Адвокаты просят защиты

“Хороший адвокат изучает законы;
умный адвокат приглашает судью на обед”

NN

Мажилис парламента в скором времени должен рассмотреть законопроект о праве на квалифицированную юридическую помощь и независимость адвокатуры.

Заседанию рабочих групп нижней палаты парламента, пленарному обсуждению законопроекта на прошлой неделе предшествовал “круглый стол”, который организовали комитет по правовой реформе мажилиса, Центр исследований правовой политики, Союз адвокатов РК, Центр ОБСЕ в Астане и фонд Сорос Казахстан.

В последние несколько лет Казахстан прославил себя не только так называемыми экономическими и посткризисными инновациями, сколь скандалами, связанными с громкими процессами в отношении высокопоставленных чиновников.

Именно тогда, как мне кажется, роль адвоката поднялась на доселе неведомую казахстанской общественности высоту.

Первым и показательным процессом государственной власти, который, по большому счету, она и проиграла, стал процесс по так называемому “делу Кулекеева”.

Несколько месяцев, пока длился процесс, мы, журналисты разных СМИ, общались с чрезвычайно интеллигентным, очень осторожным на публичное слово, но совершенно сокрушительным в своей аргументации на судебном процессе адвокатом Салимжаном Мусиным.

И сейчас, размышляя над всем, что было сказано на “кругом столе” мажилиса парламента по поводу нового законопроекта об адвокатуре, вспоминаю меры репрессий правоохранительных органов и финансовой полиции, которые они применили в отношении адвокатов Салимжана Мусина и Нурлана Бейсекеева – адвоката других фигурантов громких дел – Мухтара Джакишева и экс-зам.председателя Агентства по статистике Нурмана Баянова.

Хотелось бы напомнить интернет-сообществу, читателям “ЗОНы.кз” — лишь один эпизод: когда более двух лет назад личная машина Салимжана Мусина была оцеплена сотрудниками финансовой полиции, которые снимали каждое его телодвижение, оперативная группа нашей газеты в тандеме с независимыми телеканалами предотвратили беззаконие.

Участники прошедшего “круглого стола”, по большому счету, тоже говорили о том, как новый закон должен решать проблемы во взаимоотношениях адвокатуры и государства, защищать адвокатов и поднять его статус и престиж в глазах общества. Однако, судя по прозвучавшим мнениям, новый законопроект, разработчиком которого является министерство юстиции РК, узурпирует власть государства над адвокатурой и провозглашает не столько верховенство права, сколько право чиновников от минюста на тотальный контроль за деятельностью адвокатов.

Председатель Союза адвокатов Казахстана Ануар Тугел перечислил несколько моментов, которые не могут быть приемлемыми, с точки зрения адвокатского сообщества,

Во-первых, это создание комиссии по проверке жалоб на адвокатов.

По замыслу разработчика законопроекта, при департаментах юстиции будут созданы дисциплинарные комиссии, призванные рассматривать жалобы на адвокатов.

— Мы, адвокатское сообщество, выражаем категоричное несогласие с самой идеей создания таких комиссий. Мы убеждены, что нормы, касающиеся усиления государственного контроля над качеством оказания адвокатской помощи по определению противоречит принципам независимости адвокатской деятельности и является нарушением международных стандартов организации адвокатуры.

Минюст в принципе уполномочен лишь координировать действия адвокатуры. А практически возлагает на себя не свойственные ему функции и узурпирует не принадлежащие ему полномочия. И это не говоря уже о таких технических нюансах, что в минюсте отсутствует аналитическая структура, которая имела бы представление, по каким критериям оценивать профессионализм адвоката. Несомненно, что сотрудник департамента юстиции не способен осуществлять контроль за профессиональной деятельностью адвоката, имеющего, например, 30-летний стаж работы, — считает Ануар Тугел.

