Казахстанские КСК: дома на баланс передали, а доверие население потеряли

Деньги с жильцов аккуратно собираются, но жизнь в кооперативе не улучшается…

Алматы. 13 марта. КазТАГ – Тулкин Ташимов. Кооперативы собственников квартир (КСК), задуманные как одна из форм самоуправления граждан, сейчас больше напоминают систему “ниппель”. Деньги с жильцов аккуратно собираются, но жизнь в кооперативе не улучшается. Очень напоминает, как работает ниппель: туда – пожалуйста, оттуда — никак.

Впрочем, поводом для написания статьи стала новость, которая в конце февраля промелькнула на нашей новостной ленте. Тогда со ссылкой на начальника управления энергетики и ЖКХ Павлодарской области Саина Каменова, КазТАГ сообщил, что в этом регионе собственники квартир все чаще отказываются от КСК и переводят дома на самоуправление.

Причем, отказ от КСК уже стал новой модой. “В последние 3-4 года наблюдается тенденция выхода домов на самоуправление. Только в последние 2 года число многоэтажных домов в совместном управлении всеми собственниками по принципу “один дом – одно управление” увеличилось вдвое”, – отметил С.Каменов на общественных слушаниях по развитию жилого фонда. По его данным, форму “один дом — одно управление” выбрали жильцы 241 дома в Павлодаре, Экибастузе и Аксу.

Причиной всему – недовольство работой КСК. Чем они занимаются понять крайне сложно. Так, в Павлодарской области более половины многоэтажных жилых домов нуждается в ремонте. 1243 домам требуется капремонт кровель, 910 – внутридомовых инженерных сетей, более 100 домов нуждаются в ремонте и замене лифтового оборудования. Если КСК не собираются думать о комфорте своих членов, значит жильцы берут власть в свои руки и пытаются наладить быт самостоятельно. Согласитесь, это их право.

Все бы ничего, если бы не одно но. Если от КСК начнут отказываться в массовом порядке по всему Казахстану (павлодарский прецедент налицо), то в скором времени КСК могут вымереть как институт.

Между молотом и наковальней

На самом деле КСК придумали власти, а не население, чтобы после массовой приватизации жилья, спокойно снять с баланса жилой фонд. Один хозяин – государство – ушел из сферы управления жилфондом, другие – КСК – появились, чтобы подменить. Но подменить не получилось по банальной причине: в экономике, работающей не по рыночным законам, а по ощущениям, ничто не может работать так, как его изначально задумывали.

Но это общий вывод. Между тем, КСК с самого своего рождения оказались между молотом и наковальней. С одной стороны, на них регулярно “наезжает” государство в лице местных акиматов. Недавно на нашей новостной ленте со ссылкой на начальника управления природных ресурсов и регулирования природопользования Алматы Алтая Рахимбетова прошла информация о том, что за два месяца 2013 года на руководителей КСК Алматы наложено штрафов на общую сумму около 900 тыс. тенге. Основное нарушение: плохая уборка дворов. Не ошибусь, если предположу, что штрафы так или иначе заплатят жильцы: у КСК других источников дохода просто нет.

С другой стороны, КСК, в том виде, в котором они сейчас существуют, могут быть довольны только африканцы, которые за несколько долларов готовы плясать несколько часов подряд. Мы не африканцы, поэтому плясать под чужую дудку не хотим и не будем. Но от собственного бессилия будем, как всегда, выражать свое крайнее недовольство так, как умеем: руганью и матом.

Правда, выраженное таким образом недовольство мало что способно изменить в реальной жизни. И невдомек нам, что ругань и мат – признак слабости, а не силы. Ругая жизнь, мы, тем самым, не созидаем, а, скорее, рушим. Но самое неприятное в том, что каждого из нас в отдельности, и всех одновременно держат за лохов. КСК деньги собирает, тогда как грязные дворы и подъезды становятся еще грязнее, оплеванные мусорные баки – страшнее, а мусор с улиц постепенно проникает в наши жилища.

