Предприниматели “Атамекена” не согласны с политикой нацбанка

В Астане состоялось первое заседание дискуссионного клуба “Атамекен Форум”. Тема первой дискуссии: “Почему нам нужна концептуально новая система денежно-кредитной политики?”

Казахстанские банки должны выполнять свое предназначение и обеспечивать потребность реального сектора экономики в кредитных ресурсах. Необходимо очищать банки от проблемных кредитов и вплотную заниматься вопросами фондирования, считают участники дискуссионного клуба “Атамекен Форум”.

В Астане открылась еще одна дискуссионная площадка. На минувшей неделе состоялось первое заседание дискуссионного клуба “Атамекен Форум” Центра аналитических исследований, который был создан месяц назад при Национальной экономической палате Казахстана “Союз “Атамекен”. Предполагается, что его заседания будут проводиться раз в месяц.

Тему первой дискуссии ее организаторы обозначили предельно ясно: “Почему нам нужна концептуально новая система денежно-кредитной политики?”.

Модератором выступила председатель Совета ассоциации налогоплательщиков Казахстана Жанат Ертлесова. С присущим ей чувством юмора она выдала “страшную тайну”: согласилась на эту роль буквально за пять минут до начала заседания.

Синдром “узкого бутылочного горлышка”

Первый заместитель председателя правления Союза “Атамекен” Рахим Ошакбаев пояснил, почему именно на тему денежно-кредитной политики пал выбор новоиспеченного Центра.

В декабре прошлого года обозначен ряд новых направлений в рамках Послания Президента “Стартегия-2050”, в том числе был сделан большой акцент на денежно-кредитной политике. Глава государства поручил разработать принципиально новую концепцию. В рамках Общенационального плана мероприятий предусмотрено, что до апреля текущего года должен быть разработан нормативно-правовой акт, который будет представлять концептуально новую систему денежно-кредитной политики, направленной на реализацию трех задач: обеспечение защиты доходов населения, совершенствование регулирования финансовой системы, обеспечивающей очищение банков от проблемных кредитов, и обеспечение потребности приоритетных секторов экономики в доступных денежных ресурсах, — сказал он, предваряя свое выступление.

По его мнению, действующая парадигма денежно-кредитной политики, безусловно, обеспечивала ту макроэкономическую стабильность, которая позволяет Казахстану достаточно прилично выглядеть как среди стран СНГ, так и среди стран переходного периода. У нас высокий уровень привлечения иностранных инвестиций на душу населения. Первый краеугольный камень – макроэкономическая стабильность, поэтому посыпать пеплом голову нельзя. Монетарная власть и правительство в целом проводили достаточно взвешенную и адекватную политику.

Однако время диктует новые вызовы, перед классом предпринимательства тоже. Согласно “Стратегиии-2050”, доля малого и среднего бизнеса (МСБ) в ВВП страны должна удвоиться. Сегодня она составляет 17-18%, а до 2030 года необходимо достичь уровня 35%. Согласитесь, задача весьма амбициозная. Но бояться волка – в лес не ходить.

Другая задача – “индустриализация всей страны”. Однако вопрос финансирования долгосрочного и достаточного фондирования задач индустриализации не решен до конца. Рахим Ошакбаев привел несколько цифр. Так, относительный уровень кредитования экономики и МСБ после предкризисного пика снижается и в настоящий момент составляет 31% от ВВП. В 2007 году он у нас был порядка 56%. Более того, доля кредитов МСБ в общем объеме снизилась в два раза – с 11,7 до 5,8%.

Говоря о стоимости фондирования, он заметил, что в настоящий момент, согласно официальным данным, номинальные ставки снижаются и достигли в тенге 10,7%, в валюте 7,5%. К сожалению, в стране нет информации по эффективным ставкам.

Отечественная статистика умалчивает и то, сколько получает крупный заемщик, сколько может получить такие ставки МСБ, какой объем кредитов получает государственный сектор и по каким ставкам.

