Казахизация против имперского синдрома

Ерлан Саиров: “Те русскоговорящие которые живут в Казахстане – они давно казахи, хоть и не знают об этом”

“А кругом все дерьмо гордо всплыло и “тащится”,
и ликует что мир так “свободой” пропах”.

Ефрем Амирамов

В языковом вопросе каждый по-прежнему играет за свою команду, а самих этих команд три: казахскоязычная, русскоязычная и билингвальная. Отсюда и позиции по языковой проблеме различные. “Сфера применения казахского языка будет расширяться за счет русского языка”, – отметил Мухтар Тайжан, президент Фонда Болатхана Тайжана. “Развитие казахского языка не ущемляет русский язык. У нас даже двуязычия нет”, – заявил Ерлан Саиров, кандидат политических наук. “Конституция нарушается. Зайдите в акиматы, медицинские учреждения – там все на казахском языке, посетители ничего не понимают”, – подчеркнул Юрий Киринициянов, журналист. Все это и многое другое было озвучено в ходе круглого стола “Актуальные вопросы государственной языковой политики в Казахстане”, проведенном Центром актуальных исследований “Альтернатива”.

“В этой языковой игре очень большие ставки. Главной целью является завоевание политической власти”, – считает Талгат Мамираимов, вице-президент Казахстанского центра гуманитарно-политической конъюнктуры. Его доклад назывался “Политические аспекты языковой политики в Казахстане”, поскольку “политические факторы являются главными в языковой политике”.

По словам докладчика, в 90-ые годы прошлого века в республике действовал “постимперский синдром, многие граждане нетитульного этноса идентифицировали себя с ушедшим СССР и сопредельной Россией”. Массовая эмиграция русских 1994-96 гг. – “реакция на казахскую государственность, закрепленную в Конституции 1993 года”. “В казахстанском обществе уже сложилось понимание необходимости изучения государственного языка, но проблемы есть: на госслужбе, в СМИ доминирует русский язык, – отметил г-н Мамираимов. – Тренд на постепенное внедрение казахского языка оправдан, но проводится все это неэффективно”.

По версии эксперта, “язык – это очень мощный ресурс отвлечения. В аулах, где нет ни одного носителя русского языка, люди обсуждают языковую ситуацию в стране”. Также государственный язык активно используется как ресурс борьбы за власть из-за низкого уровня использования казахского языка во властной элите. Здесь версию Талгата Мамираимова прямо и косвенно поддержали другие участники дискуссии. “Среди казахстанских министров 23 не знают казахский язык”, – акцентировал Ерлан Саиров. “Казахский язык тормозит элита, потому что их англоязычные дети будут неконкурентоспособны”, – это уже Досмаханбет Кошим, председатель Республиканского движения “Улт тагдыры”. “Самая главная преграда – это власть. Если бы президент при общении с народом говорил на своем родном языке, то к языку и уважение было бы иное”, – заявил Мухтар Тайжан.

В ходе круглого стола сложилось впечатление, что на национал-патриотическом фланге акцент борьбы переместился с русского языка на носителей русского языка. Ермухамета Ертысбаева, политического советника президента, призывали уволить за незнание государственного языка. Бахыт Калымбет, начальник отдела по развитию языков и координационных работ Управления по развитию языков г. Алматы, рассказал о чиновнике из Райымбекского района – “он знал все, кроме русского языка”, но из-за этого его не взяли на какую-то административную должность. В августе г-н Калымбет был в Актау, в офисе компании “Аджип”. “Все разговаривают на английском языке. Там требуют знание английского от всех! Почему мы не требуем от всех знание государственного языка? Это не является ограничением конституционных прав, – подчеркнул чиновник. – Там, где разрабатываются законопроекты, сидят одни русскоговорящие люди, казахскоязычных можно пересчитать по пальцам. Надо поменять всех! Потому что русскоязычные не могут разработать программу по внедрению казахского языка”.

