Дамоклов меч над сторожевым псом

Cторожевым псом демократии называют СМИ на западе. В Казахстане же впечатление такое, что у этого пса выпали все зубы. Остается вставить челюсти, что и пытается сделать на протяжении многих лет Международный фонд защиты свободы слова “Адил соз”. Пока безуспешно.

Вот и на прошлой неделе, уже объединившись с Глобальной компанией за свободу выражения “Артикль 19” (Лондон), при поддержке Центра ОБСЕ в Астане и правительства Норвегии, президент Фонда Тамара Калеева и председатель Союза журналистов Казахстана Сейтказы Матаев призвали казахстанские власти внять рецепту журналистского сообщества от беззубости отечественных СМИ – приблизить наше законодательство к международным стандартам свободы слова. Тема международной научно-практической конференции так и называлась: “Перспективы приближения казахстанского законодательства к международным стандартам свободы слова”.

Путь этого приближения видится в правовом регулировании в сфере свободы выражения, как-то: свобода слова и защита частной жизни; декриминализация клеветы и оскорбления; регламентация взыскания компенсации морального вреда по делам о защите чести и достоинства; доступность информации.

Ситуация с правами СМИ, в целом, и журналистов, в частности, в Казахстане аховая. За неполный год осуждены к лишению и ограничению свободы 2 журналиста; нападения на редакции и журналистов совершены в 11 случаях; задержаны 5 человек; угрозы в отношении журналистов – 8; блокирование и ограничение доступа к веб-сайтам – 95; воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов – 20; преследования журналистов в уголовном порядке – 9, в том числе обвинения в клевете 6; гражданско-правовые требования к СМИ и журналистам – 41; отказы и ограничения в предоставлении общественно-значимой информации – 126.

Это – статистика от “Адил соз”. Смею утверждать, что она неполная. Так, за этот период лично я пережила два судебных иска о защите чести и достоинства, в третьем случае дело ограничилось угрозами подать иск.

Законодательное обеспечение свободы выражения является краеугольным камнем становления независимости СМИ как необходимого условия развития демократии, считает посол, Глава Центра ОБСЕ в Астане Наталия Зарудная. И тема ее исследования, которое она провела еще в середине 90-х годов, называлась именно так.

Тема создания необходимых правовых норм для обеспечения свободы слова и СМИ определена как приоритет следующего председательствования ОБСЕ.

“Ограничения должны быть обоснованы государством легитимными причинами. Они должны поддерживаться общественным мнением, исследоваться судами.

Казахстан ратифицировал большое количество договоров и конвенций в области прав человека.

ОБСЕ готов содействовать Казахстану. В частности это касается вопросов свободного осуществления профессиональной деятельности журналистов без дамоклова меча – обвинения в клевете.

ОБСЕ выступает за декриминализацию соответствующей статьи Уголовного кодекса”, — говорила на конференции Наталия Зарудная.

К сожалению, далеко не все государства-участники ОБСЕ выполняют принятые на себя обязательства в сфере СМИ. Так, неделю назад отменил уголовную ответственность за клевету Таджикистан. Однако, отмечают международные эксперты, принятые поправки не в полной мере декриминализуют диффамацию, поскольку они не касаются действующего положения о публичном оскорблении Президента, за которое законом предусмотрено наказание в виде штрафа или тюремного заключения сроком от двух до пяти лет.

Всего же частично или полностью отменили уголовную ответственность за диффамацию лишь 14 государств-участников ОБСЕ. Это Армения, Босния и Герцеговина, Великобритания, Грузия, Ирландия, Кипр, Кыргызстан, Молдова, Российская Федерация, Румыния, США, Украина, Черногория и Эстония.

Но, как известно, в прошлую среду Госдума РФ рассмотрела в первом чтении инициированный группой депутатов-единороссов законопроект, возвращающий в российское законодательство уголовную ответственность за клевету.

В частности, предложено ввести квалифицирующие признаки клеветы. “За клевету с использованием своего служебного положения предлагается наказание в виду штрафа в размере от 200 тысяч до 300 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет либо лишением его свободы на срок до двух лет. Предлагается наказывать за клевету, содержащуюся в публичном выступлении либо публично демонстрирующуюся в произведении или в СМИ. Лицо, ее допустившее, может быть оштрафовано до 200 тысяч рублей из заработной платы или иного дохода на период до одного года. Такой нарушитель также может быть приговорен к принудительным работам на срок до двух лет либо обязательным работам на срок от 180 до 240 часов”, — сообщил Интерфаксу депутат Павел Крашенинников.

Фракции КПРФ, “Справедливая Россия” и ЛДПР увидели в этой законодательной инициативе новое наступление на оппозицию, попытку “зажать ей рот”.