“По официальным данным Нацбанка, доля долгосрочных кредитов составляет более 80%. Вместе с тем по классификации это кредиты более одного года, а в обычае делового оборота годовой заем в два года не считается долгосрочным, как правило, считается более 5 лет. По этой причине у нас нет достоверных данных для анализа, какая у нас доступность, какие долгосрочные кредиты. По косвенным данным, порядка только 15% пассивов банка составляют пассивы и обязательства сроком свыше 5 лет. Таким образом, даже у самих банков нет долгосрочного устойчивого банка фондирования”, — говорит спикер.

Серьезный мотив для того, чтобы заимствовать в валюте по более низкой ставке, несмотря на то, что доходность проекта будет в тенге, создает ощутимая разница в номинальных кредитах в тенге и валюте.

Состояние многих заемщиков значительно ухудшила одномоментная девальвация 2009 года, хотя буквально за месяц до нее ответственное министерство публично заявляло, что девальвации не будет.

Кроме того, нет никакой гарантии, что не случится очередная девальвация, так как существует ощутимая разница в уровне инфляции в Казахстане, США и странах Европейского союза. У нас она порядка 6%, в США и Евросоюзе – в пределах 2%.

За последние годы принята не одна программа поддержки предпринимательства, и в каждой из них самым популярным и востребованным инструментом является субсидирование ставки вознаграждения. Однако, считают в “Атамекене”, как для МСБ, так и для индустриализации действующие рыночные ставки не приемлемы. И, возможно, имеет смысл решать вопрос уровня процентных ставок на уровне системной монетарной и денежно-кредитной политики. Необходимо стремиться к тому, чтобы МСБ мог заимствовать деньги у банков не более чем под 5-6% в тенге на долгосрочный период. Поэтому новая система денежно-кредитной политики, которая сейчас разрабатывается правительством и Нацбанком, должна, в первую очередь, решить вопрос создания эффективных механизмов долгосрочного финансирования казахстанских банков в национальной валюте по доступным ставкам, чтобы обеспечить искомые 5-6% на канализации государственного фондирования, в большой степени опираться на нашу финансовую систему — банки, лизинговые программы, МКО и кредитные товарищества.

“У нас сложилась практика, что те деньги, которые выделяются как с Нацфонда, так и из бюджета на финансирование приоритетных секторов, — они канализируются через квази-государственные структуры и таким образом создается эффект “узкого бутылочного горлышка”, когда, несмотря на все старания институтов развития, они не могут переработать весь спрос на кредиты, поэтому освоение идет невысокое и уровень удовлетворенности сектора тоже невысокий”, — уверен Рахим Ошакбаев.

По его мнению, непонятна структура фондирования. Есть гипотезы экспертов о том, что очень значимую часть депозитов составляют депозиты Нацкомпаний, квази-государственных органов. По информации АО “Самрук-Казына”, озвученной в стенах парламента в прошлом году, объем свободных денежных остатков составил свыше 2,7 млрд. долларов США в виде наличных денег, подавляющая часть которых размещена в депозитах.

Согласно выводам Центра аналитических исследований “Атамекена”, существенного оздоровления балансов банков, их ссудного портфеля не произошло. Судя по отчетным данным на конец прошлого года, текущий уровень проблемных займов в банках второго уровня (БВУ) составляет 71%. В декабре 2012 года 29% безнадежных кредитов, 43% сомнительных и 28% стандартных кредитов, тогда как в январе 2007 года эти показатели составили: безнадежные кредиты — 2%, сомнительные — 46% и стандартные — 53%. Низкое качество ссудного портфеля банков не позволяет им активно осуществлять кредитование.

Кроме того, в “Атамекене” хотели бы сопоставить объемы прямых иностранных инвестиций в экономику и доходность, которую получают иностранные инвестиции, сопоставить эту доходность с доходностью Национального фонда. Увы, подобная информация недоступна. Известно лишь, что в 2008 году доходность по иностранным инвестициям составляла 30%. В сопоставлении с отрицательной доходностью НФ.

Кто в фаворе банков?

