Госпрограммы: воровали, воруют и будут воровать

Алматы. 20 ноября. КазТАГ – Тулкин Ташимов. Государственные программы, разрабатываемые, принимаемые и реализуемые в Казахстане, больше напоминают зимнюю кормушку для птиц. Бросил туда зерно, налетела стая, и нет зерна. При этом, “зерно”, пока у нас есть нефть, всегда найдется, “стая” — величина постоянная. Если зерно расклюют, то чиновники обязательно найдут повод запустить еще одну программу. Ведь во всем этом процессе самым важным является количество “зерна”, и его постоянное наличие в кормушке. Извините, в госпрограмме.

Я не помню, чтобы в Казахстане не воровали. Поэтому фразу, которую герой Евгения Леонова бросил Косому, можно перефразировать: “украл, выпил, за новый “Лексус”, (…) сел. Романтика!” Причем, вместо отточия можно поставить другие прелести жизни: кругосветное путешествие на 12 персон (родственники могут обидеться), Lamborghini – сыну и бриллиант “Марсианский розовый” — для дочери, а также пентхаус в центре Лондона (модно).

Удивительно как раз то, что, несмотря на большое количество осужденных за воровство, воровать в Казахстане не только не перестали, но и продолжают с еще большим остервенением.

Вместе с тем сам процесс разработки, принятия и исполнения госпрограмм очень точно охарактеризовал ныне покойный российский политик Виктор Черномырдин: “хотели как лучше, получилось как всегда”. Программы красивые, в них полным-полно правильных фраз, но на выходе получается “как всегда” плохо.

Но давайте перейдем к насущному. Я живу в районе Талгарских дач, которые находятся в 28 км от Алматы. У нас нет ни газа, ни питьевой воды. Но не без надежды.

Кстати, первая искра надежды у жителей дач появилась, когда в начале 2000-х годов в Казахстане приняли госпрограмму “Питьевая вода” на период 2002-2010 годов. Казалось, совсем скоро питьевая вода придет и к нам.

Еще одним аргументом, что дачи нуждаются в газе и питьевой воде, служит то, что они находятся по дороге на горнолыжный курорт СОК “Ак-булак”, где президент РК любит время от времени принимать своих коллег по СНГ. В данном контексте вода нужна для Талгарских дач не только в целях исполнения небольшого кусочка госпрограммы, но и в имиджевых целях. Согласитесь, нет ничего приятного, когда президенты России, Беларуси или Кыргызстана по пути на курорт видят из окон бронированных “Мерседесов” неприглядную картину неухоженных дач, жители которых возят воду на автомобилях и тележках. Некрасиво. Тем более Казахстану, который в рамках СНГ всегда отличался своей крутостью.

Но не тут-то было. Практически ушат холодной воды на жителей дач вылил в конце октября 2011 года председатель комитета по аграрным вопросам и охране окружающей среды сената парламента РК Болат Жылкышиев. На встрече сенаторов с руководством госорганов, посвященной итогам госпрограммы, он заявил, что на ее реализацию направлено более Т205,4 млрд, задействованы водопроводные линии по обеспечению питьевой водой протяженностью 12,935 тыс. км. Чистой питьевой водой обеспечено 3,417 тыс. отдаленных сел и аулов. Но Талгарские дачи в эти прекрасные цифры так и не попали.

Что крайне странно. Да, госпрограмма нацелена на обеспечение водой отдаленных сел и аулов. Однако почему водой не обеспечены пригороды самого большого мегаполиса, понять сложно.

Безусловно, жители дач писали, обращались, жаловались. Но местные власти просто слепы. У них один аргумент: дачи – не населенные пункты, и потому питьевая вода им не положена. Они не видят, что люди на дачах живут круглый год. Или делают вид, что не видят. Тогда становится понятным, почему, например, акимов Талгара меняют быстрее, чем утро сменяется ночью. И практически всех – за хищения государственных средств. Дороги не ремонтируются, бесхозные собаки-кошки не отлавливаются, на главном продовольственном рынке будто Мамай со своим войском побывал, между тем деньги из бюджета осваиваются, а жизнь лучше не становится.