Обозначил свою позицию и Президент Владимир Путин. Он считает правильным вернуть статью “Клевета” в Уголовный кодекс, но при этом следует изъять из нее наказание в виде лишения свободы и принудительных работ.

“Свобода слова является основным приоритетом Норвегии в формировании политики прав человека и нашей внешней политики, — говорит посол Королевства Норвегия в Казахстане Даг Малмер Халворсен. — Ни один человек не может привлекаться к ответственности, если сказанное им было произнесено добросовестно. Каждый свободен выражать свое мнение в вопросах управления государством и других сферах.

Предварительная цензура и превентивные меры могут быть использованы лишь в тех случаях, когда необходимо защитить детей и молодежь от плохого воздействия ТВ- видео- и киноиндустрии.

Каждый имеет право доступа к государственным и муниципальным документам и право присутствовать на заседаниях в судах и административных органах, избираемых гражданами.

Каждый день публикуется список новых официальных документов, и журналисты могут их запросить.

Ежемесячно публикуется статистика, сколько отказов СМИ приходится на долю каждого министерства, и каждый министр не хочет, чтобы его министерство находилось в этом списке. Мы работаем за счет налогоплательщиков, и они имеют право знать, что мы осуществляем за их деньги, какие услуги мы им обеспечиваем”.

Советник Президента Нурсултана Назарбаева по политическим вопросам Ермухамет Ертысбаев признался, что испытывает чувство неловкости: вопросы декриминализации, диффамации за последние пять лет, с точки зрения законодательства, нормативно-правовых актов, не сдвинулись с мертвой точки.

“Буквально вчера вечером я, готовясь к нашей встрече, перечитал книгу знаменитого югославского диссидента Миловано Джиласа. И меня очень сильно поразили его слова, что самая страшная пытка для человека – это невозможность высказать свою точку зрения. Он так и пишет: эта пытка хуже физической – когда человек хочет сказать, но не может сказать, что хочет, либо он вынужден в силу каких-то обстоятельств озвучивать чужую точку зрения, а не свою.

Поэтому свободу слова называют краеугольным камнем демократии.

Но с тех пор, как появилась свобода слова, всегда были, есть и будут люди, которые всячески хотят ограничить свободу слова. И я убедился за последние пять лет, что у вопросов декриминализации и диффамации достаточно много противников, в том числе в высших эшелонах власти, которые категорически не хотят продвижения этого вопроса.

Обратите внимание: даже наша конференция называется “Перспективы приближения…”. Мы по-прежнему говорим только о перспективах и о приближении, хотя Казахстан является членом международного сообщества. Мы действительно ратифицировали уже очень многие важные международные пакты и взяли на себя определенные обязательства.

Я обещаю, как советник главы государства, еще раз проинформировать главу государства в ближайшее время о том, что мы взяли определенные обязательства, и даже в Национальном плане на 2009-2011 годы четко было зафиксировано, что Казахстан будет реализовывать следующие меры: совершенствовать законодательство, регулирующие деятельность СМИ с учетом международных правовых актов в сфере прав человека”, — сказал он и призвал депутатов парламента уже в сентябре этого года начать обсуждение законопроектов, касающихся СМИ.

А Союзу журналистов Казахстана он порекомендовал активизировать свою работу. “Мы говорим: у нас в Казахстане 40 тысяч журналистов. Сейтказы, соберите подписи от Союза журналистов на имя главы государства, парламента. Потому что от того, что мы проведем сотни таких конференций, ничего не изменится. Нужны реальные действия. И надо те обязательства, которые мы на себя взяли, выполнить”, — предложил он Сейтказы Матаеву.

По мнению Тамары Калеевой, изменения, которые в последние годы были внесены в Уголовный и Гражданский кодексы, приводят к большому дисбалансу. Защита личной, частной жизни становится приоритетом по сравнению с другими правами, с неотъемлемым правом человека на свободу слова.

В частности, наши парламентарии, вопреки рекомендациям ОБСЕ, о декриминализации законодательства в отношении СМИ, за незаконный сбор и разглашение сведений о частной жизни лица установили наказание в виде лишения свободы сроком до 5 лет.

“Такой срок дается за убийство. И это при том, что нет понятия, что такое частная жизнь в нашем законодательстве, нет понятия “публичное лицо”.

Мы боремся с коррупцией. Это одно из основных преступлений – злоупотребление служебной деятельностью для того, чтобы в частной жизни плоды этих злоупотреблений пожинать. Надо это в законодательстве отразить? Конечно, надо. И причем здесь личные, интимные, семейные и прочие тайны? Давно это пора регламентировать. Пока этого у нас не будет, коррупция так и будет процветать. Потому что у журналистов одна перспектива – решетка. За то, что кто-то из них осмеливается в эту острую тему влезать”, — возмутилась главная защитница свободы слова в Казахстане.