И происходит все это безобразие по причине бесконтрольности руководства КСК. Закон РК “О жилищных отношениях” от 1997 года написан таким образом, что формально председатель КСК несет ответственность перед жильцами, а на практике — исключительно перед своей совестью.

Отчасти поэтому у нас теория весьма далека от практики, примерно настолько, насколько далек от Земли самый удаленный объект. По мнению астрономов, если выражать расстояние в километрах, то это цифра, позади которой 23 нуля, а свет оттуда добирается до нас 13 млрд лет. То же самое происходит внутри КСК.

В теории руководство КСК избирается и переизбирается самими жильцами. Зависимость прямая, и потому председатель кооператива должен постоянно думать о степени доверия к своей персоне со стороны жильцов. Но он этого и не собирается делать.

Так как на практике председатель КСК налаживает отношения с властями. Они имеют административный ресурс (в отличие от жильцов), потому могут проверить и наказать. Поэтому глава КСК, хочет того или не хочет, вынужден заискивать перед акимом и обхаживать проверяющих. Потому отношения с властями для председателя КСК приоритет, с жильцами, как раз не имеющими доступ к административному ресурсу, отношения выстраиваются, в лучшем случае, по остаточному принципу.

Некоторые заблуждения

По поводу деятельности КСК существует множество заблуждений. К примеру, большинство работников КСК считают, что жильцы платят целевых взносов мало, поэтому подъезды и дворы находятся в неприглядном виде.

“Взяли, нахапали квартир, — пишут они, — засучивайте рукава и пашите по полной программе, не хотите – платите людям, которые будут за вами ваше же дерьмо убирать”. “И не нойте – читать смешно. 10 тенге, 12 тенге (за 1 кв. м) – бред сивой кобылы. А не будете сейчас содержать, как этого требуют конструкции и инженерные сети, то потом на развалинах будете жить вы сами или ваши детишки. Это я вам как инженер говорю”, — добавляют они.

На самом деле, может, нужно заплатить больше, и тогда КСК вычистят дворы и подъезды, проследят, чтобы на детских площадках не стояли автомобили, организуют установку мусорных баков, и найдут методы, как принудить людей соблюдать чистоту. Однако правило “больше денег – больше чистоты” в нашей действительности вообще не работает. Почему?

Попробую пояснить на конкретных примерах.

Сегодня управляющие директоры госфонда “Самрук-Казына” получают зарплату свыше Т1 млн в месяц. С полагающимися бонусами выходит кругленькая сумма, которой они, как многие уже знают, недовольны, и хотят больше. А давайте выясним, за что они получают высокую зарплату. Так, предварительно суммарный чистый доход ФНБ “Самрук-Казына” за 2012 год без учета банков второго уровня составил Т850 млрд, или чуть больше 4,3 млрд евро. Для сравнения: чистая прибыль крупнейшего в Европе автоконцерна Volkswagen AG по итогам 2012 года составила 21,72 млрд евро. То есть один автоконцерн заработал более чем в 5 раз больше, чем 583 компаний, которые входят в казхахстанский госфонд. Наглядно?

Другой пример. В свое время тогда еще главный дорожный полицейский страны Омурзак Тусумов довольно существенно повысил зарплаты своим сотрудникам. Ожидалось, что они станут работать честнее, чем до повышения зарплат. Но лучше работать они не стали, а поборы лишь участились. Потом руководство МВД, видимо, одумалось, и повышение зарплат отменило. Единственное, к чему в реальности может привести повышение зарплат дорожных полицейских, так это к росту размеров поборов. Выше зарплата – выше поборы.

И потом. Если дворнику платить в два раза больше, чем сейчас, то поначалу убирать он станет лучше, но это продлится недолго – об этом мой практический опыт говорит. Аппетит приходит во время еды, поэтому через некоторое время качество его работы вновь снизится: до следующего повышения зарплаты. Так и с КСК.