Поэтому главное умение местных властей: меньше думать о нуждах населения, больше – о собственном благополучии. О людях они вспоминают тогда, когда сильно припрет (голодовка или тому подобные нехорошие дела), или из Астаны команду не дадут.

В Казахстане продолжают воровать. Однажды нападающий сборной России по футболу Александр Кержаков бросил фразу: “бил, бью и буду бить”. Примерно то же самое происходит и с госпрограммами: сначала чиновники “воровали, воруем и будем воровать”, а потом правоохранительные органы — “сажали, сажаем и будем сажать”. В Казахстане привыкли воровать по-крупному. Почему? Чтобы в случае, если поймали на воровстве, было чем откупиться. Так, в конце октября текущего года пресс-секретарь департамента финполиции Павлодарской области Самал Ахмедьянова сообщила СМИ об аресте в Экибастузе чиновника, сорвавшего госпрограмму на более Т700 млн.

Но и эта сумма — только цветочки. В мае 2012 года, отчитываясь перед мажилисом об исполнении республиканского бюджета за 2011 год, глава счетного комитета Омархан Оксикбаев сообщил, что целый ряд государственных и отраслевых программ были реализованы в прошлом (2011 – КазТАГ) году с грубыми нарушениями закона.

“По одной только программе “Питьевая вода” неизвестно в чьи карманы утекло более 5 млрд тенге! Фактически водой удалось обеспечить только половину из почти 7 тыс. населенных пунктов страны”, — эмоционально отметил он. Вот почувствуйте разницу: Т700 млн и Т5 млрд.

Теперь жителям окраин приходится гадать: то ли Болат Абжапарулы решил внезапно и сильно обрадовать коллег-сенаторов громким заявлением об исполнении госпрограммы, или Омархан Нуртаевич, зная о массовых фактах воровства, молчал, как Штирлиц. Но более показательно как раз то, что 21 сентября 2012 года главу счетного комитета сняли с должности, а сенатор – работал, работает и будет работать. Вывод очевиден: дольше на должностях сидят именно те, кто громче и, желательно, первым, сообщит об успехах. Кстати, остальным чиновникам и депутатам на заметку. Может, в будущем совет им и сгодится.

Но все же вернемся к насущному. Вторая искра надежды у жителей Талгарских дач забрезжила, когда в продолжение госпрограммы “Питьевая вода” власти приняли госпрограмму “Ак булак”. И деньги по ней выделены приличные: только на 2010-2012 годы — Т12,4 млрд. Но денег будет много больше, так как программа рассчитана до 2020 года. Правда, и эта искра надежды стала быстро угасать.

И на то есть причины. Так, в октябре текущего года главный государственный санитарный врач Казахстана Жандарбек Бекшин раскритиковал программу. “Тянуть на сотни километров трубы и потом их некому эксплуатировать — это тоже большая ошибка. Я считаю, она не учтена в программе “Ак булак”. Ведь новые технологии позволяют качественно очищать воду из любого источника, и не нужны водоводы на сотни километров к населенным пунктам, где проживают от 50 до 500 человек”, — сказал он на заседании депутатской группы “Онир”. Значит, воду тянут мимо Талгарских дач на сотни километров. Такое впечатление, что водоводы проходят мимо пригородов. Наверное, тянут их по полям. А может, и не тянут, а только в отчетах отписываются, что тянут. Все бывает.

Черт с ней, с водой, хотя и обидно. Некоторые могут подумать, что статья писалась на фоне личной обиды. Что касается условий места моего постоянного проживания, да, обижен. Но что касается других госпрограмм, то у меня кое-что болит. Душа, например. А также совесть гражданина. Высокопарно, неправдоподобно, зато правда.

На сегодняшний день нельзя назвать довольными и оралманов, этнических казахов, которые переехали в Казахстан из других стран. Сразу по приезду на родину предков им объясняют правила игры. Например, чтобы получить подъемные по квоте, нужно дать “на лапу” тем, от кого зависит перечисление средств на книжку “Казпочты”. Все обо всем знают, но делают вид, что не знают. Бывают, конечно, исключения, но редко. А не дашь “на лапу”, будешь ждать подъемных, как Суворов вторую звезду, или не дождешься вовсе.