Нынешний пример России для нас не годится: “Там только панические страхи. Страхи, в первую очередь тех, кто боится за свое положение, льготы, преимущества. Для нас это не может быть примером – шатания из крайности в крайность”.

Диспропорция вопиющая и в сфере гражданских прав: “Десятки законодательных изменений графически смотрятся просто непристойно”.

СМИ разоряются из-за непомерных сумм компенсации морального вреда. Взыскивают их лица, которые фактически никак не пострадали, а взысканные суммы они перечисляют в детские дома и т.д.

Позорной считает Тамара Калеева статью в ГК — неумышленное причинение морального вреда. Скажем, распространил кто-то на официальном брифинге или пресс-конференции информацию (представитель министерства или ведомства, должностное лицо), а она потом не подтвердилась. Кого по судам таскают? Как правило, журналиста и СМИ, выдавших эту информацию. “А что не умышленно – нет значения. Пусть тоже платит. А сколько заплатит? Тут регламента нет. Может, 500 тыс., а может, 500 млн.

Сделаешь зубодробильный материал на актуальную тему – или тебя разорят, или будут годами гнобить, отбирают квартиру, технику, были даже случаи, когда холодильники описывали и изымали”, — констатирует она.

Нормы Кодекса об административных правонарушениях, касающиеся СМИ, даже не смехотворные – анекдотичные. Они переписаны с советского Кодекса – приостановление, закрытие за то, что в библиотеку парламента вовремя экземпляр не сдают, что по вине наборщика слетели номера регистрации или в тираже какая-то цифра упала.

Все предложения по совершенствованию законодательства от журналистского сообщества и юристов, специализирующихся на защите СМИ, имеются в “Адил созе”. Фонд намерен вписать свои предложения в новый Национальный план действий в области прав человека.

Недостаточно иметь собственное мнение. Нужно иметь свободу, чтобы его выражать, говорит эксперт “Артикля 19” Роман Романов из Украины.

Самый простой способ выражения – собрания, где люди могут не использовать технические средства, не обращаться к СМИ как посредникам, а напрямую реализовать свое право.

Говоря о проблеме доступа к информации, особенно касающейся публичных лиц, и способах ее распространения, он отметил, что эта проблема уникальна не только для Казахстана: “Чтобы государства соответствовали принципам демократии, ООН и Совет Европы установили некий стандарт о том, что пределы допустимости критики, пределы допустимого вмешательства в частную жизнь в отношении публичных лиц являются более широкими. В моей стране, в Украине, год назад был принят закон о доступе к публичной информации, который серьезно повлиял на правила игры – доступ к информации стал намного более простым, но не идеальным.

Пожалуй, самое главное, что произошло, это переход на цифровые форматы и развитие интернета. В этих условиях те формы правового регулирования, которые мы использовали традиционно, просто теряют смысл. Они не работают. Это ситуация, когда технологический прорыв ушел далеко вперед. Поэтому искусственные ограничения, которые пытаются внедрять в этой сфере, не имеют ни эффекта, ни потенциала. Они, скорее, обращены в прошлое, чем в будущее”.

Проект новой редакции Уголовного кодекса РК и рекомендациях Совета и Комитета по правам человека ООН в отношении свободы выражения мнения – тема выступления генерального директора ТОО “Компания “ЮрИнфо” Игоря Лоскутова.

Подробно проанализировав рекомендации, он обратил внимание участников конференции: Комитет, в частности, выражает обеспокоенность по поводу сообщений о том, что угрозы, нападения, преследования и запугивания журналистов и правозащитников серьезно сузили сферу осуществления права на свободу выражения; по поводу наличия в Уголовном кодексе положений о клевете в отношении должностных лиц и недавнего введения в действие закона “О Лидере Нации”, которым в Уголовный кодекс вносится новая статья, предусматривающая запрещение и наказание оскорблений и иных посягательств на честь и достоинство Президента. Государству-участнику следует обеспечить, чтобы журналисты, правозащитники и отдельные лица имели возможность свободно осуществлять право на свободу выражения своего мнения, пересмотреть свое законодательство о клевете и оскорблениях, воздерживаться от использования своего законодательства о клевете исключительно в целях преследования или запугивания отдельных лиц, журналистов и правозащитников.

Эта же обеспокоенность содержится в резолюции Совета по правам человека ООН “Свобода мнений и их свободное выражение”.