Главным критерием оценки качества работы адвоката может быть только эффективность ведения им дела своего доверителя — подзащитного, убедительность его аргументов для следствия и суда. В этом смысле право оценивать работу адвоката принадлежит только клиенту и суду.

Однако такой подход не устраивает разработчика законопроекта, а посему норма о создании комиссий по жалобам на адвокатов пока остается в законопроекте.

Во-вторых, большим камнем преткновения стала другая норма — о запрете адвокатам на коммерческую деятельность, владеть акциями и долями участия в юридических лицах, состоять на государственной службе. В противном случае, если эта норма будет принята парламентом, адвокат лишается своей лицензии на адвокатскую деятельность.

— В то же время проект содержит норму, согласно которой в течение месяца после вступления в члены коллегии адвокатов, адвокат обязан на время занятия адвокатской деятельностью передать в доверительное управление находящиеся в его собственности доли, акции в уставном капитале коммерческой организации, и иное имущество, использование которого влечет получение доходов.

Данная норма аналогична норме, регулирующей вопросы передачи в доверительное управление имущества государственных служащих. Однако госслужащий имеет право получать доход от переданного в доверительное управление имущества.

Тогда напрашивается вполне логичный вопрос: в чем смысл запрета учреждать коммерческие организации и приостанавливать действие лицензии, если адвокат может передать свои доли в доверительное управление? – задается резонным вопросом председатель Союза адвокатов.

Кроме того, и это самое главное, — данная норма лишает адвокатов их конституционного права на частную собственность.

Зато разработчик не внес в законопроект ни одной нормы, которая бы укрепила статус адвоката в рамках уголовного и гражданского процессов в соответствии с Концепцией правовой политики на 2010-2020 годы.

Между тем именно процессуальные права адвокатов остаются ахиллесовой пятой всей системы оказания квалифицированной юридической помощи.

В качестве одного из конкретных шагов адвокатское сообщество предлагает ввести в законопроект особый порядок возбуждения и проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении адвокатов. В частности, правом возбуждать уголовное дело в отношении адвокатов должны обладать только генеральный и областные прокуроры. Оперативно-розыскные мероприятий в отношении адвокатов – только с санкции суда.

Еще один очень важный момент. Это — не допускать ограничения в участии адвокатов по делам, связанным с государственными секретами. Наличие у адвокатов специальных допусков не предусмотрено ни законодательством об адвокатской деятельности, ни УПК.

Тем не менее, этот факт не мешает казахстанским судам творить произвол по своему усмотрению. Показателен в этом отношении судебный процесс по делу Мухтара Джакишева, когда скоординированными усилиями суда и департамента юстиции по г. Астане к защите своего клиента не была допущена адвокат подсудимого телохранителя экс-президента Казатомпрома Талгата Кыстаубаева. Более того, выдав бумажку о допуске ее к госсекретам, с таким же успехом через полчаса департамент юстиции ее и отобрал у адвоката.

О соблюдении в судебных процессах главного принципа – состязательности сторон обвинения и защиты и говорить-то не приходится. О неприглядной стороне судебных процессов, когда адвокатов лишают их законных прав на состязательность, без всяких причин отказывают в удовлетворении ходатайств, а судьи занимают позиции стороны обвинения, журналисты знают не понаслышке.

— Решимость добиваться кардинальных изменений нам придает и то обстоятельство, что с каждым годом растет число наших коллег, пострадавших при исполнении своих служебных обязанностей от произвола правоохранительных органов.

Сохранение независимости адвокатуры от государства, повышение статуса адвоката – это отнюдь не вопрос ведомственного или корпоративного тщеславия, это вопрос созидания и укрепления правового государства, — убежден Ануар Тугел.

Тем не менее заместитель председателя комитета регистрационной службы и оказания правовой помощи минюста РК Жанат Элиманов не видит во внесенных им нормах в законопроект противопоставления государства и адвокатуры. “Законопроект направлен на совершенствование организации деятельности адвокатуры, минимизацию коррупции и преданию отдельным нормам силы прямого действия”, — считает он.

