“Казахстан даже не троечник, он двоечник”, считает руководитель центра исследований “Сандж” Жанар Джандосова

Если десять лет назад казахстанская власть говорила, что коррупция в нашей стране является одним из самых опасных проявлений, ведущих к серьезным политическим, экономическим и социальным последствиям, потом заявляла, что борьба с коррупцией определена в качестве одного из основных приоритетов государственной политики, то уже в антикоррупционной программе, рассчитанной на 2011-2015 годы, коррупция признана системной угрозой безопасности Казахстана, угрожающей стабильности государства и общества. Противодействие коррупции определено как важнейший стратегический приоритет государственной политики.

Соответственно за прошедшие годы росли и масштабы причиненного государству ущерба. Так, если в 2005 году сумма ущерба составила 379 млн. тенге, то в 2010 году — 6 млрд.800 млн. тенге.

В 2005 году было совершено 1505 коррупционных преступлений, в 2010 году – 1911. И это – по данным официальной статистики.

Разработчики последней, третьей по счету, программы по борьбе с коррупцией признают, что принимаемые государством меры не дают значимых результатов.

Что делать? Ответ на этот вопрос попытались дать участники прошедшего в Астане круглого стола по выработке рекомендаций к программе по противодействию коррупции в Казахстане на 2011-2015 годы.

Модератор круглого стола исполнительный директор общественного фонда “Центр изучения конкурентноспособности” Кадыржан Аскаров считает, что разработчики программы незаслуженно принизили роль гражданского общества в борьбе с коррупцией. Между тем в мире известно более 25 форм общественного участия в противодействии коррупции. Важнейшая – общественная законодательная экспертиза и общественные слушания.

Некоторые эксперты выделяют три стратегии противодействия коррупции. Первая – сознательная пассивность, которая предполагает, что коррупция пойдет на спад вместе с изменением культуры общества, и считают неэффективным трату государственных средств на борьбу с коррупцией.

Вторая – стратегия войны, борьба с симптомами, а не с проблемой, борьба с коррупционерами, а не с источниками возникновения коррупции.

Третья – системная стратегия устранения причин, порождающих коррупцию.

“Сегодняшние меры похожи на попытку реализации системной стратегии по противодействию коррупции. Эти усилия государственных органов надо приветствовать”, — говорит он.

Кроме того, некоторые эксперты считают, что на постсоветском пространстве коррупция ничего общего не имеет с классической коррупцией, поэтому эти стратегии не работают в наших условиях. Коррупция в наших странах приобрела форму коррупционного вымогательства, когда государственные органы, уполномоченные лица откровенно вымогают у предпринимателей какие-то услуги, преференции для себя, даже если этому предпринимателю ничего не нужно от них. При этом ни в одном антикоррупционном международном документе ничего не говорится о коррупционном вымогательстве.

Любопытные факты привела руководитель центра исследований “Сандж” Жанар Джандосова.

По ее данным, сейчас в “коррупционном” рейтинге Казахстан находится на 120 месте, среди таких стран, как Бангладеш, Эквадор, Эфиопия, Гватемала, Иран, Монголия, Мозамбик. В обсуждаемой же программе говорится, что мы должны занять место не ниже 90 из 180 стран. Индекс восприятия коррупции в Казахстане равен 2,7 — по 10-балльной шкале.

На кого мы можем ориентироваться? Если брать постсоветские государства, то вероятнее всего – на Грузию, которая занимает 64 место и индекс восприятия у нее равен 4,1. Россия не может стать для нас примером. Хотя мы и вступили с ней в единый Таможенный союз, но у нее индекс восприятия еще ниже, чем у Казахстана.

Если же ориентироваться на более продвинутые в антикоррупционном плане страны, то на Новую Зеландию, Данию, Финляндию, Норвегию, Швецию, Сингапур, у которых индекс составляет более 9.

“Казахстан даже не троечник, он двоечник. Это позорно”, — оскорбляется г-жа Джандосова.

Ответ на извечный вопрос “Что делать?” депутат мажилиса парламента Айгуль Соловьева видит в “честной” имплементации антикоррупционных международных пактов и договоров.

Кроме того, большой акцент следует сделать на участии общественности в антикоррупционной борьбе. Но она тоже должна работать со своим правовым нигилизмом, чтобы грамотно и качественно разбираться в международном законодательстве.

В парламенте учитываются все рекомендации, предлагаемые неправительственными организациями, хотя, по словам депутата, “государственные органы не хотят отдавать свои некоторые функции и полномочия”.