Одна программа сменяет другую, при этом правила игры не меняются. Поэтому вместо программы по переселению оралманов с 2009 по 2011 год действует другая программа — “Нурлы кош”.

Да, угадали. И по ней стали пилить быстрее, чем зэки сибирскую сосну в условиях вечной мерзлоты. В середине июля 2012 года прокуратура Усть-Каменогорска сообщила СМИ о мошенниках, которые на переселении оралманов в Восточно-Казахстанскую область украли миллионы тенге. Злоумышленники оформляли на переселенцев квоты для получения социальной помощи в рамках госпрограммы по переселению оралманов. При этом сами репатрианты даже не пересекали границ Казахстана и не знали, что де-юре стали полноправными жителями Восточного Казахстана.

Но чиновники никогда не сдаются и привыкли действовать по принципу “вижу сучок в чужом глазу и не вижу бревна в своем”. Потому интернет заполонили сообщения об оралманах-“редисках”: мол, подъемные получают, а в Казахстан не переезжают. Другие оралманы-“редиски” промышляют в стране грабежами. Третьи промышляют тем, что инициируют волнения в Жанаозене. Тем самым, в сознание коренного населения вдалбливается мысль об опасности, исходящей от оралманов. В виртуальном мире гуляет мысль о том, что оралманы — другие, странные, непохожие и оттого опасные.

Впрочем, если крепко подумать, то отечественные чиновники, обирающие тех же самых оралманов, и есть на самом деле грабители с большой дороги, а опаснее они потому, что делают это средь бела дня, не гнушаясь злоупотреблением служебным положением. А оралманам, столкнувшимся с воровством и коррупцией в Казахстане, кажется, что этот грабеж получил благословление на самом верху.

Просто не терпится бросить ложку дегтя в госпрограмму “30 корпоративных лидеров Казахстана”. Надо сразу сказать, что власти на самом деле преследовали правильные цели. В частности, создать условия для ускоренной модернизации казахстанской экономики и достичь качественно нового уровня ее конкурентоспособности. Чтобы их достичь, предполагалось создавать, укреплять и развивать корпоративных лидеров, а также реализовывать прорывные проекты, которые имеют значительный мультипликативный эффект и направлены на существенную диверсификацию отечественной экономики. Скучно, конечно, но, по сути, верно.

Даже когда “корпоративные лидеры” обошлись Казахстану в звонкую копеечку, глубоко в душе теплилась надежда, что, в конечном счете, у нас появятся компании, на которые нужно равняться. Кстати, “копеечка” оказалась более чем весомой. Летом 2008 года тогдашний министр экономики и бюджетного планирования РК Бахыт Султанов заявил, что в ближайшие три года на финансирование 26 проектов в рамках госпрограммы будет выделено Т700 млрд.

И по программе кое-что сделали. Например, закончили реконструкцию автомобильной дороги “Астана-Щучинск” (практически единственный проект в рамках госпрограммы, доведенный до конца). И все. А между тем работы по расширению порта Актау в северном направлении были приостановлены после того, как в проект вложили Т3,5 млрд. Кое-как работы велись по двум другим проектам – строительство завода по производству первичного алюминия в Павлодарской области и производство металлургического кремния из жильного кварца. Остальные проекты так и не вышли из стадии разработки технико-экономического обоснования. Деньги потрачены, большинство проектов так и не запущено.

Конечно, такие огромные траты на фоне разразившегося в мире финансового кризиса и его последствий в Казахстане не могли не нервировать казахстанцев. Чтобы их успокоить и хотя бы частично оправдать средства, бездарно потраченные на “корпоративных лидеров”, власти обещали создать специальный сайт, который должен работать в интерактивном режиме, где посетители могли бы задавать вопросы и делать предложения. Предполагалось, что на сайте в режиме онлайн будет транслироваться ход работы на строительных площадках и на производствах, запущенных в рамках программы.