Законопроект предусматривает создание на республиканском уровне коллегии адвокатов, которая будет координировать деятельность адвокатских сообществ на местах, разрабатывать программы профессиональной подготовки адвокатов, представлять их интересы в центральных органах государственной власти.

Также предполагается, что она будет разрабатывать и утверждать Кодекс профессиональной этики адвокатов.

Что же касается привлечения адвокатов к дисциплинарной ответственности и видов дисциплинарного взыскания, то, по мнению Жаната Элиманова, положения, содержащиеся в уставах коллегии, существенно отличаются друг от друга и противоречат действующему законодательству.

Законопроектом вносятся некоторые изменения в систему лицензирования. В частности, предлагается увеличить количество представителей адвокатского сообщества в составе аттестационной комиссии, которую будет возглавлять руководитель республиканского объединения коллегии адвокатов. Оптимизируется список документов, необходимых для прохождения аттестации и получения лицензии.

В законопроекте предусматривается создание специализированных юридических консультаций с возложением обязанностей по проведению этой работы на территориальные коллегии адвокатов.

Изменения коснутся и системы уплаты вступительных и членских взносов в коллегии адвокатов. Предполагается, что вступительные взносы будут использоваться исключительно в целях укрепления материально-технической базы для оказания бесплатной юридической помощи и не могут быть направлены на выплату заработной платы и премий. От уплаты вступительного взноса освобождаются лица, желающие заниматься адвокатской деятельностью в сельской местности.

Говоря о контроле за качеством оказания адвокатских услуг, то этот вопрос, по заявлению заместителя председателя комитета минюста, “уже не является новеллой”, и нормы, предусмотренные законопроектом, вовсе не выглядят карательными, наоборот, лишают почву для различного рода злоупотреблений.

Во-первых, предусматривается создание комиссии, куда для объективности будут включены представители адвокатского сообщества. Проверки будут производиться исключительно на основании заявлений граждан и юридических лиц. Срок проверок ограничен 10-ю рабочими днями.

Во-вторых, законодательно устанавливается запрет на проведение проверок по финансовым взаимоотношениям адвокатов с клиентом. Эти вопросы будут решаться исключительно в судебном порядке.

В-третьих, по результатам проверки комиссия может вносить соответствующие предложения, а решать – привлекать адвоката к ответственности или нет, будет исключительно президиум коллегии адвокатов.

Представителю минюста на “круглом столе” блестяще оппонировал Александр Розенцвайг, член президиума Алматинской городской коллегии и коллеги Союза адвокатов, к.ю.н.

— Адвокатура находится в очень агрессивной среде, и история развития адвокатуры – это история борьбы за саму себя, за независимость и самостоятельность.

Сразу оговорюсь: те “новеллы”, которые нам предлагает разработчик в лице минюста, практически приведут к разрушению адвокатуры, к тому, что адвокатура попадет под тотальный государственный контроль.

Таких иезуитских изменений в закон не было даже при советской власти. Советская власть, несмотря на все ее недостатки, не пыталась контролировать адвокатуру так, как сейчас пытается сделать это наше чиновничество.

Я полагаю, что у некоторых чиновников минюста, как говорит один мой знакомый, развилась адвокатофобия. Он советовал страдать этой болезнью за закрытыми дверями кабинетов и не выносить это все на суд общественности, — сказал он.

По мнению известного адвоката, минюст занимается совершенно не специфическими делами: “Как-будто у них все хорошо с документированием населения, решили все проблемы пенитенциарной системы, обеспечивают нормальный допуск к адвокатской профессии. Они влезают в самые оперативные вопросы деятельности адвокатуры. Я не случайно спросил представителя минюста о том, какие критерии качества адвокатской деятельности? Они их не знают.

