Лев и Осел

Какие причины были у журналиста лягнуть умершего более полувека назад выдающегося ученого-астрофизика Гавриила Адриановича Тихова, или О непрофессионализме молодых журналистов

В известной басне Крылова Осел лягает умирающего и ставшего беспомощным Льва. Возможно, у Осла были какие-то прошлые причины для столь малопочтенного поступка. А вот какие причины были у журналиста лягнуть умершего более полувека назад выдающегося ученого-астрофизика Гавриила Адриановича Тихова? В опубликованном в газете “Известия-Казахстан”, причем аж в трех номерах(!), “Проекте Андрея Михайлова” с названием “Гавриил Тихов – марсианский лесник” автор всеми силами пытается если не опорочить,то хотя бы высмеять те истоки современной астробиологии, которые были заложены в 40-50-е годы прошлого столетия у нас в Казахстане трудами академика Тихова и его учеников. Достаточно сказать, что само название нового направления – астробиология — было впервые предложено Тиховым и является сейчас общепринятым, а приоритет Тихова в создании этого направления общепризнан. В США, именно после пионерских исследований в этой области, проводившихся в организованном им Секторе астроботаники Академии наук КазССР, были созданы специальные институты астробиологии и это направление развивается там очень интенсивно. Особый интерес к астробиологическим проблемам появился в связи с открытием большого числа экзопланет, обращающихся вокруг других звезд подобно планетам нашей солнечной системы. Очень серьезно обсуждаются условия возможности существования жизни на планетах, сходных с Землей, астробиологические конференции проводятся ежегодно.

Г.А.Тихов никогда не утверждал, что им доказано существование растительности на Марсе. Если он и говорил о лесах на Марсе, то лишь в шутку и, скорее всего, журналистам уровня автора “проекта”, готовым принять на веру все, что сгодится для сенсации. Исследования же в Секторе астроботаники были направлены в основном на изучение оптических спектральных отражательных свойств растений и возможности приспособляемости к суровым климатическим условиям. Именно эти исследования сыграли важную стимулирующую роль для будущей астробиологии. Кстати, еще при жизни Тихова проходили дискуссии по этим проблемам с участием многих специалистов — биологов и астрономов. В 1962 году в издательстве Академии наук СССР вышла книга молодого тогда астронома Кронида Любарского “Очерки по астробиологии”, не говоря уже о ряде зарубежных книг и сборников, посвященных проблеме жизни во Вселенной.

Впоследствии появилась книга астрофизика С.Шкловского “Вселенная, жизнь, разум”, ставшая научно-популярным бестселлером и неоднократно переиздававшаяся. Проблема внеземной жизни, даже еще до начала космической эры, была очень популярна, и лекции на эту тему всегда собирали весьма многочисленную аудиторию. И некрасиво писать, что “Тихов не гнушался чтением лекций”. Обычно так пишут о чем-то неблаговидном, скажем, не гнушался воровством… Приехав к Тихову на практику в 1954 году я не смог пробиться в переполненный зал старого здания Академии наук на его лекцию.

Откуда автор “проекта” взял, что Тихова в последние годы его жизни окружали деляги от науки? Коллектив Сектора астроботаники состоял из энтузиастов, как и сам Тихов, преданных науке. Кроме астроботанических исследований велись и астрофизические наблюдения, было издано несколько выпусков Трудов сектора астроботаники, успешно защищались диссертации. К Тихову приезжали и оставались работать или поступали в аспирантуру выпускники университетов из разных республик. Проходил практику у него студент-астроном и известный позднее писатель Борис Стругацкий. Надо сказать, что работать в то время было очень приятно – ученым доверяли и чиновники не мордовали нас ежемесячными планами и отчетами, Академия наук, возглавлявшаяся незабвенным Канышем Имантаевичем Сатпаевым, была мощным государственным центром фундаментальных исследований, а не “общественным объединением”.

К сожалению, все жизнеописание Тихова, начиная с его студенческих лет, автором “проекта” представлено в, мягко говоря, иронически-неуважительном, ключе. Везде в тексте сталкиваешься с вульгаризмами, неприличными, когда речь идет об известнейших в мире ученых (не только о Тихове). Как можно так писать: “…А между тем астроботаника уже “вылупилась” из головы Тихова”! Или, оказывается, Тихов в юности прочитал какую-то книжицу “Популярная астрономия” Фламмариона. Да эта “книжица”, кстати, переведенная и изданная в России в 1913 году – это целый фолиант, уникальная для того времени астрономическая энциклопедия, которой зачитывалось не одно поколение энтузиастов и любителей астрономии. Неуважительно звучат и высказывания в адрес зарубежных астрономов позапрошлого века, занимавшихся изучением Марса, таких как Ловелл, Скиапарелли, Антониади. При обсуждении и оценке трудов ученых прошлого должен быть исторический подход с учетом реальных технических возможностей, имевшихся в те времена. А ведь до начала прошлого столетия астрономы вынуждены были ограничиваться только визуальными телескопическими наблюдениями. Еще не было фотографии и, уж тем более, современной электроники, но сезонные изменения на Марсе, особенно таяние и увеличение полярных ледяных шапок, действительно наблюдались. Поэтому осмеивать открытие каналов на Марсе или гипотезу о существовании на нем растительности — это не знать историю науки. Между прочим, сборник статей этих ученых о Марсе и его каналах был вовсе не “околонаучным”, перевод его был издан в России в 1914 году под рубрикой “Новые идеи в астрономии” и под редакцией известного профессора астрономии А.А.Иванова. И надо сказать, там даны очень тщательные и скрупулезные описания всех наблюдений Марса того времени. А почти полвека спустя, в 1961 году, уже во время полетов космических кораблей, Академия наук СССР опубликовала Атлас визуальных наблюдений Марса во время Великого противостояния 1956 года, в которых принимали участие и сотрудники Сектора астроботаники.