Если они станут собирать в два или три раза больше, чем сейчас, то дворы и подъезды поначалу станут чище, а спустя время вновь станут непотребными. Правда, качество жизни родственников руководства КСК обязательно повысится.

У кого рыльце не в пушку?

Власть почему-то считает нас недорослями. Оттого они пропихивают выборность сельских акимов через маслихаты, подавая это как манну небесную, и как сильный ход в либерализации политической системы. Почему через маслихаты? Недоросли, одним словом, и не готовы граждане выбирать напрямую. Получается, что власти точно знают, с каким дурным контингентом они имеют дело. А “контингент” должен все это скушать.

Но ведь главная мысль лежит на поверхности: Астана опасается, что “контингент” выберет нелояльных властям людей. Кое в чем власти правы. Наше “облико морале” в настоящее время сильно отличается от любого жителя любого швейцарского кантона.

Даже если КСК работает хорошо, а во дворах ежегодно заботливо высаживаются цветочные клумбы, у нас всегда найдутся люди, которые по этим самым клумбам проедут на своем автомобиле, раздавят, лишь бы напрямую проехать к месту постоянной стоянки.

Это, так сказать, в крови. Обогнать впереди идущую машину во что бы то ни стало, организовать более роскошную свадьбу, чем сосед, даже если придется залезть в долги, проехать на красный свет светофора, а потом хвастаться этим перед знакомыми и друзьями – лишь небольшая часть дешевых радостей, которые, как мне представляется, украшают жизнь некоторых наших сограждан.

Проблема в том, что у богатых свои радости и причуды, у среднего класса и плохо обеспеченных – свои. Но, зачастую, все мы – и первые, и вторые, и третьи — сами гадим там, где живем: водительскую дверь открываем, чтобы сплюнуть на тротуар, открыв окна автомобиля, усердно выбрасываем мусор. В результате, внутри машины светло и чисто, во дворе – грязно и страшно. Так и живем.

Но понять одного, как говорил Титаренко из фильма “В бой идут одни старики”, “не могем”. Грязь и бардак вокруг нас давно стали неотъемлемым элементом быта, и без них мы уже не можем представить нашу жизнь. Свыкаемся.

Так как руководство КСК избирается зачастую из жителей домов, то и они, родимые считают грязь и бардак неотъемлемым элементом быта. И, заметьте, если КСК вдруг ни с того ни с сего уподобился на уборку двора, то председатель обязательно ходит петухом и ждет от жильцов похвалы. Что обязаны делать по роду службы — считаем чуть ли не подвигом. Так и живем.

Многие из нас строго придерживаются принципа “моя хата с краю, ничего не знаю”. У каждого свои заботы, проблемы, трудности – не до грязного двора или подъезда. Видя это безразличие, глава КСК думает про себя: зачем напрягаться, если это никому не нужно. И не напрягается: “пилить” собранные деньги под безразличные взгляды веселее. В конце концов, даже поначалу хорошие КСК постепенно скатываются на уровень плохих или очень плохих.

Макро- и микроКСК

Сегодня многие понимают, что с КСК нужно что-то делать, но что конкретно – никто не знает. Между тем, взять и просто грохнуть КСК мы не можем. Они – мировая практика, в том или ином виде существуют во многих странах мира, даже в тех, с которых Казахстан любит брать пример. Но вот незадача: там, на Западе они работают, у нас – ни в какую.

На фоне такого явного контраста споры в обществе вокруг КСК регулярно вспыхивают нешуточные. Так, например, власти предлагают реформировать КСК и сделать их эффективными. Со своей стороны, население в реформы не верит, отказывается от КСК, и, взяв весло в руки, пытается грести самостоятельно.