Сайт, надо полагать, растворился в никому не известном оффшоре, одновременно прихватив с собой часть денег, выделенных из бюджета. Несомненно, странно, но у нас и не такое может случиться.

Оставим в покое “корпоративных лидеров” и скажем пару слов о госпрограмме “100 школ, 100 больниц”. Думаю, деньги, выделенные по ней, могли бы сниться Остапу Бендеру в самых сладких снах. Бендер слишком мелко плавал, поэтому госпрограммы однозначно круче. Принятая в 2007 году программа обошлась государству почти в Т200 млрд. Так, только по Костанайской области — в Т3,5 млрд.

Но этих денег оказалось мало. В конце июля 2009 года тогдашние министры здравоохранения, образования и науки Жаксылык Доскалиев и Жансеит Туймебаев обратились в правительство с просьбой о выделении дополнительных средств в размере Т38,5 млрд в связи с удорожанием строительства.

Данная просьба оказалась столь циничной, что вызвала недоумение у много чего и кого повидавшего экс-премьера Карима Масимова. “В условиях кризиса такое “удорожание” — это вообще непонятно”, — недоумевал он.

А ведь раздуть бюджет программы нужно было лишь для того, чтобы больше попилить. Так оно и вышло. 23 февраля текущего года пресс-служба агентства РК по борьбе с экономической и коррупционной преступностью (финполиция) дала сведения о том, что наибольший ущерб при реализации государственных программ в размере Т1,5 млрд был причинен именно при строительстве школ и больниц.

Но из двух вышеуказанных министров “на крючок” силовиков попался только один — Ж.Доскалиев. В августе 2011 он был приговорен к семи годам колонии строгого режима по нескольким статьям, включая хищение государственных средств. Но срок, как у нас часто бывает, не отсидел. Сначала Ж.Доскалиев обратился с ходатайством к президенту РК о помиловании, а когда глава государства просьбу удовлетворил и сократил срок до двух лет, он обратился в суд Астаны с ходатайством об условно-досрочном освобождении. Отсидев 6,5 мес., 16 марта 2012 года экс-министр был освобожден из-под стражи.

Между тем экс-министр образования и науки Ж.Туймебаев пошел по дипломатической стезе. 22 сентября 2010 года, сразу после освобождения от занимаемой должности, он отдыхал недолго, и 7 октября того же года был назначен послом Казахстана в Турции.

Такие вот дела.

По данным финполиции, не без греха реализовывали госпрограмму “Дорожная карта”. В ходе ее реализации чиновники своровали Т178 млн.

Всего же по нарушениям законности, допущенным в ходе выполнения госпрограмм в 2010-2011 годах, органами финансовой полиции возбуждено 262 уголовных дела, по которым ущерб государству составил свыше Т2,2 млрд. В суд направлено 184 уголовных дела, на сегодня осуждены 157 человек.

То, что правоохранительные органы работают по Жеглову — “вор должен сидеть в тюрьме” — не может не радовать. Однако смущает другое. Несмотря на десятки процессов по краже государственных средств и коррупции, Казахстан до сих пор живет по принципу “воровали, воруют и будут воровать”.

У меня по данному тренду есть несколько предположений. Возможно, у нас не тех сажают. Возможно, силовики лишь создают видимость борьбы с казнокрадством. Возможно, тех, кого и нужно было бы посадить, на самом деле посадить невозможно. Значит, силовики сажают тех, кого можно посадить. А те, кого нельзя, поддерживают в чиновничьей среде фон, который стимулирует казнокрадство.

Поэтому на фоне массового воровства бюджетных денег, выделяемых на реализацию госпрограмм, у меня, как у гражданина Казахстана, возникает ощущение, что деньги, выделенные на госпрограмму форсированного индустриально-инновационного развития, рассчитанную на 2010-2014 годы, тоже разворуют. А потом, по прошествии времени, финполиция найдет достаточно поводов, чтобы куда следует и кому следует доложить.