Одна из основных тем для разработчиков: повлечет ли принятие этих изменений в закон дополнительные расходы из госбюджета? Они пишут, что нет. Еще какие повлечет. Потом, что, меня, юриста с 34-летним стажем, будут контролировать девочки из минюста, которые зачастую не в состоянии бумажку грамотно написать?” — справедливо возмутился Александр Розенцвайг.

Законопроект, по его мнению, с точки зрения юридической техники, ущербный. Минюст, вводя нормы, регламентирующие статус специального юридического лица, вставляет нормы об общественной организации. Иначе, как правовым нонсенсом, это назвать нельзя.

Александр Розенцвайг также поднял проблему допуска адвокатов к госсекретам: “Она высосана из пальца и порождена ненадлежащей правоприменительной практикой спецслужб и, к сожалению, подкреплена нашими судами, которым очень еще далеко, по моему мнению, до того, чтобы они назывались независимыми. Вместо того, чтобы координировать решение этой проблемы, минюст начинает преследовать адвокатов”.

По его словам, в последнее время минюст провел незаконные проверки деятельности адвокатов, инициировал свыше 10 обращений в президиум Алматинской коллегии адвокатов о лишении статуса адвокатов только за то, что они выступили учредителями ТОО. Причем это было сделано при отсутствии в законе такого запрета.

Тем не менее, судьи, следуя корпоративной солидарности, удовлетворили эти абсолютно противозаконные требования. Правда, справедливость все-таки восторжествовала. Но конфликт интересов с подачи минюста был создан. А посему адвокат посоветовал чиновникам из минюста заглянуть в 39-ю статью Конституции РК, которая гласит, что любые ограничения права собственности запрещены.

Предложение разработчика законопроекта о том, чтобы коллегии адвокатов регистрировали свои структурные подразделения юридической консультации, Александр Розенцвайг вообще назвал абсурдным.

“Ну, а если в минюст придут завтра не прокуроры, в основном, а, допустим, придут из МЧС, так они начнут требовать от адвокатов соблюдения требований противопожарной безопасности, может, запретят пользоваться бумажными носителями?” — спросил он у разработчика законопроекта.

После выступления на “круглом столе” Жаната Элиманова Александр Розенцвайг попросил его назвать факты коррупции в адвокатуре. Представитель минюста затруднился с ответом. Зато пример коррупции оказался в запасе у самого Розенцвайга.

— Два года назад мы исключили абсолютно недостойного коллегу из нашей коллегии адвокатов. А в этом году он приходит с лицензией и, глумясь над нами, говорит: я все решил в минюсте. А лицензия была выдана ему незаконно. Понимаете, что творится?- обратился он к Элиманову.

Лицензирование в той форме, в которой оно существует на сегодня, — это очередная удавка на адвоката. Адвокаты сами в состоянии определить, кто достоин быть адвокатом, а кто – нет, — уверен Розенцвайг.

Затронул он и морально-этический аспект взаимоотношений адвокатов с судьями и прокурорами. Последние упорно не желают в лице адвокатов видеть равноправных коллег.

Между тем, судейский корпус – это кадровый резерв адвокатуры. Однако Александр Розенцвайг не припомнил ни одного случая, когда судья, выдавленный из судебной системы, обратился бы в суд с соответствующим иском. Происходит такое потому, что у нас не обеспечено верховенство права, нет независимости суда.

Возможно, уже на этой неделе в мажилисе будут рассматривать законопроект об адвокатуре в первом чтении. И обращаясь к депутатам, Александр Розенцвайг попросил их:

— На сегодняшний день нам не нужно особенно помогать. Мы все-таки самодостаточны, самофинансируемы. Не государство оказывает нам помощь, а адвокатура. 60 процентов дел мы ведем практически за гроши, почти бесплатно. Но так пусть нам хотя бы не мешают.

***

© ZONAkz, 2010г. Перепечатка запрещена

Новости партнеров

Загрузка...