В ней международные эксперты призывают все правительства к созданию новой категории “преступлений против свободы выражения” в ответ на участившиеся случаи нападений на журналистов, работников СМИ, блоггеров, правозащитников и т.д., связанные с реализацией права на свободу выражения. Категория преступлений против свободы выражения потребует ужесточения наказания по причине того, что преступления против тех, кто реализует свое право на свободу выражения, подрывает право всех остальных знать и влияет на общество в целом. Декларация дает рекомендации по созданию специальных следственных подразделений и специализированных программ защиты, с учетом местных потребностей и проблем.

Касаясь отечественного законодательства, Игорь Лоскутов высказался за то, что государству должен быть выгоден перевод статей об оскорблении и клевете из уголовного судопроизводства в административное: на уголовный процесс тратятся бюджетные деньги, а административные штрафы, наоборот, пополняют бюджет.

“Вроде бы, в проекте концепции Уголовного кодекса РК также говорится, что новая редакция Уголовного кодекса должна предусматривать реализацию международных обязательств Казахстана. Но реализуется ли на деле этот принцип? Я думаю, ответ отрицательный. Рационального баланса интересов государства, общества и личности в рассматриваемой концепции проекта Уголовного кодекса РК на сегодня нет”, — резюмировал он.

Депутат мажилиса парламента РК Нурлан Абдиров является одним из инициаторов законопроекта о доступе к информации. Кроме того, он руководит рабочей группы по законопроекту о персональных данных, который вызвал бурную реакцию в обществе. “Были даже такие публикации, что на каждого казахстанца заведут досье. Было много обращений – письменных и устных. Мы повели презентацию законопроекта. Пока это не официальный вариант, но процентов на 90 содержательную часть законопроекта поменяли.

Одно из базовых пожеланий, который высказывают представители неправительственного сектора, вопрос о защите персональных данных. Было мнение: зачем нам вообще этот закон? Давайте назовем его законом о защите персональных данных.

С одной стороны, люди говорят: мы должны получить доступ к информации. С другой – они не хотят, чтобы вся информация была открыта для всех”, — поделился мажилисмен.

Он согласен с мнением Тамары Калеевой — понятия о публичном лице, о частной жизни, о публичных и общедоступных данных должны найти свое законодательное регулирование: “Чтобы все понимали: да, ребята, если мы играем по этим правилам, и если вы идете на должность, которая относится к категории публичной, то, извините, определенная часть данных будет открыта для всех.

В то же время, конечно же, должна быть конфиденциальная информация. Но где она начинается и где ее пределы? В этом мы тоже должны как-то определиться. Это должен сделать закон”.

Проект концепции Уголовного кодекса еще даже не обсуждался. Но когда он станет официальным документом, пообещал Нурлан Абдиров, он будет ратовать за то, чтобы его опубликовали для всенародного обсуждения.

Кстати, по словам депутат, с 1 января 1998 года, когда Уголовный кодекс вступил в законную силу, было принято 50 законов о внесении изменений и дополнений, в соответствии с которыми УК “фактически превратился в лоскутное одеяло”.

Мнением коллеги по мажилису солидарен Виктор Рогалев.

“Термин “частная жизнь” должен быть расшит. Если мы не подвергнем его четкому толкованию, будет сложно. Никто не даст гарантии – ни журналистское сообщество, ни вообще люди, так или иначе работающие со СМИ, что у кого-то не возникнет соблазна залезть в ту частную жизнь, в которую нельзя. Да, я понимаю, есть публичные политики. Но это не значит, что кто-то должен интересоваться моей сугубо личной жизнью.

Словосочетание “частная жизнь” больше всего вызывает иски к журналистам. Когда мы сумеем найти золотую середину, тогда, наверное, не можно будет поступать с журналистами, которые затрагивают очень острые темы”, — уверен депутат.

Обсуждение темы конференции длилось долго.

Общие выводы. Большинству государств-участников ОБСЕ все еще предстоит декриминализовать диффамацию. Суровые приговоры к тюремному заключению и материальные штрафы все еще применяются в качестве уголовного наказания за диффамацию. В эпоху Интернета декриминализация диффамации является необходимым условием того, чтобы свободные СМИ могли освещать события общественной значимости, не опасаясь уголовного преследования в пределах и за пределами национальных границ и юрисдикции.

Каждый случай тюремного заключения работников СМИ является недопустимым препятствием в реализации свободы выражения мнений и приводит к тому, что журналистам, хотя они и действуют на благо общества, угрожает дамоклов меч, а общество в целом страдает от того, что посредством такого давления журналистов заставляют молчать.

***

© ZONAkz, 2012г. Перепечатка запрещена