музыкальный, открытый для всей полифонии музыкальных начал.

Давненько не получал такого удовольствия от столь славного симбиоза звука, мелодизма, стилей, а главное прекрасного мастерства всего этого действа действительного шоу-мэна, человека-оркестра Паши Медины.

Ну и, ай да, Камертон, ай да сукин сын! Где-то же такого на свой концерт нашел?!

Жаль с Интернетом у Паши проблемы – ничего там поэтому у него пока и нет. Не выпущено пока ни одного студийного диска, хотя планов много по сотрудничеству и с Гамбургом, Германия, и в родных пенатах. Вообще-то Медина пришел в музыку после десяти лет профессионального спорта (хоккей, баскетбол, бокс), в музыкальное училище поступил в 27 лет, сразу и без музшколы! И кто сказал, что нет пророков на нашем музыкальном Олимпе?

***

© ZONAkz, 2010г. Перепечатка запрещена

Новости партнеров

Загрузка...