Интересным во всех отношениях оказалось выступление главного эксперта научно-исследовательского антикоррупционного центра института парламентаризма при НДП “Нур Отан” Нургали Мамытова. Он приоткрыл завесу того, какое противодействие со стороны некоторых госструктур оказывается общественному совету по борьбе с коррупцией при “Нур Отан”.

В частности, совет, возглавляемый сенатором Оралбаем Абдыкаримовым, предложил в законодательном порядке обязать высокопоставленных чиновников предоставлять сведения о карьерном росте супруги, детей и близких родственников, наличии их доходов и банковских счетов, персональную ответственность первых руководителей госслужб за коррупционные преступления и правонарушения подчиненных, проводить тестирование на полиграфе кандидатов на те должности, которые наиболее коррупционно “опасны”, включить в тендерные комиссии по проведению государственных закупок представителей гражданского общества.

Однако чиновники отнеслись к предложениям нуротановцев не то чтобы без энтузиазма — они встретили их в штыки. (В связи с этим вспоминается, как около года назад на заседании совета Оралбай Абдыкаримович возмущался: многие акимы, депутаты парламента и руководители министерств и ведомств открыто игнорируют требование о предоставлении сведений о своих доходах).

Предложения совета по борьбе с коррупцией пока на стадии обсуждения. Но, как пообещал г-н Мамытов, у главной партии страны есть в запасе рычаги эффективного воздействия на тех своих членов, которые вздумают саботировать политическую волю “Нур Отана”. Кстати, по словам эксперта, единственный, кто пока поддержал предложения совета Оралбая Абдыкаримова, — это главный финансовый полицейский страны Рашид Тусупбеков.

Кроме того, НДП “Нур Отан” предлагает принять новый закон о финансовой полиции, об общественном контроле, обязательное декларирование доходов и расходов кандидатов на должности акимов в СМИ, в законодательном порядке дать четкое понятие о государственной ответственности, создать национальную комиссию по кадровой политике.

Не быть по разные стороны баррикад призвал общественные организации и государственные органы заместитель начальника департамента по расследованию и предупреждению дел о коррупции АПЭКП (финансовая полиция) Болат Биисов.

“Это неверно. Работа НПО, общественных фондов не для того, чтобы отчитаться перед собой, вот мы работали-работали, а вот госорганы вот такие нехорошие.

Программа принята в марте 2011 года. Никто, кроме НДП “Нур Отан”, не дал предложений. Президент выступил – что еще надо? Это камень не в ваш огород. Мы всегда пытаемся что-то говорить вдогонку.

Выявленных преступлений все больше. Или коррупция не уменьшается, или правоохранительные органы стали лучше работать?

В обществе должно быть мнение – не выгодно быть коррупционером. Это аукнется на всех родственниках, детях, с учетом нашего менталитета.

40% населения не верит в эффективность борьбы с коррупцией государственных органов. Борьба с коррупцией в некоторых СМИ преподносится, как борьба за власть”, — говорит Болат Мухаметханович.

В финансовой полиции обеими руками за закон о доступе к информации. Народ должен знать, что происходит в государстве. Прозрачность деятельности государственных органов и общественный контроль – вот, по мнению представителя АБЭКП, главные составляющие борьбы с коррупцией.

Мнение Болата Биисова, об отечественных СМИ, думается, заслуживает внимания:

Замечательно было бы, если бы казахстанские СМИ переняли опыт зарубежных стран в борьбе с таким злом, как коррупция. Взять хотя бы, к примеру, маленькую Чечню в Российской Федерации. Там в случае вступления приговора суда в законную силу все СМИ рассказывают об осужденном коррупционере, причем весьма продолжительное время. Так и у нас надо: минимум месяц вещать, чтобы другим неповадно было. Особенно с учетом нашего менталитета, когда “слава” коррупционера мигом будет ложиться и отражаться на его многочисленных родственниках. А у нас журналисты все больше работают по верхам: отработали быстренько один факт и давай искать новые факты, тогда как о прежнем деле все быстро забывают…

Чтобы снизить уровень коррупции, считает президент фонда развития парламентаризма в Казахстане Зауреш Батталова, необходимо устранить причины и условия.

Одна из причин – несовершенство национального законодательства, консерватизм законов. К законотворческому процессу необходимо привлекать экспертов. Известный политик предлагает создать специальное экспертное сообщество, которое должно активно работать с парламентом. А возглавляемый ею фонд уже сегодня готов предоставить программу, помочь подготовить экспертизу всех законопроектов. На сегодня же ситуация такова, что все обращения фонда с предложениями по совершенствованию законодательства не имели успеха.

***

© ZONAkz, 2012г. Перепечатка запрещена

Новости партнеров

Загрузка...