Казахстанская нефть: Индия — хорошо, но Китай лучше

Алматы. 23 апреля. КазТАГ – Расул Рысмамбетов. Китайские корпорации – CNPC и Sinopec – вышли на финишную прямую в приобретении долей в трех крупнейших нефтяных месторождениях Казахстана: Кашаган, блоках Абай и Нурсултан. Об этом стало известно от источника КазТАГ в Пекине, который ранее сообщал, что, согласно стратегическим планам на текущую пятилетку (2011-2015), у китайских компаний есть задача значительно увеличить доли в добыче казахстанской нефти до 40%.

О проявленном интересе и встречном условии


В середине апреля 2013 года агентство Bloomberg со ссылкой на неназванные источники сообщило, что Казахстан сам рассматривает возможность покупки доли, принадлежащей СonocoPhillips, стоимостью $5 млрд, прежде чем принять решение о продаже этой доли китайской компании.

“Казахстан такого решения не принял, но вероятность такая есть”, — сказал на минувшей неделе министр нефти и газа Казахстана Сауат Мынбаев.

При этом он отметил, что “китайская сторона, понятно, проявляет интерес”. “Мы свою позицию пытаемся определить. Китайская сторона давно недобирает те запланированные объемы нефти, которые предполагалось транспортировать в китайскую сторону, она пытается каким-то образом эти объемы нарастить, возможно, за счет приобретения доли в Кашагане”, — сказал министр.

Он подчеркнул, что у Казахстана есть “масса встречных условий. Пока нет окончательного решения”. При этом министр отказался назвать, кто именно в Китае проявляет интерес к Кашагану.

Ранее, 25 января 2013 года, АО “КазМунайГаз” выкупил у ConocoPhillips 25% в разработке блока Нурсултан. Теперь 75,5% в блоке принадлежат Казахстану, который, однако, ранее не сталкивался с самостоятельной разработкой месторождений на море. Оставшиеся 24,5% принадлежат Mubadala Development Company. Это арабская компания, владельцы которой также не блещут подобным опытом, потому что в Персидском заливе на подобных месторождениях работают американские и европейские подрядчики.

Блок Нурсултан расположен в 30 км от юго-западного шельфа Актау в Каспийском море. Геологические запасы проекта оцениваются в 630 млн тонн, извлекаемые запасы — 270 млн тонн. Глубина моря здесь доходит до 340 м, однако наиболее перспективные участки — Нурсултан и Ракушечное-море — закрыты толщей воды от 29 до 47 м.

В феврале 2013 года С. Мынбаев заявил, что Казахстан будет разрабатывать блок Абай с новыми партнерами, потому что норвежская компания Statoil уходит из проекта. Иностранные СМИ сообщили, что Statoil просто не смогла договориться с казахстанским правительством об устраивающих компанию условиях разработки.

С. Мынбаев, правда, умолчал, с какой именно страной Казахстан начал вести переговоры по проекту Абай, сразу после получения уведомления от Statoil в середине 2012 года. Участок Абай расположен в северной части казахстанского сектора Каспийского моря на расстоянии 65 км от берега на глубине всего 8-10 м. Предварительные запасы на участке определяются в 387 млн тонн (2,8 млрд баррелей) условного топлива.

Говорим “Индия”, а подразумеваем “Китай”

ConocoPhillips сразу же объявила, что хочет продать свои 8,4% в Кашагане индийской ONGC Videsh Limited за $5 млрд. И допустила стратегическую ошибку: не стоило считать, что казахстанское месторождение можно так легко перепродать без одобрения страны-хозяина.

Причем, если другие партнеры по проекту не высказали возражений против вхождения индийской компании, то казахстанское правительство включило режим игры в молчанку. Это, кстати, любимая тактика большинства восточных компаний: молчать и нервировать партнера.

Уже 10 лет, с 2003 года, китайские компании рассматривают разные варианты приобретения не менее 35% в Кашагане (а в идеале — более 50%), однако это станет возможно только в следующей пятилетке КНР. Дело не в средствах – Китай сейчас может купить хоть 200% Кашагана – дело в стратегии постепенного поглощения: неотвратимо и недорого. А у Китая помимо Каспия есть интересы и в других нефтеносных районах планеты Земля.

По информации журнала Petroleum, причиной затягивания переговоров по Кашагану индийской ONGC Videsh Limited с казахстанским правительством стало несовпадение мнений с индийским инвестором по совсем другому проекту — строительству в Казахстане за счет собственных инвестиций высокотехнологичного завода в области биотехнологий.

