Год тигру под хвост

Олжас Худайбергенов: “Перефразируя поговорку, кризис – в помощь!”

Конец года и, как правило, все подводят итоги. Подсчитали мы все деяния правительства и Нацбанка по укреплению экономики страны и… прослезились. Как бы мягко сказать: не то, чтобы они не помогли оживить экономику, напротив, они усугубили ситуацию. В чем именно – рассказывает директор Центра макроэкономических исследований Олжас Худайбергенов.

***

— Замечаете ли Вы отличия в поведении, мерах правительства по поддержке, восстановлению и развитию экономики в 2010 году по сравнению с 2009 годом?

Отличия большие. Прежде всего, в обосновании вливаний. Если в прошлом году поддержка была в рамках борьбы с кризисом, из которого страна официально вышла по итогам года, то в этом году вливания были под эгидой ФИИР (государственной программы Форсированного индустриально-инновационного развития страны – Ред.). В прошлом году больше помогали строительному и финансовому сектору, в этом году акцент был на том, как помочь предприятиям выплатить долги, а банкам – нарастить кредитование.

— Повысилась ли покупательская способность населения страны?

В 2009 году по сравнению с 2008 годом потребительская активность падала на протяжении всего года – розничный товарооборот падал как в ценовом, так и в физическом объеме. Реальный объем составил около 10%.

В 2010 году номинальный объем рос в каждом месяца на 15-20% по сравнению с тем же месяцем прошлого года. Естественно, с поправкой на официальную инфляцию, равной около 7%, за январь-октябрь физический объем вырос на 12%. Иначе говоря, тут все зависит от того, соглашаешься ли ты официально рассчитанным индексом потребительских цен. Вот только как соглашаться, если коммунальные услуги выросли на 27%, промышленная продукция – на 26,5%, тарифы на перевозки – на 11,8%, и только импортные поступления – на 6,9%. Получается либо у нас все импортное, либо инфляция занижена.

— Насколько плодотворной была работа Национального банка по проведению монетарной политики?

Для Нацбанка последние два года были одними из самых неудачных за всю его деятельность. Дело в том, что в связи с глобальностью кризиса в мировой экономике некоторые закономерности перестали работать, появились новые. Иначе говоря, система начала меняться, и набор взглядов, которые прежде были эффективными, сейчас устарел и не работает. Естественно, это и стало причиной того, что девальвация не оказала никакого эффекта. Предполагалось, что после нее импорт сократится. Однако вместо $1,8 млрд в феврале он вырос до $2,5 млрд в июне, а в декабре 2009-го и вовсе достиг $3 млрд. Ситуация выправилась только благодаря повышению цен на нефть, которая дала мощный рост экспортных доходов.

Надо учесть и другой момент. Перед девальвацией доля кредитов, выданных в валюте, составляла 52,2% от общего объема. При таких условиях девальвация крайне вредна для экономики. Поэтому доля “плохих” кредитов выросла с 7,1% в феврале 2009 года до 37,5% в октябре того же года. Можно добавить, что эффект был и от кредитов, формально выданных в тенге, но индексированных к доллару. Чему равна их доля, статистика не считает. Но до девальвации это было общепризнанной практикой, а потому, скорее всего, доля фактически валютных кредитов могла достигать 80-90%, вместо 52,2% официально заявленных.

Рост доли “плохих” кредитов означал резкое снижение денежного потока от предприятий к банкам, которые в свою очередь были вынуждены сократить кредитование. Нацбанк, конечно, предпринимал меры по обеспечению банков ликвидностью, но они больше помогали закрывать кассовые разрывы, нежели стимулировали кредитную активность. В итоге уже почти 2 года объем новых кредитов находится на уровнях 2003 года. Учитывая тот факт, что идет возврат “старых” кредитов, кредитование постоянно сокращается, в октябре текущего года впервые снизился ниже объема депозитов. Это можно считать большим минусом монетарной политики. Добавлю, что этот момент сильно повлияет на реализацию программы ФИИР, ибо часть предприятий способны осуществлять инвестиционную деятельность только за счет заемных средств.

Также надо добавить, что по авторитету отечественной финансовой системы нанесен удар и снаружи. У нас надзорные функции за банковской системой выведены из Нацбанка, для чего и был создан АФН (Агентство по финансовому надзору). Обосновывалось это тем решением, что в 1997 году в Англии был создан свой АФН, или точнее FSA, то есть, как бы мы следовали современной практике. Но теперь англичане возвращают эти функции обратно Центробанку Англии, а FSA будет как бы отвечать только за написание правил, методик и процедур.

Ну, и самый главный минус – это то, что за столько лет так и не были созданы механизмы, которые обеспечивают экономику дешевыми и “длинными” кредитными ресурсами. Сейчас это особенно видно, когда нет внешних займов, и реализуется программа ФИИР, которая буквально задыхается от недостатка кредитных ресурсов.

— Что положительного привнес в Казахстан, для простых граждан Таможенный союз?

Ничего. Товары не подешевели, а наоборот дорожают. Новые рабочие места не создаются.

Конечно, можно говорить, что ТС работает всего лишь полгода, а эффект будет виден через 3-4 года. Поживем – увидим. Но, считаю, что в любые такие объединения выгодно вступать только тогда, когда есть сильный отечественный производитель, у которого образуются товарные излишки, для сбыта которых потребны внешние рынки. Мы не то, что на внешних рынках, но на своей территории импорт победить не можем. В таких условиях нужна некоторая степень протекционизма, пока производитель не встанет на ноги.

Кстати, когда внутреннего производства нет, но надо обеспечивать население базовыми товарами, на них лучше пошлины убрать. Экономическая политика государства должна быть направлена на то, чтобы людям жилось хорошо. Иначе говоря, чтобы они покупали товары по наиболее доступной цене и в нужном объеме. При этом население должно иметь работу, чтобы на полученную зарплату покупать товары. Применительно к ситуации можно привести такой пример. Например, у нас одежда на 90% импортируется. Государство решило создать несколько текстильных производств по регионам, запуск, допустим, будет через 2 года. Эти 2 года надо пошлины держать нулевыми, а потом при запуске по мере наращивания производства надо поднимать пошлины. То есть, в начале надо обеспечить население доступным товаром, а потом, когда есть возможность, и работой. И так по каждому товару.

— Помимо ТС к новостям этого года можно отнести и запуск программы ФИИР. Какое воздействие она оказала на экономику страны?

Сейчас запускаются проекты, которые так сказать были не доделаны в рамках предыдущих индустриальных программ. Поэтому эффект пока небольшой. Будем ждать эффект в последующие годы, когда будут вводиться совершенно новые проекты. Но для этого должна измениться монетарная политика государства.

— Если хоть немного о положительном. Что позитивного все-таки произошло в уходящем 2010 году?

Этот кризис происходит для нас особенно. Когда развитые страны пытаются выйти из кризиса, они печатают деньги и тем самым помогают выйти и нам. Объяснение в том, что напечатанные деньги направляются на товарные рынки, там растут в цене все сырьевые товары, наши экспортные доходы увеличиваются, и кризис у нас уже не ощущается.

Если так развитые страны будут делать постоянно, то есть вероятность, что наша страна этот кризис не только не ощутит, но сможет за счет роста экспортных доходов выплатить внешний долг и реализовать программу индустриализации по максимуму. Перефразируя поговорку, кризис – в помощь!

***

© ZONAkz, 2010г. Перепечатка запрещена

Новости партнеров

Загрузка...