“Языковая ситуация не равновесная”, – отметила Элеонора Сулейменова, президент Казахстанской ассоциации преподавателей русского языка и литературы. В республике зарегистрировано 126 языков. При этом 43 языка имеют менее 200 носителей, да еще и распределенных дисперсно. Если убрать русский и казахский языки, то на все остальные приходится 13,2% населения. “В Казахстане четкая тенденция к моноэтнизации страны. Надо помнить об этой демографической динамике, – акцентировала г-жа Сулейменова. – Языковая гомогенизация идет не так быстро, как кому-то хотелось бы, но она идет”.

Наталья Вдовина, председатель Казахстанской ассоциации учителей русских школ, обратила внимание на то, что “языки равноправны, но не равновесны. За каждым языком стоит пласт культуры. Не все языки обладают объединительной силой. Русский язык таким свойством владеет”.

На языковых сдвигах в образовательном пространстве Казахстана сфокусировалась Ольга Алтынбекова, доктор филологических наук. В 2010-2011 учебном году в 3817 школах с казахским языкам обучения получали образование 62,5% учеников; на русском языке в 1648 школах – 32%. Этнические казахи в школах с обучением на государственном языке составляют 98,5%. Г-жа Алтынбекова особо выделила фактор сильных региональных диспропорций. В СКО обучающихся на русском языке в два раза больше, чем на казахском, а в Кызылорде перевес государственного языка составляет 11,5 раз. “В Астане паритет, в Алматы больше обучаются на русском языке”, – отметила она.

С 2007-2008 учебного года больше половины учащихся колледжей обучаются на казахском языке. Что касается вузов, то в 2010-2011 учебном году 51,6% студентов получали знания на государственном языке и 46,8% — на русском. “Если говорить об образовательном пространстве, то происходит расширение использования казахского языка на фоне сужения русского языка”, – оценила тренд Ольга Алтынбекова.

Досмаханбет Кошим выразил боязнь за русских на Севере и Востоке Казахстана, потому что “через 10-15 лет они останутся на обочине жизни, если не выучат казахский язык”. “Двадцать лет мы ждали, теперь не должны ждать. За убийство же человека наказывают. Надо наказывать за незнание государственного языка”, – заявил он. “Казахи не хотят учить казахский язык. Двадцать лет велись проповеди – они оказались неэффективны”, – подчеркнул Серикжан Мамбеталин, председатель партии “Руханият”. “Единственный способ сохранения языка – это административные меры”, – считает Мухтар Тайжан. “Наступило ли время по законодательному ужесточению требований по знанию государственного языка? Я считаю, что еще не наступило”, – определил позицию Бурихан Нурмухамедов, политолог.

Юрий Киринициянов акцентировал внимание на том, что пока из Конституции не убрали пункт 2 статьи 7 о том, что русский язык употребляется наравне с государственным, нужно соблюдать требования основного закона страны. А в настоящее время во многих государственных учреждениях информация подается только на казахском языке, без дублирования на русском. Еще он поспорил с тезисом Ерлана Саирова о том, что “казахи – та нация, которая получила наименьшую выгоду от независимости”.

На круглом столе выступил оралман из Китая, который не представился, а таблички перед ним не было. “Нам не хватает национального духа, – заявил он. – Пятнадцать лет живу в Алматы и не знаю русского языка. Соседи-русские, человек пятнадцать, за это время сами уехали”.

Нуржан Ошанбеков, представился одним из инициаторов письма 138-ми и обзвона остальных подписантов, сказал следующее: “Хочу выразить мысли Мухтара Шаханова. Казахский язык и так развитый, надо развивать использование казахского языка”.

Ерлан Саиров сообщил о том, как в Астане общался с двумя девушками-казашками, которые знают русский и китайский языки, а казахский не знают. “За двадцать лет независимости выросло целое поколение, которое не то, что не знает, а не уважает казахский язык. Это не обязательно русские – это русскоговорящие”, – указал он. “Те русскоговорящие которые живут в Казахстане – они давно казахи, хоть и не знают об этом. С 1991 года, благодаря Ельцину, Кравчуку и Шушкевичу”, – считает г-н Саиров.

***

© ZONAkz, 2011г. Перепечатка запрещена

Новости партнеров

Загрузка...