Возникновение конфликтной ситуации между казахстанским правительством и индийской компанией оказалось на руку третьей стороне. Конечно, китайской… Нельзя заподозрить индийскую частную компанию в незнании азов переговорной стратегии, однако руководители ONGC не приняли во внимание, что за китайскими компаниями стоит сильнейшее в мире государство и один из наших крупнейших кредиторов.

Сунь-цзы, знаменитый китайский стратег, сказал: “По правилам ведения войны наилучшее — сохранить государство противника в целости. Поэтому самая лучшая война — разбить замыслы противника; на следующем месте — разбить его союзы”. Глава эта в его трудах так и называется – “Стратегическое нападение”.

Блоки сложные и понимания нет

Во всей этой витиеватой и запутанной экономико-политической вязи есть, однако, простые и ясные для понимания проблемы — с уходом ConocoPhillips и Statoil из блоков Нурсултан и Абай Казахстан остается со своими месторождениями, но без технологий по работе в открытом море. У нас таких технологий просто нет. А, как известно, добыча нефти в закрытом Каспийском море даже по современным технологиям в любом случае приводит к загрязнению моря и разрушению флоры и фауны в той или иной мере во всем водоеме. Арифметика проста – экологические мероприятия всегда включены в стоимость нефти и иногда они делают нефть дороже золота…

Понимая это, западные компании вряд ли захотят работать на сложных блоках. На них придут те, кому эти блоки нужнее всего – китайские компании. Как мы уже писали, практически вся казахстанская и российская нефть в Китае идет на заполнение стратегических нефтехранилищ.

Сейчас китайские нефтяные компании особенно не раздумывают – стратегическая прибыль от добычи нефти перекрывает мелкие финансовые неудобства в виде экологических штрафов. Нефть и газ для Китая чрезвычайно важны: глубокие шахты на собственной территории уносят порой по 100 жизней шахтеров в неделю, а пик добычи своего угля уже приближается.

Потенциальные инвесторы в блоках Абай и Нурсултан не представляют тайны – China Offshore Oil Company, Sinopec, или CNPC. Неважно, какая из этих компаний придет, оплачивать расходы будет китайский госбюджет. Пока наши чиновники на фоне полной растерянности напряженно думают, кого бы из инвесторов повыгоднее привлечь, китайцы уже идут к нам. Идут с технологиями, деньгами и идеями. Потому что у нас нет ни технологий, ни идей – куда транспортировать потом нефть, что с ней делать и как быть дальше с каспийским шельфом, ни денег.

Китайцы обдумывают свою наступательную стратегию уже 10 лет. Вначале была идея, затем началась ее успешная реализация. Несложно предвидеть — после покупки указанной доли в Кашагане китайцы нацелятся на долю Shell, а потом, к концу года, доля китайского государственного фонда в РД КМГ вырастет до 35-40%. Пока долю в 30% в РД КМГ номинально держит Bank of New York, что никого не обманывает.

Вариантом развития событий будет кредит из банка развития Китая для “КазМунайГаза” на покупку доли в Кашагане в обмен на сырье. И тогда нам опять предложат новые нефтепроводы. Уже имеющиеся трубопроводы, как кровеносная система иностранной государственной политики, уже давно нам не принадлежат.

Мысли вслух на тему нефтяного мифа

Наши чиновники от нефти предпочли не замечать мнений экспертов, что перспективная часть каспийского шельфа – северная, а к югу углеводородный потенциал снижается.

После двух сухих скважин “Лукойла” на Тюб-Карагане нефтяники вспомнили экспертов, но еще с надеждой смотрят на блок Нурсултан в силу разнообразного рельефа на участке, который позволяет получить доступ к отложениям разных геологических периодов. Хотя на карте видно, что Нурсултан находится даже южнее сухого Тюб-Карагана. А вот блок Абай на севере нашего шельфа, но с неудобной глубиной – менее 10 м, а значит, его разработка может потребовать бурения с искусственных островов. Дорогая добыча. Вот уже и точка безубыточности на Кашагане доросла до $90 за баррель. Еще +$10 за баррель – и от нас уйдут не только ConocoPhillips и Statoil.

Наше нефтяное Эльдорадо, предвосхищенное в программе разработки казахстанского сектора каспийского шельфа, на поверку оказалось не таким уж и золотоносным. Но свою задачу этот первый казахстанский миф выполнил. Про нас узнали. Пора создавать про себя другую легенду, более привлекательную.