В ноябре 2012 года к спорам вокруг КСК подключилась депутат парламента, председатель комитета по социально-культурному развитию Дарига Назарбаева. По ее мнению, КСК “как органы местного самоуправления не заработали в Казахстане так, как ожидалось”. И делает вывод: далеко не все казахстанцы готовы жить в условиях местного самоуправления. “И на сегодня мы знаем, что не каждый готов ее (ответственность) нести”, — подчеркнула она. По ее словам, КСК нужно менять на управляющие компании, при которых можно наладить многоступенчатую систему и жесткий контроль как со стороны самих жителей, так и акиматов.

Кстати, идея управляющих компаний не нова. В той или иной форме они есть во многих странах мира, в частности, России. Но они, как показывает практика, и там занимаются тем же самым, что и отечественные КСК: собирают деньги с населения и жируют. Власти, как и у нас, из-за высокой степени коррумпированности, палец о палец не ударят, чтобы жестко контролировать их деятельность.

Если в России плохо работают управляющие компании, а в Казахстане – КСК, то тогда зачем менять шило на мыло? Между тем, включив телевизор, вдруг понимаешь, как страстно власти заботятся о населении. Президенты очень жестко критикуют управляющие компании и КСК, обещают сделать их эффективными, а тех, кто с работой не справился, снять и больше никуда не брать.

Но все это одна большая игра. Президенты возмущаются и грозятся. В свою очередь, те, кто ворует деньги жильцов, делают вид, что президентов боятся. А в реальной жизни ничего не происходит. Между тем, телевизионную картинку с возмущенными главами государств, датированную, к примеру, 2007-м годом можно смело крутить сейчас – в 2013-м. Все как всегда.

Даже второклассник знает, что от перемены мест слагаемых сумма не меняется. Поэтому хоть как назови КСК: управляющими компаниями, или остапбендеровской конторой “Рога и копыта” — в жизни квартировладельца ничего не изменится. Так как дело вовсе не в форме, а в содержании.

“Косметика” не спасет

Некоторые считают, что косметический ремонт может сделать работу КСК эффективнее. Например, внедрить ежеквартальные, полугодовые отчеты председателей КСК перед жильцами и сделать финансовую отчетность прозрачной. Сторонники внутреннего реформирования полагают, что это спасет КСК и сделает их работоспособными.

Другие считают необходимым развивать конкуренцию внутри КСК. В частности, начальник управления жилья и жилищной инспекции Алматы Кайрат Нуркадилов выступает за президентский срок председателей КСК. “Отработал плохо – тебя не переизберут. Он (председатель КСК) должен проводить предвыборную кампанию, показывать свои достижения, реализованные обещания. Только такие методы, я считаю, должны быть. Председателем КСК можно устанавливать отрезок времени в 2-3 года”, — сказал он.

Как временная мера это может сработать. Конкуренция еще никому и нигде не мешала. Так, именно благодаря конкуренции Казахстан, смог создать относительно сильную финансовую систему.

Но на сегодняшний день сама суть КСК входит в прямое противоречие со всеми озвученными инициативами. Какие бы нормы отчетности или прозрачности власти не вводили, как бы не усиливали конкуренцию за пост председателя КСК, они, кооперативы, станут только изощреннее (формальная отчетность, видимая прозрачность, иллюзорная борьба за пост председателя КСК) в методах работы. Ничего больше.

А между тем обобщения становятся все более масштабными. Так и нынешний Казахстан – это своего рода макроКСК. И внутри него все устроено, как и в микроКСК: деньги собирают-распределяют-воруют, а жизнь не становится комфортнее и краше. Как и микроКСК, Казахстан, и это видно невооруженным глазом, становится весьма уязвимым по причине плохого управления и массовой коррупции.

То же самое происходит и внутри КСК. Поэтому ремонт всей системы КСК, как и любого отдельного дома, нужен как воздух, но не косметический, как полагают власти, а капитальный, как считают его члены. И начинать его надо с крыши.

***

© ZONAkz, 2013г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...