Председатель комитета по финансам и бюджету мажилиса парламента Гульжан Карагусова напомнила: первоначально при формировании денежно-кредитной системы была поставлена задача — становление производства и его кредитование. Но так случилось, что монетарные вещи перевесили, поэтому мы сейчас имеем в негативе тот факт, что в конечном итоге около 80% объема всех кредитов банки в основном предоставили сфере торговли и услуг, потому что эти кредиты менее рискованные.

Была антикризисная программа, специально на рефинансирование были выделены деньги. 70% этих кредитов опять “съели” торговля и услуги. Опять в выигрыше оказались другие государства, которые предоставили казахстанским банкам эти средства. Но не Казахстан. Как следствие – оздоровление производства не произошло.

Депутат мажилиса предлагает пересмотреть саму структуру построения финансовой системы и вернуться к той, которая изначально должна быть в нормальной экономической модели. Финансовая система должна в первую очередь обслуживать производство. В законодательном порядке необходимо закрепить жесткое регулирование, сколько должно быть долгосрочных кредитов, сколько на инфраструктуру.

“Да, будет нелегко, — предупреждает Гульжан Карагусова. — Потому что трудно перестраиваться банкам, потому что мы, если посмотреть реально, не оздоровили банки. Само производство тоже еще не научилось быть ответственным. Надо, чтобы система залогов, с одной стороны, была не обременительной, с другой – надо понимать, что депозиты – это деньги не только Нацкомпаний, но в большей степени это еще деньги населения”.

Виноваты не менеджеры

Банковскую систему нельзя рассматривать в отрыве от всей экономики. Казахстанская экономика все-таки зиждется на нефти.

Из трех основных ее секторов — горнодобывающий, обрабатывающий, услуги — первый практически не кредитуется в БВУ, он “сам с усам”, у него свои источники фондирования; второй пытается финансироваться в банках, но у него очень большие риски, связанные не с тем, что они плохие менеджеры или плохо работают люди. Есть закономерные условия, в которые поставлены предприятия этого сектора, из-за чего их продукция объективно не может быть конкурентноспособной с той аналогичной продукцией, которая производится в других странах. Поскольку банки всегда считаются с рисками, то этот фактор объективно сдерживает кредитное инвестирование обрабатывающей отрасли.

Вторичному сектору экономики в вопросах кредитования банки отдают предпочтение третичному – услугам, где рисков почти нет.

“Ситуация в общем-то закономерная. Поэтому надо всерьез взяться за решение проблемы повышения конкурентноспособности производства”, — убеждена директор Центра макроэкономических исследований Сара Алпысбаева.

Кредиты не доходят до потребителя

Председатель комитета по финансам и бюджету сената парламента РК Рашит Ахметов предлагает: прежде чем “разрулить” маховик денежно-кредитной политики, надо разобраться, а что нужно реальному сектору экономики. Нужно, чтоб он сам себя воспроизводил и заработал. Но проблема в том, что кредиты и возможности, которые ему дает государство, зачастую не доходят до потребителя.

Сенатор считает, что торговля и услуги могут развиваться самостоятельно, государство же должно финансировать реальное производство. Риски при этом должны лечь на государственные плечи. Деньги должны дойти до конечного потребителя, а не застрять на уровне квази-государственного сектора либо на уровне банков. “Поэтому, — говорит сенатор, — мы должны отработать механизмы, которые позволили бы реальному сектору просто идти и хватать эти кредитные средства”.

Концепция “невозможной троицы”

Понять, какие возможности существуют у денежно-кредитной системы в достижении того, что хотели бы от нее иметь казахстанские бизнес-структуры и в целом общество, предлагает эксперт АО “Халык банк” Сабит Хакимжанов.

По его мнению, это должен быть стабильный курс, свободное перемещение капитала через границу и независимая денежно-кредитная политика, которая позволит решать внутренние задачи экономики.