Любите ли вы Китай так, как любят его казахстанские чиновники?

Кому-то может показаться, что в этой статье мы критикуем Китай за активное освоение наших месторождений. Ни в коем случае. Китайское правительство лишь делает то, что нужно для осуществления китайской мечты – иметь здоровое, богатое население и доминирование Поднебесной на планете мирными методами. Чтобы мир понял Китай и стал жить немного по-китайски.

Великий китайский полководец Сунь-цзы когда-то выразил такую мысль: “Тот, кто умеет вести войну, снаряжение берет из своего государства, провиант же берет у противника. Поэтому у него и хватает пищи для солдат”.

Нет ничего удивительного, что китайские компании регистрируют на казахстанцев ТОО, берут землю и уже сеют сою. Уже в этом году только одно ТОО в Восточно-Казахстанской области планирует увеличить свой участок с 3 тыс. га до 30 тыс. Осваивая неудобные неполивные земли, китайцы мелиорируют их, бурят скважины и тем самым проявляют заботу о нашей же земле, улучшая ее качество. Может, потому, что рассчитывают уже никогда отсюда не уходить?

Вместе с этим китайская политика недропользования представляет хороший пример для нашей страны. Ограничение на вывоз редкоземельных металлов из КНР в виде сырья заставляет немало мировых производителей размещать заказы на китайских заводах. Привлекательная и простая инвестиционная политика – и инвесторы едут в Китай, несмотря на непонятные иероглифы и незнание большинством китайцев ни одного иностранного языка. Слабая квалификация китайских простых рабочих не пугает даже Apple, потому что конвейерная система снижает риски.

Пока китайские компании осваивают наш рынок – что на языке стратегии называется “побеждать побежденного”. Потому что наша инвестиционная привлекательность – миф гораздо топорнее нашего каспийского нефтяного изобилия. А китайские компании, которые заходят сейчас к нам, просто являются фундаментом для остальных фирм из Поднебесной, которые начнут массированно приходить к нам уже в ближайшие годы.

Кстати, отвечая на вопрос, как отнесутся к покупке кашаганской доли Китаем другие акционеры, С. Мынбаев сказал, что “остальные акционеры официальные позиции не давали, но я так понимаю — им все равно”. Хочется добавить свой слабый голос – “господин министр, народу не все равно, куда правительство хочет отдать наше богатство…”. Вообще-то, главный акционер во всей этой неразберихе с нашими недрами – это народ.

Вот уже много лет мы стараемся не мешать бесконтрольному обогащению наших чиновников, живем в подвалах, платим взятки, чтобы пользоваться своими законными правами, терпим произвол и непрофессионализм госорганов. И все это в слабой надежде, что и про нас вспомнят менеджеры-чиновники и молодая поросль, которой никто и не привил уважения к своему народу. Что они тоже вспомнят про нас, пока мы не забыли про них.

Что делать с наложницами?

В заключение приведу известную китайскую быль-притчу. Один из китайских властителей пригласил полководца Сунь-цзы поговорить о военном деле. Для того чтобы наглядно объяснить искусство ведения войны, полководец попросил властителя привести наложниц из гарема.

Сунь-цзы разделил наложниц на два отряда, поставив во главе каждого по главной наложнице, выдал им по алебарде, и объяснил военные команды. Построив отряды, Сунь-цзы стал командовать: “направо”, “налево”, “вперед”… Но никто не исполнял команд, а все только смеялись и веселились. Так повторилось несколько раз. Тогда Сунь-цзы сказал: если команды не исполняются, это вина командиров. И приказал казнить двух главных наложниц. Властитель, поняв, что это не шутка, стал просить отменить казнь, однако Сунь-цзы заявил, что на войне полководец — важнее правителя и никто не смеет отменять его распоряжения. Наложницы были тут же казнены. После этого все женщины стиснули зубы, выстроились в линеечку, отставили смешки и стали исправно и точно выполнять команды.

Упаси бог, если кто-то подумает, будто я сравниваю наших чиновников с китайским гаремом. И дважды упаси меня бог, если кому-то придет в голову, будто я жажду казни нерадивых и неисполнительных жен, а тем паче их властительных мужей. Ни в коем случае! Есть же, наверное, другие, менее кровопускательные, более гуманные способы заставить человека у власти верно и мудро служить своему народу, своей стране, а не только себе да вышестоящим и близлежащим начальникам…

***

© ZONAkz, 2013г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...