Да, до первых космических полетов к Марсу гипотеза (но именно – гипотеза!) о растительности на этой планете продолжала существовать, и иронизировать по этому поводу не стоило. Отчего бы не посмеяться над Галилеем, который в свой небольшой телескоп увидел не кольцо Сатурна, а “тройную планету”. А тогда и это уже было открытием. Вспомним, какой ажиотаж уже в космическую эру вызвало “лицо”, обнаруженное на одном из снимков поверхности Марса. И многие пытались доказать, что это след марсианской цивилизации, пока не выяснилось по новым снимкам, что это просто бесформенная глыба. Еще один весьма благодарный объект для осмеяния – десятки лет действующая программа SETI по поиску радиосигналов от внеземных цивилизаций. Истоки-то ее идут тоже от убежденности, что мы не одиноки во Вселенной. Можно, но вряд ли достойно, посмеяться над испытателями, которые недавно провели 500 дней в замкнутом пространстве блока, имитирующего условия марсианской экспедиции.

Вернемся к Тихову. Еще в молодости, проходя армейскую службу летчиком-наблюдателем, Тихов написал книжку “Опыт улучшения воздушной разведки”.

А в Пулковской обсерватории Тихов не “попался на глаза” (как опять же с насмешкой пишется в “проекте”), а всерьез привлек внимание патриарха отечественной астрофизики Аристарха Аполлоновича Белопольского. В 1923 году вышел первый объемистый “Курс астрофизики”, в котором одна из глав – по астроспектроскопии – была написана Белопольским, а другая – по астрофотометрии – Тиховым. В изданном Академией наук КазССР пятитомнике основных трудов Тихова только часть последнего тома посвящена астроботанике и астробиологии, тогда как все остальное — это его исследования в разных областях астрофизики – от межзвездного пространства до планет и свойств земной атмосферы.

С каким-то, не совсем понятным подтекстом, в “проекте” описывается создание Академии наук Казахской ССР, среди основателей которой был и Тихов — дескать “скромный член-корреспондент Академии наук СССР”, вдруг ставший академиком нашей Академии наук. Да в те времена для получения звания член-кора АН СССР требовались ого какие научные заслуги. Тогда академические звания, как и ученые степени, не покупались прохиндеями, как сейчас, и академиями не назывались бывшие профтехучилища. Можно добавить, что Тихов избирался депутатом Верховного Совета КазССР и к своим депутатским обязанностям относился очень серьезно, несмотря на преклонный возраст.

Все-таки, чтобы писать даже памфлет или пасквиль о науке и об ученых, надо хоть что-то в этой науке понимать. А когда автор называет хлорофилл то “хромосомом”, то хлороформом, это говорит или о его безграмотности на уровне школьного образования или, будем считать это менее вероятным, об “утонченном высокомерии” типа — а мне плевать, как это там у них называется. Дважды искажается отчество Тихова – это уже прямая бестактность, а вовсе не небрежность. И уж совсем непонятно, откуда происходит намек на чуть не уголовное прошлое ученого – Тихов никогда в тюрьме не сидел и не “хлебал не один год тюремную баланду”, как пишет автор “проекта”. Поистине, “для красного словца не пожалею ни матери, ни отца”! Некрасиво и бестактно домысливать, что Тихов перед смертью мог раскаиваться в сделанном – ничего позорного в своей жизни он не совершил.

О Тихове и о рождении астробиологии в Казахстане печаталось немало статей. Главное же, что подробная биография Г.А.Тихова уже была написана его учеником А.К.Сусловым и издана Академией наук СССР в 1980 году. Прибавить что-либо к написанному там кроме собственных воспоминаний, сложно. У автора “проекта” таких воспоминаний и впечатлений, кроме собственной фантазии и ехидства, разумеется, нет. Достаточно было бы прочитать эту книжку, а не заниматься сомнительными “исследованиями”. Так ради чего было браться за перо – чтобы назвать астроботанику или астробиологию если не лженаукой, то научной фантазией?

Международное астрономическое сообщество чтит память о Тихове, как и о всех астрономах прошлого. Нелишне отметить, что Г.А.Тихов и В.Г.Фесенков фактически являются создателями научной астрономии в Казахстане. Именем Тихова названы кратеры на Луне и Марсе. Кстати, и одна из улиц в Алматы носит его имя. Вот с обсерваторией Тихова и домом-лабораторией, который был построен государством специально для него, впоследствии у нас обошлись варварски. Сначала все было взято под государственную защиту как памятник культуры, предполагалось создать там народную обсерваторию, планетарий и музей. Но потом, по каким-то непонятным причинам, все было разрушено. О стоявших многие годы развалинах писали с возмущением газеты “Казахстанская правда” и “Огни Алатау”, но … Даже куст реликтового растения Гинкго исчез. Невольно возникает мысль, не является ли “проект Андрея Михайлова” попыткой задним числом оправдать этот физический вандализм своего рода словесным вандализмом по отношению к памяти ученого.

На Генеральной Ассамблее Международного Астрономического Союза в 2009 году, когда, кстати, отмечался 400-летний юбилей первых телескопических наблюдений Галилея, специальное заседание было посвящено истории развития астробиологических исследований. По приглашению Оргкомитета был там представлен и опубликован наш доклад “Gavriil Tikhov – a pioneer of astrobiology”. Наверное, это более достойная и справедливая современная оценка труда ученого, чем то, что написал Андрей Михайлов.

***

В.Тейфель, доктор физико-математических наук, профессор, бывший аспирант Г.А.Тихова в 1955-1959 гг.

***

© ZONAkz, 2013г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...