Существует так называемый принцип “невозможной троицы”. Это из области сказки о рыбаке и рыбке. Чтобы не остаться у разбитого корыта, “золотой рыбке” надо загадать всего два желания. А у нас их великое множество. Сабит Хакимжанов предлагает: четко сформулировать мандат, цели и задачи, инструменты для Национального банка, чтобы на выходе получить реальный результат.

Если мы хотим направить деятельность Нацбанка на выполнение внутренних задач, то нужно понять, от чего хотим отказаться – от стабильного обменного курса или полностью закрыть границу для “горячих” денег. При этом надо рассчитать последствия.

Эксперт считает: должны быть либо рыночные механизмы, либо централизованные директивы.

Это страшное слово “девальвация”

Заместитель руководителя Центрального аппарата НДП “Нур Отан” Расул Уразгулов взглянул на тему первого заседания дискуссионного клуба с “партийной точки зрения”, то есть глазами избирателей партии власти:

— После 2008 года идет поэтапное снижение процентных ставок во всех банков, поэтому многие сомневаются в эффективности размещения своих денег на депозитах. Постоянные слухи о девальвации создают напряжение.

За последние три года во многих банках ухудшается сервис, в сельских населенных пунктах практически нет филиалов банков. Эти вопросы тоже должны рассматриваться в рамках совершенствования денежно-кредитной политики.

Вал жалоб, особенно по ипотеке на жилищном рынке. Банки не объясняют людям, на какой риск они идут. Должна быть система страхования ипотечных рисков.

Население интересует сохранность денег, реальный рост пенсионных накоплений.

Где она, золотая середина?

“Стоимость фондирования — один из ключевых факторов, который создает конкурентноспособные преимущества. После распада СССР мы заведомо были в неконкурентных условиях по сравнению со странами, где Центральные банки имели право финансировать бюджет напрямую. В Казахстане и России такого права нет.

Возникают риски, при которых реализация проектов просто невозможна. Бюджет у нас каждый год то разворачивается, то сворачивается, и риски влияют на условия реализации любого проекта”, — считает управляющий директор Ассоциации финансистов Казахстана Медет Сартбаев.

Между двумя моделями – рыночной и централизованной, административно-плановой – найти какую-то золотую середину, — предлагает он.

В Казахстане есть проекты, в которых импортная составляющая имеет небольшой удельный вес. Например, строительство электростанции. Наверное, их можно финансировать за счет эмиссии Национального банка. А проблемы воды, развития сельских местностей, малых городов и т.д. – за счет обязательств бюджетов.

— Кроме того, необходимо, — говорит он, — более активно использовать механизм взаимодействия институтов развития и коммерческих банков. Реализация проектов должна предполагать вовлечение коммерческих банков на определенную долю софинансирования, т.е. финансирование оборотного капитала. Таким образом, обеспечивается доходность для коммерческих банков, и риски были бы адекватны источникам фондирования коммерческих банков.

Анекдот от айдына карибжанова

Председатель Совета директоров Visor Holding Айдын Карибжанов вспомнил незабвенного главу КГБ СССР и “краткосрочного” руководителя нашей некогда единой державы Юрия Андропова, который сказал примерно следующее: “Мы до конца не знаем то общество, которое мы построили”. Оттолкнувшись от этого ставшего крылатым изречения советского босса, Айдын Карибжанов заметил: прежде, чем предлагать то, как использовать деньги Национального фонда, торпедировать или не торпедировать инфляцию и пр., нужно сказать, что за последние 10 лет, по мере того, как государство начинает играть все большую роль в экономике, у нас произошли системные функциональные диспропорции.

В чем суть этой диспропорции?

— Это выглядит как анекдот, но у нас банки занимаются жилищным строительством. Национальный банк, который должен спасать банки, занимается контролем цен на овощи. В то же время Аграрная корпорация занимается выдачей кредитов.

По смыслу все это абсурдно. Поэтому прежде чем заняться изменением кредитной политики, мне кажется, все эти вещи надо развернуть на место. Тогда все будет намного яснее, — предложил спикер дискуссии.

