Гек Финн и казахский Ренессанс

В 2011 году Казахстан, будет праздновать 20-летие независимости, как и другие 14 новых стран бывшего СССР. Из них только несколько могут заявить о полной победе капитализма, и Казахстан, безусловно, в их числе. Мы не верили, но капитализм действительно оказался таким, как нас пугали советские учебники — “грабительским”, “олигархическим” и “эксплуататорским”.

Объявление курса на рыночную экономику в первое десятилетие независимости ввергли страну в эйфорию – впервые в истории открылись возможности прорвать столетнюю социальную изоляцию, участвовать в жизни страны, была отменена цензура, обществом руководили идеи демократии и новизны. Культурные сообщества с энтузиазмом включились в общий лихорадочный процесс – открылось неимоверное количество галерей, творческих объединений, журналов, театров, западных культурных институтов, принявших азартное участие в строительстве нового общества. Газеты, как на фронте, следили за продвижением современных художников: Вильнюс, Вена, Берлин, Женева, Рим, Лондон, Нью-Йорк. Имена Р.Хальфина, М.Нарымбетова, С.Маслова, А.Менлибаевой, Е. и В.Воробьевых, Е.Мельдибекова, С.Атабекова, Г.Трякин-Бухарова, С.Нарынова стали дежурными в рубриках типа “Скандалы недели”\“Победы недели”. Первопроходцы, настаивавшее на оригинальности художественных концепций, основанных на переработке исторических, мифологических и этнографических кодов , определении места, идентичности, политического и экономического контекста, они, как цирковая труппа, вояжируют по многочисленным мировым форумам, биеналле и фестивалям.

Наконец, в Венеции 2005 года нас открыл миру российский куратор Виктор Мизиано.

Надо отдать должное рачительности правительства и бизнеса – Казахстан не потратил ни цента на эту вакханалию художественных инициатив, храня верность академическим традициям, заложенным еще советской властью. Напротив, Фонд Сороса, Центр Современного искусства Сороса-Алматы, Фонд “Хивос”, Кристенсен Фонд, Гете Институт, Британский совет, государственные и благотворительные учреждения принимающих стран вложили немало денег и усилий в создание и развитие современного казахстанского искусства и его представительство на международной сцене.

Постепенно таяли наивные надежды на вовлечение в поддержку художественного процесса министерства культуры и местного бизнеса. Возможно, их пугал накал страстей и критицизм современного искусства, однозначно стремившегося влиять не только на художественную ситуацию в регионе. Но скорее всего, сыграло свою роль нежелание элит связывать свои перспективы с Казахстаном – начавшись в 2000-е, вывод капитала и эмиграция приобрели перманентный характер. Горбачевские лозунги устарели, парламент стал однопартийным, а цензура, пусть негласно, но вернулась.

Центробежные силы набирали обороты. Не только бизнес, но и культурные сообщества видят возможности реализации исключительно в Европе или США. Закрываются газеты и журналы, театры и студии, прекращаются общественные дебаты, из 15-20 галерей остается 2-3. Меняются и статус, и уровень образования, и поколения художников. Коллективистский энтузиазм сменяется экономическим индивидуализмом, романтические идеалы — прагматизмом: научились писать заявки в западные фонды, делать видео и фотоработы, не требующие больших усилий в транспортировке, политкорректно артикулировать “азиатскую” идентичность. Изменился и общий концепт художественных высказываний. Для художников нового поколения (А.Угай, О.Шаталова, Н.Дю, Е.Никонорова, Г.Маданова, М.Зенгер) глобализация – не чудо, а данность, рождающая требование соответствия новейшим трендам и технологиям, конвенциям и бюджетам. Профессиональная составляющая превращается в самоцель, а сиви — в важнейший пункт, способный заменить собственно творчество. Впрочем, ситуация вполне осознаваема и даже анализируется в рамках нескольких художественных работ (например, “Second Hand Artist” Н. Дю).

Довольно сильны сдвиги в сторону рынка – сегодня казахстанских художников выставляют галереи Милана и Лондона, две солидные коллекции среднеазиатского искусства закуплены в частные коллекции Лекхи и Анупама Поддар из Дели и Федерико Пиккари из Турина.

Важным страновым промоциональным актом стали ретроспективные выставки казахстанской живописи и графики в Лондоне, организованные Christie’s и поддержанные тремя крупными англо-казахстанскими компаниями в 2009-2010 гг.

Таким образом, внешняя ситуация полностью соответствует принципам “турбокапитализма” и включена в его глобальную систему. Внутренняя ситуация, сведенная к “дипломатическому сотрудничеству”, также разрешается посредством следования рекомендациям К.Махбубани: “…культурный ренессанс не может только переоткрывать древнюю славу. Он должен открывать направления в будущее. Также, как азиатская экономика брала лучшее на Востоке и Западе, азиатский культурный Ренессанс также должен поддерживать взаимовлияния восточной и западной цивилизаций, включая, а не исключая Запад в расцвет Азии”*. Но Ренессанс, как и утверждения К.Махбубани о прогрессивных возможностях пусть даже авторитарного, но “хорошего” азиатского правительства — это схема существования придворного искусства. Оно и существует – в виде больших академических театров, музеев и консерваторий. За их обновленными советскими фасадами слабо просматривается факт полного отсутствия работ ведущих местных современных художников во всех аж семи художественных музеях Казахстана. Как мраморы Эльгина, они вывезены из страны, смутно ощущающей собственную идентичность. Это причина и того, что за 20 лет в Казахстане не появилось ни одного нового музея искусства, фестиваля или международного форума. Как и того, что сегодня здесь нет ни одной группы или ассоциации художников, объединенных общими творческими устремлениями, а открытие любой выставки – редкое событие.

По видимому, это объективный процесс. Консервация собственного культурного поля – цена, которую страна платит за политическую стабильность, взыскуя иностранных инвестиций. “Разнузданный”, по определению А.де Бенуа, капитализм, выравнивает все, что выбивается за рамки бюджетов, идеологий и интересов транснациональных нефтяных компаний.

Не будем же мучаться русскими вопросами – ответ на них давно нашел другой геокультурный герой, Гекльберри Финн, который говорил: мой отец, как напьется, всегда начинает ругать правительство. Все лучше, чем ругать капитализм – на примере СССР мы убедились, что это бессмысленно.

*Kishore Mahbubani. The Making of Modern Asia, 2005, in the book: Can asians Think?, Forth edition, 2009, p.51

***

© ZONAkz, 2010г. Перепечатка запрещена

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...