Внимание участников дискуссии он обратил и на такой момент — надо различать, что такое инвестиционный и инфраструктурный проекты. Инфраструктурный — это дороги, аэропорты и т.д. Опыт показывает, что проблема осуществления этих проектов совсем не в деньгах. По известному афоризму, денег у нас достаточно, ума не хватает.

“Инфраструктурные проекты изначально не окупаются. К примеру, все понимают, что дорога вокруг Алматы нужна. В то же время все понимают, что вряд ли она будет платная…”, — продолжил было свою мысль г-н Карибжанов, как сидящий рядом с ним Ораз Жандосов, директор Центра экономического анализа “Ракурс”, вставил реплику: “Они будут платные, но не окупаемые”.

По мнению Айдына Карибжанова, деньги на инфраструктурные проекты надо тратить из бюджета, не привлекать их из пенсионных фондов. “Давайте тратить деньги на инфраструктурные проекты из бюджета. Государство собирает налоги, на эти налоги пусть оно эти проекты и возмещает. И не стоит, мне кажется, примешивать деньги пенсионных фондов или банков к этим вещам”, — призвал он.

С большой осторожностью следует относиться и к использованию государственных денег для поддержки бизнеса, к институтам развития, государственным органам, которые будут этим заниматься, предупреждает спикер. По его глубокому убеждению, в распределении денег для бизнеса государственные органы вообще не должны принимать участия, поскольку у них нет института администрирования, в отличие от коммерческих банков.

Нацбанк не оправдал мандат

Если банковская система тяжело больна, то бессмысленно говорить о скорейшем реформировании денежно-кредитной политики – лейтмотив выступления Ораза Жандосова.

У известного экономиста и аналитика много вопросов к политике Национального банка РК по существующему мандату: по его позиции по потенциальному рефинансированию; финансовой стабильности банков для поддержки деловой активности реального сектора; насколько финансовые ресурсы эффективны и своевременно распределяются между теми, кто сберегает и инвестирует деньги и т.д.

Директор “Ракурса” предостерегает от заблуждения на предмет довольно высокого темпа роста казахстанской экономики в последние три года: он, в основном, происходит за счет сфер потребления. “Если смотреть рост продуктивной экономики, не завязанной с секторами потребления, он гораздо ниже”, — резюмирует он.

Как считает Ораз Жандосов, свою единственную цель по мандату – обеспечение низкой инфляции – Национальный банк РК не выполнил. В 2007-2008 году инфляция была 8%, сейчас цель — 6,8%. В странах с нормальной экономикой она существенно ниже, чем у нас.

“Наш Национальный банк получил кучу техпомощи по конвертированию инфляции в середине 2000-ых, потом все это бросил, похоронил, при этом никому публично не объяснил, почему похоронил. … Приходится то ли верить, то ли догадываться”, — заметил он.

Странным Оразу Жандосову кажется и тот факт, что у Нацбанка нет исследований по распределению депозитов населения.

Но при этом Нацбанк предлагает использовать ресурсы пенсионных фондов и делает примерную оценку – якобы 650 млрд. можем набрать. “Мне кажется, это затрагивает интересы каждого, кто работает в нашей стране. … Деньги пенсионных фондов – это конкретные, персонифицированные деньги граждан”, — не соглашается он с политикой главного банка страны и по этому вопросу.

Надо поменять мандат Нацбанка, с учетом специфики нашей экономики следует его расширить: деятельность Нацбанка прямо должна выражаться в интересе в растущей доле сбережений населения, — считает Ораз Жандосов.

***

Защита доходов каждого казахстанца, приемлемый для экономического роста уровень инфляции, доступность кредитных ресурсов – вопросы не только макроэкономики. Это – вопрос нашей социальной безопасности. И создание новой дискуссионной, а значит, диалоговой площадки, где могут высказать свое мнение как представители казахстанского предпринимательского сообщества, государственных органов власти, так и неправительственного сектора, выработать предложения правительству, – в любом случае, это отрадно.

***

© ZONAkz, 2013г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...